этой глупости точно не сделаю.
Это римская копия эллинистической «Леды и Лебедя», сделанная при императоре Адриане. Стала сейчас на Квиринале частью прекрасной выставки, посвящённой Овидию. Речевые, визуальные, пластические метаморфозы, оральное богатство во всех обличиях.
P.S. Вчера говорил с одним ценителем про фильм модного режиссёра. Ценитель в числе немногих избранных посмотрел кино, я допытывал его о впечатлениях.
Есть куски чистого хард-порно, отвечал ценитель. Хард-порно, говорю ему я, это отлично, но только в жизни; в искусстве хочется образов. Вот и я о том же, кисло сказал ценитель.
Понимаю. Но хард-порно бывает и с образами - две тысячи лет назад знали в этом толк.
Надя Васильева - вдова изображённого тут Леши Балабанова. Я их обоих очень люблю, Лешу и Надю. Лешу знаю почти тридцать лет. Знал, ведь он умер. Нет. Смерти, конечно, нет. Есть трудная задача: быть рядом с ушедшей жизнью.
Год назад была сделана эта фотография, а сегодня Аркадий Ипполитов открывает выставку русского искусства в Ватикане - от Дионисия до Малевича из собрания Третьяковки. И книжку про Рим за этот год написал, уже можно купить, называется «Просто Рим». Просто Рим самый плодотворный на свете.
К столетию, которое сейчас отмечают.
Тогда еще не воевали с Германией,
Тринадцатый год был еще в середине,
Неведеньем в доме болели, как манией,
Как жаждой три пальмы в песчаной пустыне.
У матери пахло спиртовкой, фиалкою,
Лиловой накидкой в шкафу, на распялке;
Все детство мое, по-блаженному жалкое,
В горящей спиртовке и пармской фиалке.
Зато у отца, как в Сибири у ссыльного,
Был плед Гарибальди и Герцен под локтем.
Ванилью тянуло от города пыльного,
От пригорода - конским потом и дегтем.
Казалось, что этого дома хозяева
Навечно в своей довоенной Европе,
Что не было, нет и не будет Сараева,
И где они, эти мазурские топи?..
Сегодняшняя новость - уход Ивана Колпакова с должности главного редактора «Медузы» - про поражение свободных СМИ, единственного свободного СМИ, потому что в этой номинации «Медуза» одиноко солировала. Можно, оказывается, сделать по-русски издание, новостное, очень качественное, про Россию и словно в России живущее, независимое при этом от Кремля. Но независимым от вздорной общественности оно быть не может. Тараканище страшнее кровавого режима.
Снято в Казерте - великий парк, роскошь неаполитанского двора - фонтан Актеон в самом конце необъятной перспективы, в английском саду. Сюжет, как все помнят, про юношу-охотника, подсматривавшего за купанием богини Дианы, такой Актеон учинил харассмент. Первая феминистка в истории разгневалась, превратила охотника в оленя, и он был растерзан собственными собаками.
Фонтан передаёт миг этой метаморфозы не только и даже не столько через Актеона, обрастающего оленьей головой, сколько через псов: секунду назад они завороженно смотрели на хозяина, преданные ему до смерти, а сейчас предадут его смерти. Любовь ещё не замерла, обожание не стихло, но хочется впиться зубами, рвать на куски. Нежнейшее урчание, кровавый рык. Конечно, это две части одного сюжета, всегдашнего, главного - про любовь, про дружбу, про мужиков и барина, про революцию. Фонтан сделан в 1789 году.
Сегодня специально проверил. У дома этого на Ортиджии в обеденное время по-прежнему сидит кот, он по-прежнему задирает голову, требуя чуда, и оно по-прежнему случается: с неба падает еда. Иногда стабильность это что-то божественное, а не пустое политическое заклинание.
У нас на Ортиджии вода +23, штормит, правда, но я все равно купался: вылез из моря, залез в фейсбук, а тут обсуждают юбилей комсомола, такое сегодня событие. Оно, Бог миловал, прошло мимо, как мимо когда-то прошёл сам комсомол: я в нем не состоял, хотя это и полагалось. Но вот избежал положенного - не потому даже, что был антисоветчиком (а я им несомненно был), а просто по лени и брезгливости. Да и других дел хватало - прекрасной праздности прежде всего. Ортиджия тогда была недоступна, но были иные купания и плескания. Говорят, главное - оказаться в нужном месте в нужный час. О, нет! Все прямо наоборот. Главное - не оказаться в нужном месте в нужный час. Это и спасает.
Фейсбук сообщил мне, что 6 лет назад мы стали тут друзьями с Иваном Колпаковым, главным редактором «Медузы». Самое время сказать, как я ценю Колпакова, как люблю «Медузу», несомненно лучший новостной (и не только) сайт, выходящий сегодня по-русски, и никакая пена на губах не изменит этого.
Путин подписал указ о праздновании 350-летия Петра Великого. Разве не прелесть? Окно в Европу, прорубленное Петром, он забил, заложил, законопатил, а день рождения отпразднует - с чувством и размахом. Весь режим в этом.
Апдейт. Меня тут чихвостят за слово «законопатил». Тычут в открытые границы и говорят: они есть. Есть, есть, сам вчера напирал на них в одной из дискуссий, мне ли бриллиантов не знать. Их, правда, не Путин родил, но спасибо, не похоронил, будем благодарны. «Скрепу» при нем учредили, свой путь заявили, про «бесполую толерантность» съязвили, Европу Гейропой прозвали, иностранных агентов изобличили, Россию к БРИКСу передом, к ЕС задом повернули, и
