со страхом, но без покорности. А когда поднесла руку к лицу, меня атаковали сомнения. Я слишком хорошо знал этот жест. Видел его тысячу раз. И этот взгляд. Цвет глаз был другой, но взгляд… Десятки лет она смотрела на меня именно так.
Это не могла быть Дуйгу.
В моем поместье она вела себя совсем не так, как описывал шпион. Первые дни тихо сидела в своих покоях, а потом начала выходить. Управляющий передал, что она спрашивает разрешения разбить возле дома сад.
Я даже отыскал лекаря и притащил его в поместье. Все травы, цветы, грибы и даже мхи, которые она высадила, можно было использовать для приготовления лекарств. И ядов…
Девица, проводящая сутки перед зеркалом, не могла вырастить их. А вот ведьма…
Это казалось невозможным. Но такая ведьма, как Сабия наверняка знала способ обменяться телами. Вот только зачем? Это был план наместника? Подослать ее ко мне, чтобы убить?
Нет… Он бы не смог расстаться со своей дорогой дочерью даже ради моего убийства. Он держал ее взаперти, буквально на цепи, как животное. Он бы не отпустил ее от себя.
Значит, она придумала все это сама?
С каждым днем сомнений становилось все меньше. Оставалось только придумать, как вырвать из нее правду. Может, пытки? Вот только если это действительно Сабия, то она ни за что не признается. Я слишком хорошо знал ведьму. В своих замыслах, на поле боя, она всегда стояла до конца.
Глава 7
Я вернулся в поместье ночью. В последние дни не покидал тренировочный лагерь — по всему городу прокатилась лихорадка, которая не щадила никого. Сначала мои солдаты помогали строить лечебницы, но скоро помощь потребовалась и им.
Но сегодня какая-то сила погнала меня домой. Уж не ведьма ли постаралась, чтобы половину города свалил мор? Я не знал, как буду это выяснять, но к рассвету собирался узнать все. Даже если придется вырвать из нее признание вместе с лживым языком.
Я ожидал, что все слуги, кроме моей личной охраны будут спать, но в поместье еще горели свечи. Меня встретил взволнованный страж. Несмотря на поздний час, никто не спал. Слуги терлись возле кухни и о чем-то возбужденно шептались.
— Что происходит?
Вперед выступил управляющий:
— Госпожа… В-в-ваша… супруга… — Он все еще не знал, как ее называть. — Приказала всем слугам уйти. Сказала, что собирается приготовить для вас лекарство от поветрия…
Я даже не знал, как на это реагировать. Она настолько отчаянная и глупая, что решила отравить меня в моем же доме? Это безумство? Смелость?
Я направился в кухню.
Моя новоиспеченная жена стояла ко мне спиной и что-то увлеченно помешивала в большом чане. Сам не знаю, почему остановился. До этого видел ее лишь несколько раз — крепко спящей. Из-под ее подушки торчал кинжал с ржавым лезвием. Кого она собиралась им убить? Меня? Интересно как, если при моем появлении продолжала сладко сопеть.
При свете очага она выглядела… Необычно. Волосы в беспорядке, перевязаны старенькой лентой. Простое платье, какое даже служанки побрезговали бы надеть. Несколько раз обмотанный вокруг талии передник, видимо, отобранный у дородной кухарки.
Я подошел к ней так близко, что коснулся грудью ее спины. Она вздрогнула и выронила ложку. Я успел ее поймать. Ведьма обернулась и вскинула голову.
Только сейчас я ощутил жуткое зловоние, исходящее от ее варева.
— Задумала всех отравить? Осмелела без меня?
— Это лекарство! — Она выхватила у меня ложку и, отвернувшись, принялась ожесточенно помешивать бурлящую жидкость.
— Пахнет так, словно яд…
— Лучшие лекарства всегда самые горькие.
— С чего вдруг такая самоотверженность?
Ее шея была обнажена, на бледной коже от жара выступили капельки испарины. Не удержавшись, я убрал несколько. Она вздрогнула, и снова обернулась ко мне. Я успел заметить, как ее кожа покраснела.
— Если вы умрете, что тогда со мной будет?
— Может, ты умрешь раньше?
— Я уже болела этой болезнью. Повторно почти никто не заражается. Отвар поможет защититься. И вам, и вашим людям.
Она и вправду думает, что я это выпью? Ладно… Сыграем в ее игру.
— Пей первой, и я подумаю.
Она нахмурилась:
— Из-за глупых предрассудков и моего отца вы сомневаетесь в моей искренности? Я не дура и не самоубийца, чтобы травить вас.
— Кто знает, что тебе могли приказать отец и сестра…
Она вздрогнула и сжала губы. Но вдруг зачерпнула, подула и выпила все, что было в ложке.
— Довольны?
Я усмехнулся:
— Теперь ты точно не заболеешь.
Я направился к дверям, но остановился, услышав ее недоумевающий голос:
— Я же выпила! Оно безвредно.
— И что? Я не обещал, что буду его пить.
Глава 8
Я выпил. Но так, чтобы она не знала. Приказал слугам сделать вид, что они выливают ее странное зелье в сад, а сам, на свой страх и риск, проглотил мерзкое пойло.
Возможно, она приняла противоядие заранее, или ее тело было неуязвимо к ядам — до конца я не был уверен в ее отваре. Но поветрие распространялось с невиданной скоростью, и с этим нужно было что-то делать. Того, что она сварила, хватило по глоточку на несколько моих отрядов. Никто не заболел.
Выходит, ведьма не обманывала? Или ее яд подействует позже и превратит нас в монстров? Я понимал, что везде ищу подвох. Но найти не мог. И это злило.
Едва поветрие было повержено, случилась новая беда. В столице разбушевался пожар. Мы с солдатами пытались его потушить. Спасая ребенка, я не успел увернуться от падающей горящей балки. Она оказалась настолько тяжелой, что я не смог выбраться, пока мои солдаты не вытащили меня.
Они притащили меня домой, обожженного и едва соображающего от боли, что происходит.
Я только слышал, как суетятся слуги. Перед глазами все плыло.
Но голос ведьмы моментально привел в чувство.
— Принеси чистые бинты и мой ящик с лекарствами. Быстро! Да поаккуратней!
Меня уложили на живот, и, повернув голову, я рассмотрел жену, которая, взяв в руки угрожающего вида ножницы, подходила ко мне.
— С каких пор… ты стала лекарем?
— Все еще отказываетесь от моей помощи из-за того, что я дочь врага? Все лекари сейчас заняты в городе. А тот, что в военном лагере, не сможет быстро добраться сюда.
— Я собирался умереть от старости. Ну или на поле боя… — Каждое слово давалось с неимоверным трудом, но я не собирался уступать этой острой на язык плутовке.
— Если вы хотите умереть, тогда не буду мешать.
Она сделала вид, что
