наполнены мужеством, которое потребовалось, чтобы стать злейшим врагом моей собственной матери. Я разрушаю ее изнутри. Я – троянский конь, которого она никак не ожидает.
Она никогда не издевалась надо мной. Никогда не продавала меня. Меня отправили в лучшие частные школы США. Я посещала школу Святого Монарха в Швейцарии для получения наилучшей подготовки. Было бы естественно пойти по стопам моей матери.
Но это не так. Не для меня. Я видела слишком много ужасов. Слишком много детей было сломлено и использовалось до тех пор, пока их не убили. Зрелище того, как невинного разрывают на части, оставляет пятно на твоей душе, и я видела достаточно, чтобы моя душа окрасилась в багровый цвет.
Мне хотелось бы думать, что я похожа на своего отца, хотя я и не знаю, кто он такой. Когда я спрашивала о нем, моя мать просто отвечала, что у нее было слишком много мужчин, чтобы знать, кто из них отец.
Анонимность дает мне надежду на то, что где-то в роду моих предков был хороший человек. Кто-то, на кого я похожа, и что это зло – не единственная кровь, текущая в моих жилах.
Я мастерски владею обеими масками, которые ношу. Принцесса Ужаса, которую заботит только роскошь, которую дает ей картель.
Еще есть Изабелла Терреро – женщина, которая проводит свои ночи, освобождая рабов. Натренированный боец, который никогда не промахивается. Сорвиголова, которая не знает страха.
Днем я разъезжаю на своем Audi R8 Spyder3, а ночью выступаю против картеля на своем мотоцикле Yamaha4.
Как я уже сказала, все носят маски.
Отворачиваясь от зеркала, я беру свой клатч от Джимми Чу5, в котором лежат моя кредитная карточка и телефон. Выйдя из своего гостиничного номера, я спускаюсь на лифте в вестибюль, оставляя двух своих так называемых телохранителей позади, которые не подозревают о моих планах на вечер.
Они, наверное, набивают морды едой в своем гостиничном номере, думая, что я благополучно улеглась в постель. Хорхе и Рико – не самые лучшие охранники. Отнюдь нет. Они больше для галочки, чем для чего-либо еще, что позволяет мне легко приходить и уходить, когда мне заблагорассудится. Моя мать считает, что если меня похитят или убьют, я не заслуживаю быть ее наследницей.
Когда я направляюсь к выходу с грацией принцессы, взгляды провожают меня. Женщины смотрят на меня с завистью, а мужчины – с вожделением.
Отель заказал для меня лимузин, и когда я выхожу из здания, шофер спешит открыть заднюю дверь. Я элегантно проскальзываю внутрь, и через пару секунд меня везут в клуб.
Я понятия не имею, на чью вечеринку я иду. Во время обеда я подслушала, как две женщины моего возраста разглагольствовали о том, что эта вечеринка – событие, которое нельзя пропустить.
Если она окажется скучной, я уйду пораньше. Надеюсь, это будет не пустой тратой времени, а захватывающим ощущением.
Когда лимузин подъезжает к клубу, я жду, пока шофер откроет мне дверцу, а затем выхожу прямо перед входом. Я не утруждаю себя разглядыванием очереди, тянущуюся вдоль входа в клуб, а иду к вышибале, который больше похож на обезьяну, чем на человека.
Его глаза скользят по мне, а затем он отстегивает золотую цепочку и кивает мне. Внутри плитка поблескивает под моими каблуками, когда меня останавливают и обыскивают, прежде чем пустить на первый этаж, где элита напивается и общается друг с другом. Музыка заставляет дрожать воздух, а разноцветные огни вспыхивают по всему интерьеру. Я окидываю взглядом все столики, большинство из которых уже заняты.
Подняв взгляд на второй этаж, где VIP-зона была оцеплена из-за вечеринки, я наблюдаю, как женщина в костюме вампира обнимает другую женщину, похожую на египетскую принцессу.
Я не вижу никаких вышибал, проверяющих гостей, и это заставляет уголок моего рта приподняться в довольной улыбке.
Взглянув направо от второго этажа, я замечаю узкий коридор, который был украшен к Хэллоуину.
Я иду к лестнице, ведущей на второй этаж, и отстаю от группы из четырех человек. Когда мы добираемся до верха лестницы, все четверо начинают здороваться со своими друзьями, и это дает мне прекрасную возможность проскользнуть мимо них.
Я направляюсь к бару и заказываю красное вино. Когда бармен пододвигает ко мне бокал, я берусь за ножку, а затем поворачиваюсь, чтобы посмотреть на приватную танцплощадку, где танцует и смеется группа женщин моего возраста.
Как только я делаю глоток и вино разливается по моему языку, волосы у меня на затылке встают дыбом. Я чувствую сильное присутствие, исходящее слева от меня, когда кто-то пристально смотрит на меня. Медленно поворачивая голову, я сохраняю спокойствие. Затем мои глаза сталкиваются с темными, и огромная энергия, исходящая от них, ударяет меня в живот.
На мужчине тоже макияж в виде сахарного черепа, и восседает он как король за тем, что кажется главным столом.
Музыка мгновенно стихает, и мое сердцебиение начинает учащаться, когда я встречаюсь взглядом с тем трепетом, которого так жаждала.
Ты справишься.
Глава 2
АЛЕКСЕЙ
Сидя за столом, я бросаю взгляд туда, где Ариана обнимает Хану. Невеста Дмитрия хотела устроить вечеринку в клубе, и Ариана получает то, чего хочет. Не потому, что она имеет на это право, а потому, что Дмитрий перевернет небо и землю ради любви всей своей жизни.
Уголок моего рта приподнимается, когда мой взгляд останавливается на Дмитрии, который стоит между мной и Арианой. Ариана изобразила его похожим на вампира, так что они подходят для вечеринки в честь Хэллоуина. Когда он переводит взгляд на меня, я жестом приглашаю его подойти к столу.
Подойдя ко мне, он приподнимает бровь.
— Расслабься, брат. Наслаждайся вечеринкой с Арианой. Я в порядке, – говорю я, чтобы успокоить его.
Покачав головой, Дмитрий слегка приоткрывает рот, а затем подходит к Ариане.
Я качаю головой, зная, что он не собирается слушать. Это заложено в ДНК Дмитрия – защищать меня, и ничто этого не изменит.
Другой мой деловой партнер, Тристан Хейс, садится за стол. Пару лет назад мы с ним основали компанию, и он, по сути, управлял ею самостоятельно, потому что я слишком занят завоеванием мира.
Удивленный взгляд Тристана останавливается на мне, а затем он усмехается.
— Я почти не узнал тебя. Я серьезно не могу поверить, что ты сидел смирно, чтобы Ариана могла накрасить тебя.
— Никогда не говори, что чудес не бывает, – бормочу я.
Это первый день рождения Арианы с нами, и после всего
