Читаем без скачивания Решающий момент Ржевской битвы - Максим Северин

В первую очередь упоминания заслуживает 19-я танковая дивизия вермахта. Приведем краткую историю ее боевых действий в начальный период войны, разберем состав и структуру.

Немецкое Верховное командование, озабоченное усилением танковой мощи вермахта, после Французской кампании (в августе-октябре 1940 г.) приступило к формированию 10 новых танковых дивизий, которые впоследствии получили номера с 11-го по 21-й. Численность танков в них колебалась от 147 до 229 машин.

19-я танковая дивизия начала свое формирование на базе 19-й пехотной дивизии 1 ноября 1940 года в городе Ганновер. В ее состав первоначально входили: 27-й танковый полк (формировался на базе 10, 11 и 25-го запасных танковых батальонов), 19-я моторизованная бригада (73-й и 74-й моторизованные полки и 19-й мотоциклетный батальон), 19-й артиллерийский полк, 19-й разведывательный батальон, 19-й противотанковый дивизион, 19-й санитарный батальон, 19-я рота связи и части обеспечения. Командовал дивизией с 1 ноября 1940 года по 5 января 1942 года генерал танковых войск Отто фон Кнобельсдорфф. С 5января 1942 года в командование соединением вступил генерал-лейтенант Густав Шмидт.

Ход боевых действий на центральном участке советско-германского фронта с 8 по 24 января 1942 года.

На момент начала операции «Барбаросса» в составе 27-го танкового полка[3], имевшего трехбатальонный состав, насчитывалось всего 228 танков, из них: 42 Pz I, 35 Pz II, 110 Pz 38(t), 30 Pz IV, 11 Pz Bef 38 (командирский вариант Pz-38(t). Слабым местом 19-й танковой дивизии являлось отсутствие в составе моторизованных полков подразделений на бронетранспортерах, которые обеспечивали бы более тесное взаимодействие мотопехоты и танков при наступлении. Обращает на себя внимание и тот факт, что основу танкового парка дивизии составляли легкие Pz 38(t) (в Панцерваффе их часто называли «Шкода») чешского производства. Масса этой машины составляла примерно 10 тонн, она обладала довольно высокой для легкого танка бронезащищенностью. Вооружение танка составляли два 7,92-мм пулемета и 37-мм танковая пушка с длиной ствола 47,8 калибра, обладавшая начальной скоростью бронебойного снаряда 750 м/с, что позволяло с дистанции 100 метров пробивать бронеплиту толщиной 41 мм. Такие характеристики танка позволяли ему успешно поражать советские Т-60 на дальних дистанциях, противодействовать Т-34 в ближнем бою (при условии поддержки средними Pz IV или огневого взаимодействия со своей противотанковой артиллерией). Высокая скорость и малые размеры этого танка делали его трудной мишенью для советских противотанковых орудий калибра 45 мм.

Однако мало кто из ветеранов Панцерваффе вспоминает Pz 38(t) добрым словом. Немецкие танкисты недолюбливали эту машину как за недостаточную мощность вооружения, так и за более хрупкую броню по сравнению с имевшейся у немецких танков, осколки которой часто калечили экипаж. Так, например, начинавший свой боевой путь на «Шкоде», а впоследствии прославленный германскими пропагандистами ас-танкист из 502-го батальона «тигров» Отто Кариус вспоминал, как в ночном бою летом 1941 года лобовую бронеплиту его танка пробил бронебойный снаряд, выпущенный из советского 45-мм противотанкового орудия, при этом куском хрупкой чешской брони радисту оторвало руку[4].

Средние таки Pz IV, число которых в дивизии в период с января по апрель 1942 года никогда не превышало 10 готовых вступить в бой машин, хотя являлись более грозным оружием в сравнении с Pz 38(t), но были пригодны в большей степени для применения в качестве танков поддержки, борющихся с любыми советскими огневыми средствами, кроме танков. Бронебойный снаряд короткоствольного орудия этого танка имел невысокую начальную скорость (385 м/с, что ненамного выше скорости звука) и обладал бронепробиваемостью, сравнимой с 37-мм снарядом Pz 38(t).

Немецкий танк Pz.38(t) в экспозиции Центрального музея Великой Отечественной войны.

Контуженый немецкий артиллерист у разбитого 150-мм орудия SIG-33.

Дивизионный артиллерийский полк состоял по штату из двух легких артдивизионов (дивизион насчитывал три четырехорудийных батареи 105-мм гаубиц le FH 18) и одного тяжелого дивизиона (две четырехорудийные батареи 150-мм гаубиц FH 18 и одна четырехорудийная батарея 100-мм орудий). Таким образом, танковая дивизия вермахта (правда, полностью укомплектованная, что на фронте являлось редким и недолгим состоянием) могла одновременно обрушить на противника огонь 36 тяжелых орудий, не считая минометного огня и огня реактивных установок, придаваемых в качестве усиления. С советской стороны соединениями, обладающими подобной огневой мощью, были лишь артиллерийские полки РГК и отчасти гвардейские минометные дивизионы. К сожалению, наличие лишнего звена в управлении огнем и оснащение советских артполков наряду с орудиями калибров 122 и 152 мм устаревшими 76,2-мм пушками образца 1902 г., низкоэффективными при огне по площадям, значительно снижало результативность действий этих грозных подразделений.

19-й противотанковый дивизион состоял из трех противотанковых рот (в каждой по восемь орудий 37-мм РАК-36 и три 50-мм РАК-38) и одной зенитной роты (10 установок — восемь 20-мм автоматических пушек и две 20-мм счетверенные установки). Практически вся артиллерия в танковых и моторизованных дивизиях противника была на моторизованной тяге, что позволяло ей быстро перемещаться вслед за динамично маневрирующими передовыми частями. Немцы широко применяли противотанковую артиллерию в порядках танковых дивизий: при переходе танков в атаку собственные противотанковые орудия поддерживали их огнем, прикрывая фланги атакующих, в случае встречи танками сильного сопротивления или контратаки советских танков орудия подтягивались непосредственно в порядки танковых батальонов для увеличения плотности, а главное — бронебойной мощности противотанкового огня. Говоря о немецкой противотанковой артиллерии, стоит упомянуть, что 37-мм РАК-36 обладала низкой бронепробиваемостью (примерно 34 мм на дистанции 100 м), за что немецкие солдаты часто называли их «дверными колотушками», указывая, что «постучать» из такого орудия по броне среднего или тяжелого танка можно, а вот пробить нельзя. Обычно бронебойный 37-мм снаряд после попадания в наклонный лоб или борт Т-34, отрекошетировав, с воем уносился в небо. Более опасным противником наших танков являлись противотанковые орудия РАК-38 и только начавшие появляться в войсках РАК-40, обладавшие бронепробиваемостью, достаточной для уверенного поражения любого нашего танка на средней и малой дистанциях огневого боя.

Боевой путь 19-й танковой дивизии начинается с первых дней войны. 24 июня 1941 года она в составе 3-й танковой группы Германа Гота форсировала р. Неман, затем участвовала в захвате Вильнюса, после продвигалась в витебском направлении, захватила восточную часть Великих Лук. Далее последовал приказ о переброске под Смоленск, однако, ввиду больших потерь, дивизия была неготова к активным действиям. В ходе операции «Тайфун» дивизия получила пополнение и вела наступление уже в составе 4-й танковой группы генерал-полковника Э. Гепнера. Части дивизии продвигались в северо-восточном направлении, подходя к Москве со стороны Юхнова, Малоярославца, реки Нара, двигаясь в сторону Подольска. 1 декабря 1941 года 19-я танковая дивизия участвовала в последнем наступлении немцев на Москву, согласно которому планировался прорыв к городу со стороны Наро-Фоминска. Танки не смогли продвинуться вперед и 4 декабря 1941 года были полностью остановлены обороняющимися частями Красной Армии. После начавшегося 5 декабря контрнаступления Красной Армии всю зиму части дивизии вели оборонительные бои в составе сначала 4-й танковой армии, в ходе отступления вермахта от стен Москвы и вынужденного дробления ударных танковых группировок противника дивизия была переведена в состав 40-го танкового корпуса 4-й армии. К концу марта дивизия понесла серьезные потери в личном составе и технике, значительное количество танков было безвозвратно потеряно или находилось в ремонте. Танки Pz I были полностью отведены из первой линии, ввиду своей полной непригодности к условиям боев на Восточном фронте. Костяк танковых сил дивизии по-прежнему составляли Pz 38(t), имелось небольшое количество боеготовых Pz IV и несколько уцелевших Pz II. Почти вся дивизионная артиллерия продолжала оставаться на моторизованной тяге.

Также отдельного внимания заслуживает 10-я моторизованная дивизия. Она начала формироваться в 1934 году в городе Регенсбург, сначала как 10-я пехотная дивизия, впоследствии была в достаточной степени укомплектована автомобильным транспортом и с 15 ноября 1940 года стала именоваться 10-й моторизованной дивизией. В ее состав вошли: 20-й моторизованный полк под командованием полковника Вальтера, 41-й мотополк под командованием полковника Голлвитзера, 40-й мотоциклетный батальон, 10-й артиллерийский полк, 10-й противотанковый дивизион, 10-й саперный батальон, 10-й разведывательный батальон и другие мелкие части обеспечения. В частях дивизии к началу операции «Барбаросса» по штату числилось 24 бронетранспортера Sd.kfz 251, а также несколько более легких Sd.kfz 250 и колесных бронемашин в составе 10-го разведывательного батальона. Противотанковый дивизион был по составу и структуре аналогичен противотанковому дивизиону танковой дивизии.