class="p1">Я прикоснулась к ране, а затем посмотрела на окровавленную кисть. Адреналин помогал не чувствовать боль. Но стоило осознать, что я в безопасности, и она вернулась.
Как и стоило ожидать, в голову полезли мрачные мысли. Мол, раз я, действительно в безопасности, можно и умереть. Хоть какая-то дань Богине-матери и лесу.
Обычно я беру, а сегодня смогу отдать. Отдать свою жизнь им, а не убийцам мне подобных.
Веки налились свинцом, а я и не сопротивлялась. Моя дух перейдет в лес, и как знать, может этого хватить, чтобы вырос один росток. Ведь там, где есть один, может оказаться и два. А где есть два, обязательно будет три…Четыре… Пять…
Глава третья — Сильные ноги и крепкие руки
Я открыла глаза, проверить, не появился ли росток. Ростка не было, были ноги. Сильные, покрытые мхом, босые ноги.
У многих моих сестер были такие ноги. С помощью, этих самых ног, они передвигались по лесу совершенно бесшумно. Иногда казалось, что их стопы и вовсе не касаются земли, а порхают над ней.
Мои сестры самые прекрасные создания на земле. В отличии от меня. А еще, мне нравилось, как они могли исчезать среди деревьев. Утекали как вода сквозь пальцы, и скрывались в листве.
Я на такое была не способна. Лес не разговаривал со мной, и не прятал от посторонних глаз. Лес не принимал от меня дары, и не позволял пользоваться своими благами. Все, что досталось мне, от дражайшей матери, способность черпать силу леса, через прикосновение.
Я — пожиратель магии. Способная только брать, и ничего не давать взамен. Именно поэтому, меня прозвали пиявкой.
В отличии от меня, сильные ноги напротив, должны быть способны делиться магией, прятаться в лесах, зародить новую жизнь, в уже почти увядшем цветке.
А еще, нимфа, у которой такие большие ноги, просто обязана быть сильным воином.
Я подняла голову, чтобы посмотреть на сестру, которая отвернется от меня, стоит только произнести свое имя, но наступила темнота.
***
Покрытые пеплом верхушки засохших деревьев качались из стороны в сторону, а где-то снизу раздавался шлепающий звук. Неприятный и непривычный звук. Словно кто-то очень сильно бьет плоской палкой о водную гладь.
— Проснулась?
Тихий приятный, успокаивающий, я бы даже сказала убаюкивающий, голос.
— Я умерла?
— Хм… А ты хотела бы?
Я задумалась. Если уж быть совсем честной, то хотелось пожить немного. Как бы не было сложно, и временами болезненно, я не желала умирать. Хотелось добиться чего-то и доказать своей матери, что даже будучи полукровкой, я способна продолжить ее дело. Что я не позор семьи, а просто отличаюсь. Но это не мешает мне дотягивать до уровня сестр.
— Нет.
— Это хорошо.
Такой приятный голос.
— Кто ты?
— Хм… — вновь оповестил некто, прежде чем спросить. — А кого бы ты хотела видеть?
Какое-то странное видение. На вопросы не отвечает, лес из стороны в сторону качает, тело парить заставляет. Может маг какой? Было ощущение, что я что-то упускаю. Что-то банальное, простое, очевидное.
— Что со мной?
Происходящее было похоже на странный сон. Может я, действительно, умерла? Самое очевидное предположение, учитывая то, что боль ушла.
— Ты ранена. Я дал тебе зелье, чтобы снять боль.
Снизошел хоть до каких-то объяснений, голос.
Ну, хорошо, это объясняло то, почему ушла боль, но не то, почему лес шатает. Как будто кто-то нарочно раскачивает его. Будто ребенка пытается убаюкать.
Вот она! Мысль, которую я не могла уловить. Не лес качает, а меня. Чьи-то крепкие руки, несут меня в неизвестном направлении. Крепкие и теплые.
Но это не нимфа. Нимфы не могут быть такими сильными, они нежные создания. А еще, я не знаю ни одну нимфу, которая обладала бы таким низким, немного хриплым, голосом.
Я, вновь, подняла голову, чтобы посмотреть на того, кому принадлежали сильные руки, но, снова, наступила темнота.
Глава четвертая — Пиявка
Выпад. Я ушла вбок, и увела меч в сторону.
Снова выпад. На этот раз перекатилась по земле, и встала до того, как золотоволосая, успела развернуться и приставить клинок к горлу.
Вопреки ожиданиям, она быстрым, почти неуловимым движением метнула кинжал, который попал в бедро. Упав на одно колено, я подняла глаза на мать. Она уже удалялась с поля.
— На сегодня достаточно!
Ну, а чего, я в принципе, ожидала. Забота, нежность и сострадание чужды ее, закаленному битвами, сердцу.
Если б только я стала сильнее, быстрее, гибче. Ну, или научилась призывать магию леса.
— Ты такая жалкая.
Сирена ударила тупой стороной копья, прямо в живот. От боли я сложилась пополам.
— Тебе никогда не стать одной из нас.
Арина нанесла удар между лопаток. Я растянулась на земле, хватая ртом воздух.
— Жалкая полукровка, пожирающая магию пиявка.
Я уже давно научилась не обращать внимание на подобные оскорбления.
— Если бы я, только забирала магию леса, — продолжала Сирена, — давно бы лишила себя жизни.
— Ты думаешь, что ее жизнь нужна кому-то?
— Может хоть в качестве удобрения, сгодиться. Ха-ха
— Ха-ха-ха…
Они ушли, когда с неба упала первая капля, которая пробежалась по телу, и потянула за собой струйку крови, что орошала земли подо мной. Дождь — это жизнь! Я любила дождь, как многие из моих сестер. Многие, но не Сирена.
Безупречная дриада, не терпела, когда что-то мешало быть ей лучшей среди прочих. Зелень ее кожи, отливала серебром утренне росы. Голос был подобен трели соловья. А боевые навыки — предметом зависти.
Высокая, гибкая, с идеальной копной пшенично-золотистых волос. Таких как Сирена всегда ставят в пример остальным. Поговаривали, что она взяла в руки кинжал, еще до того, как сделала первые шаги.
Думаю, именно такой должна быть дочь моей матери. Но, по совершенно непонятной причине, на свет появилась я. Не способная призвать магию. Слабая, бессильная пиявка.
Капли барабанили по спине, пока подо мной растекалась лужа крови. Нога заживет, и довольно быстро. Я уже вытягивала магию из едва проросшей травы и полевых цветов.
Дриада, не способная призвать магию леса, для защиты. Позор семьи. Сирена бы отбила клинок, одним движением, потянувшись к дереву за спиной. Тот стал бы, щитом, что защищает от ударов, или мечом, что рубит без раздумий. Я на подобное, не способна.
По молодости ли, или по глупости, но раньше, я давала отпор ей и ее друзьям. Пока однажды, не решила прекратить борьбу. Рано или поздно, им надоест издеваться. Рано или поздно они от меня отстанут.
