Схватила та девочка отца, подняла, да из хором горящих и вынесла...
Едва успел опомниться Иггельд, как оказался вдруг на Черном Камне, а как его княжич втащил - думать некогда, волки, один за другим, полезли, проклятые. И откуда такая сила да прыть только бралась? Понятное дело, оборотни, они - двужильные! А у лекаря лишь один сапог остался - другой трофеем волчьим стал. Взмахнул Иггельд левой ногой, сбил полезшую морду, улетел волчара вниз, на лету крутясь. Да что толку - еще двое полезли. А княжич - и так, и сяк, и сапогами в зубы волкам тычет, и ножиком малым тыкает. Враз освободили Черен Камень. Взвыли оборотни, да вновь полезли.
- Что делать? - воскликнул княжич, обратив взор на Иггельда. Видать, вера в наставника, в его знания - у него велика!
- Слово рода своего знаешь? - хлопнул себя по лбу, о чем-то догадавшись, старый волхв.
- Знаю, - потупился Младояр, ибо Слово то тайное!
- Перевернись через голову, да Слово молви!
- А что будет, Игг? Тоже волком стану? - спросил княжич с тревогой.
- То увидим! - шепнул Иггельд.
Перекувырнулся Младояр через голову, Слово тайное, что на ушко ему в детстве шепнули, да в тайне хранить наказали - громко выкрикнул. Перевернулся, да с камня вниз сиганул.
Подхватили крылья княжича, взмахнул он ими раз, другой, завертелось все в глазах его зорких. А, вот и камень, вот и волки - бросились разом на человечка малого, всего в меха разодетого... Наставник в беде! Не раздумывая, сложил крылья княжич, да камнем вниз! Ударил самого матерого, что зубами до горла человеческого добраться норовил.
Глубоко вошли когти Младояровы под шкуру волчью, ударил хищный клюв по серому затылку, да не пробил черепа - крепок тот оказался у оборотня. А волчара, человека оставив, перевернулся враз спиною вниз.
Но и сокол наготове - отлетел в сторону. Забыли человека волки, бросились на ясна сокола...
От сердца отлегло у Иггельда, как только обратился воспитанник его в птицу хищную. "Теперь спасется, волкам его не достать!" - решил лекарь. А сам - к смерти приготовился, но решил жизнь подороже отдать! Бросился ближний из волков - Иггельд его снизу ножичком поддел, да и рассек кожу по животу всему волчьему.
Кишки так и вывалились. Но тут остальные бросились, разом. "Вот и конец мой настал..." - охнул лекарь.
Но не тут то было! Вместо того, чтобы улететь подальше, вернулся княжич, в сокола обращенный, сам оборотня от наставника оттащил, на себя отвлек - и в беду попал. Сокол-то где герой? В небе ясном. А тут, среди волков - равно что курица! "Эх, пропадет княжич!" - мелькнуло в голове у Иггельда. "А я? Чем я хуже!?
Что до того, что Велесу посвящен? Была, не была, скажу Слово родовое!" - решился лекарь-волхв нарушить запрет древний, забыть обет, что в волхвы принимаемый, давал. Перевернулся, Слово выкрикнув, да взревел, падая...
Волки так от сокола и отпрянули, как рев услыхали, да как накрыла их тень громадная. То Иггельд на задние лапы встал. Поднялся, да опустился, разом двоих серых хищников под себя подмяв. В лицо ударили волчьи запахи. Взмахнул лапой, перебил одному хребет. Другого прижал лапой, да придушил, как пес крысу...
А княжич, волчьими когтями исцарапанный, немало перьев утеряв, из последних сил в небо взмыл, да сверху землю оглядел. Ага, вот они, серые, разбегаются! Ну, погодите! Вновь, как и в первый раз, бросился сверху княжич на улепетывающего волка, вцепился когтями в спину волчаре, начал рвать клювом шею вражине.
Рвал кожу, жилы, кровью упивался, добивал врага до смерти...
- Уймись, княжич, брось мертвое тело, как май краснохарь, терзать!
Младояр опомнился, привстал. Под ним лежало нечто окровавленное... Да это же тот самый мальчонка из хуторских, тот, что язык ему показывал! Но каков он теперь - лицо не лицо, кожа клочьями, горло разорвано, грудь истерзана, торчит обломок ключицы... Красно все кругом. "Неужели это сделал я?!" - подумал княжич, да утерся рукавом. Кровь, еще кровь откуда? Да это ведь у него на губах кровь! И солоноватый вкус на языке... Вкус чужой крови!
Понятно дело, ведь он только что терзал клювом этого парнишку, нет, тогда еще переярка...
- Пошли, парень, пора меч из неволи доставать, - послышался вновь голос наставника.
- Что, отпустил Черен Камень наши железа? - спросил Младояр, завидев меч в руках Иггельда.
- Как же, отпустит такой, - усмехнулся лекарь, - я его слегка обманул.
- Как?
- Сейчас увидишь, - Иггельд подвел княжича к камню, взялся за прилепившийся к черной поверхности клинок, повел в сторону.
- Вот, оторвать нельзя, а тащить - можно, - объяснил наставник, теперь сюда, на край, здесь тяга послабже. Вот, рукоятка уже наружи. Осторожно, только в эту сторону.
Ну вот, камень держит одно острие. Теперь потянем чуток...
И меч княжича оказался в руках лекаря.
Младояр выхватил клинок из рук наставника, начал гладить, как щенка...
- Никогда больше с тобой не расстанусь!
- шепнул княжич холодному железу.
- Разумно, - похвалил воспитанника Иггельд, - воителю без меча никак нельзя, уж лучше без порток, да с клинком!
- Пошли, что ли, отсюда? - спросил Младояр.
- Погодь, я кусочек Черна Камня отколю - и пойдем...
Княжич не стал спрашивать, зачем наставнику кусочек заветного камня, ему это и так ясно! Более того, Младояр еще и себя обругал - что не догадался кусочек отколоть...
Сгодится на что, да и вообще - интересно!
Послышался стон. Иггельд, даром что на седьмом десятке, мягко, по-рысьи ступая, приблизился к недобитому оборотню. На мгновение обратился из ратника в лекаря, определил - у хуторянина переломана спина, руки да ноги - в параличе, не жить больше тому настоящей жизнью, не бегать, не работать руками... Ну, ведь сам Иггельд ему хребет и обломал, будучи медведем!
- Что с ним, Игг? - спросил княжич, на всякий случай выставив вперед клинок.
- Не жить ему, добей!
- Почему я?
- А кто же?
- Я не хочу!
- Не по-людски так оставлять, звери объедят...
- Я не могу, - завертел головой Младояр - и так, вон, малого забил насмерть, а теперь раненого добивать... - Лучше ты, Игг, ты ведь прежде славным воином был!
- Был, да сплыл, а сейчас я лекарь да волхв, не пристало лекарю людей убивать, а волхву - тем паче!
- Мне придется? - переспросил княжич упавшим голосом.
- Ты княжич, твое дело - княжеское, кровавое, - сказал, как опрокинул ушат с холодной водой на голову парнишке, старый лекарь.
Младояр подошел поближе к умирающему.
Приподнялся на цыпочки, размахнулся мечом - чмок - и снес голову оборотню, как кочан капусты на ученье...
* * *
- А кроме Виева Лога есть ли в нашем княжестве еще какой такой - на излучине? - спросил Младояр.
Разговор шел под вечер, юноша уже слегка успокоился после пережитого утром. Раны, подлеченные Иггельдом, больше не кровоточили. Самую большую, с рваными краями - лекарь чуть ушил, да не совсем. Предупредил, что, скорее всего, загноится - вот и выход гною оставил. Но пока особо не болело. Пришлось и княжичу побыть в лекарях - попользовать наставника, где тот достать не мог.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
