- Магия. Должно быть, стена заколдована, - пробормотала саламандра.
Они с Кирен стали искать калитку, ведь оказалось, что стены окружают их со всех четырех сторон. Калитки не было. Но как же они тогда здесь очутились? Или это сама стена их окружила? К тому же, как назло, внутри не росло ни одного дерева, чтобы по нему можно было перелезть на ту сторону. Кирен и саламандра поняли, что оказались в ловушке.
- Я боюсь, - призналась Кирен. - Есть магия добрая и магия злая. Я не верю, что эту непреодолимую стену создала добрая магия. Должно быть, ее воздвигло какое-то проклятие.
Ей сразу вспомнилось страшное отцовское проклятие. Неужели счастливые дни кончились и ее снова ждет череда нескончаемых страданий? Кирен кусала губы, чтобы не заплакать.
Она мужественно сдерживала слезы до темноты, пока саламандра беспокойно бегала кругами, но когда стемнело, Кирен все-таки расплакалась.
- Прекрати плакать! - застонала саламандра.
- Не могу. Слезы сами собой льются, - всхлипывая, ответила Кирен.
- Я этого не вынесу. От твоих слез мне становится зябко, - сказала саламандра.
- Хорошо. Я постараюсь не плакать, - пообещала Кирен.
Ей почти это удалось, и она лишь время от времени всхлипывала и шмыгала носом. Всю ночь Кирен не сомкнула глаз, а когда рассвело, девочка увидела, что стена стоит на прежнем месте...
Нет, не совсем. За ночь стена придвинулась и теперь ее отделяло от Кирен всего несколько футов. Их каменная темница уменьшилась почти вчетверо.
- Плохо дело, - сказала саламандра. - Нам грозит беда.
- Знаю, - тихо ответила Кирен.
- Тебе нужно выбраться отсюда.
- Нам обеим нужно отсюда выбраться, - поправила Кирен. - Но как?
Все утро ловушка играла с ними в свои зловещие игры. Стоило повернуться к одной из стен спиной, как стена эта тут же придвигалась на пару футов. Поскольку саламандра была проворнее Кирен и постоянно находилась в движении, она взялась следить за тремя стенами сразу.
- А ты внимательно следи за той, которая впереди, - велела она Кирен. - Не спускай с нее глаз.
Легко сказать - «не спускай». Девочка смотрела на стену так пристально, что начало щипать в глазах. Кирен поневоле приходилось мигать, а пока она мигала, стена успевала придвинуться. К полудню в распоряжении Кирен и саламандры остался только крохотный кусочек земли.
- Они все придвигаются и придвигаются, - угрюмо сказала саламандра.
- А что, если я попробую перебросить тебя на ту сторону? - предложила Кирен.
- Хорошая мысль. Тогда я побегу за подмогой.
Но Кирен тщетно пыталась перебросить саламандру через стену. Она тратила драгоценные силы, а стена словно дразнила ее. Девочке казалось, что каменная преграда подпрыгивает и ловит саламандру, заставляя фарфоровое создание соскальзывать внутрь их тюрьмы.
Вскоре Кирен окончательно выдохлась, а за это время пятачок внутри стен уменьшился вдвое.
- Они хотят нас раздавить, - сказала саламандра, не прерывая бега, хотя теперь ее бег больше напоминал кружение на месте. - Нам остается лишь одно.
- Что? Говори скорей! - закричала Кирен.
- Если бы ты на что-нибудь взобралась, ты бы смогла перелезть через стену.
- Как же через нее я перелезу? - в отчаянии спросила Кирен. - Она не выпускает нас наружу.
- Мне кажется, стена не выпускает только меня, - возразила саламандра. - Посмотри, птицы спокойно пролетают над ней, и она их не ловит.
Саламандра была права. И, словно в подтверждение ее правоты, птаха, распевавшая на соседнем дереве, вспорхнула и спокойно пролетела над стеной.
- Ты забыла, что я - неживая, - сказала саламандра. - Меня заставляет двигаться лишь сила магии. А ты живая, поэтому сможешь отсюда выбраться.
- Но мне не на что встать.
- Вставай на меня, - сказала саламандра.
- Как же я на тебя встану, если ты все время бегаешь?
- Ради тебя я остановлюсь.
- Нет! - со слезами на глазах крикнула Кирен. - Нет! Не делай этого!
Но саламандра уже замерла у кромки стены и стала всего лишь фарфоровой фигуркой, твердой и холодной.
Кирен заплакала, но стена не дала ей погоревать. Девочка уже ощущала холодное прикосновение камней. Саламандра пожертвовала жизнью, чтобы помочь Кирен выбраться отсюда, и она должна была хотя бы попытаться это сделать.
Кирен встала на холодную саламандру, но смогла лишь с трудом дотянуться до верха стены. Тогда девочка приподнялась на цыпочки и сумела уцепиться за край. Напрягая последние силы, Кирен подтянулась и... перелезла через стену.
Она упала на кучу сухих листьев, и в тот же миг произошли два чуда. Стена начала быстро съеживаться, вскоре превратилась в четыре столба, а потом и эти столбы исчезли, а вместе с ними исчезла саламандра. А Кирен вдруг почувствовала себя совершенно здоровой. Отныне она могла бегать, прыгать и качаться на ветках.
Прилив сил был подобен ударившему в голову крепкому вину. Девочка вскочила на ноги так резко, что с непривычки чуть не упала снова. Кирен бегала по лесу, перепрыгивала через ручьи, карабкалась на деревья, стараясь залезть как можно выше. Проклятие исчезло, она была совершенно здорова.
Но даже здоровые дети устают от долгой беготни. Запыхавшаяся Кирен наконец села на землю, и вдруг ей стало очень стыдно: в своем безудержном ликовании она совершенно забыла про фарфоровую саламандру, которая пожертвовала ради нее жизнью.
Кирен нашли только под вечер: она горько плакала, уткнувшись лицом в груду пожухлых прошлогодних листьев.
Поиски возглавил сам Ирвасс, поэтому Кирен удалось отыскать так быстро.
- Посмотри, - сказал Ирвасс отцу Кирен. - Твоя дочь полностью здорова. Проклятия больше нет.
- Она здорова, но сердце ее разбито, - ответил отец, поднимая дочь на руки.
- Разбито? - удивился Ирвасс. - Быть того не может. Глупо страдать по неживой фарфоровой безделушке.
- Нет, она была живой! - возразила Кирен. - Она разговаривала со мной! Она отдала за меня жизнь!
- Не спорю, - согласился Ирвасс. - Но подумай вот о чем, девочка. Пока над саламандрой властвовала моя магия, ящерка ни на секунду не останавливалась. Как ты считаешь, она никогда не уставала?
- Конечно, никогда.
- Ошибаешься. Уставала, и даже очень, - сказал Ирвасс. - Теперь она сможет отдохнуть. И не только отдохнуть. Когда саламандра перестала двигаться и навсегда замерла, какой была ее последняя мысль?
Ирвасс повернулся и зашагал прочь, однако, отойдя на несколько шагов, остановился и вновь повернулся к Кирен и ее отцу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
