горы эльфов и отодвинула границу Делантрии на полуостров, китовый жир стал единственным товаром, который они могли добывать и продавать.
– Да, это правда, – только и сказала Алдари, не желая подчеркивать бедность своего королевства.
– Надеюсь, вы знаете, что и где здесь находится? Вы же библиотекарь, причем известный, – улыбка Хока стала вызывающей, и Алдари поняла, что он нисколько ей не верит.
– Носит и раскладывает книги обычно моя сестра… – Алдари повернула голову в сторону Тели. – Но я, конечно, могу подсказать вам соответствующие названия.
– Ваша сестра носит большую булаву. Слишком большую для библиотекаря.
– Это для того, чтобы должным образом наказывать негодяев, которые загибают страницы или сминают корешок.
Алдари медленно шла между книжными стеллажами, и ее взгляд метался по книжным полкам в попытке отыскать нужный ряд. В библиотеке замка она легко могла отыскать что угодно, но, как заметила Тели, в местном хранилище она не бывала и не могла быстро сориентироваться. Однако, несмотря на бедность, вопросам образования в королевстве уделялось достаточно внимания, и в библиотеках имелась стандартная система каталогизации и хранения книг. Она нашла раздел об охоте и рыбалке примерно там, где и ожидала.
– Ваш народ думает заняться китобойным промыслом?
– Возможно, если материал окажется достаточно мотивирующим. У моего товарища есть хобби. Он обожает закалывать некоторых существ пиками. Это такие палки с острыми наконечниками, – ухмыльнулся Хок и посмотрел на своего лейтенанта, который остался у двери, сердито наблюдая за тем, что он, видимо, считал пустой тратой времени.
– Судя по вашему снаряжению, вы, наверное, оба этим увлекаетесь, – сказала Алдари и посмотрела на торчавшие из колчана оперенные стрелы.
Хотя улыбка не сошла с лица Хока, но в зеленых глазах мелькнула тень более зловещего чувства.
– Конечно. Это любимое времяпрепровождение эльфов. На протяжении нескольких последних столетий мы только этим и занимаемся.
Алдари взяла с полки книгу. Это была «История методов китобойного промысла и происхождение двустороннего гарпуна».
– Вот, пожалуйста.
– Отлично. Уверен, это будет захватывающее чтение.
– Моя сестра не умеет выбирать захватывающие книги, – пробормотала Тели, не глядя на нее.
Она, должно быть, решила, что лейтенант более опасен, чем капитан, и потому сосредоточила внимание на нем.
Но Алдари не была в этом так уверена. Хок мог быть красавцем и иметь очаровательную улыбку, но не смог бы так быстро подняться по служебной лестнице, если бы не был умен и компетентен. Очень умен и очень компетентен.
В эльфийском королевстве правил монарх, как и в Делантрии. Но, судя по тому, что она читала, воинские звания у них присваивались тем, кто сумел проявить себя, а не благодаря знакомствам или связям с троном. Впрочем, она не знала, относится ли это к изгоям, которые покинули свою родину, чтобы основать собственные компании наемников. Было в Хоке что-то такое, что заставляло ее подозревать, что он весьма способен. И очень опасен.
– Уверен, вы ошибаетесь, – ответил Хок Тели, – и с нетерпением жду возможности погрузиться в эту замечательную книгу во время моего следующего путешествия.
Он снова поклонился Алдари и направился к двери.
Пока эльфы записывали на себя книгу, Алдари подумала, что надо было им сказать, что как подданные другого королевства они должны заполнить форму и оставить депозит, но передумала. Ей не хотелось делать ничего, что могло бы помешать этим двоим уйти. Зачем они ее искали, она не знала и даже не догадывалась, но не сомневалась, что их визит в библиотеку не был случайностью.
Глава 2
– Уверена, что не хочешь отправиться вместо меня? – спросила Алдари свою сестру – настоящую сестру, – когда они шли через двор замка к каравану из фургонов, ожидавших Алдари, чтобы увезти ее в Орат на свадьбу. Свадьбу с мужчиной, которого она никогда не видела, в королевстве, где никогда не бывала. Почему это ее не радовало?
Шайдена, которая была старше ее на два года и склонна к сарказму, посмотрела на нее на удивление сочувственно. Таким взглядом обычно одаривают престарелых родственников, страдающих смертельной болезнью. Сочувствие не согрело душу Алдари, а, скорее, вызвало у нее беспокойство, и она подумала, что, возможно, Шайдена знает о принце Зерике больше, чем она.
– Не пойми меня превратно, – сказала Шайдена, – но я очень удивлена, что он выбрал тебя, а не меня. Ты неуклюжа, слишком много читаешь и не знаешь абсолютно ничего о том, как доставить мужчине удовольствие. Ты, наверное, и в первую брачную ночь появишься у него в спальне с чернилами на пальцах.
– А при чем тут чернила?
– Да при том. Навряд ли ему захочется видеть, как его мужское достоинство или другие выступающие части тела измажут черным.
Алдари потерла лицо.
– Я умею мыть руки. И не собираюсь касаться его выступающих частей.
– Если это правда, ты точно станешь сплошным разочарованием, а не хорошей женой. – Шайдена изогнула брови. – Поверь мне, прикосновения необходимы. Хотя ты же прочитала столько книг, поэтому, думаю, у тебя есть некоторое представление об основной механике секса.
– В большинстве книг, посвященных репродукции, которые есть в нашей библиотеке, эта тема освещена только касательно животного мира.
Алдари до сих пор помнила, как чуть не сгорела от стыда, когда прочитала о спаривании дельфинов и акул. Ей тогда было двенадцать. С тех пор она держалась подальше от шкафов с такими книгами.
Шайдена покачала головой.
– Просто спроси его, что ему нравится, и делай именно так. Надеюсь, у него нет пристрастия к слишком уж одиозным извращениям.
Алдари не знала, что отразилось у нее на лице – удивление или ужас, – но Шайдена снова бросила на нее этот сочувствующий взгляд.
– Не могу сказать, что мне очень хочется побывать в Орате или уехать туда насовсем, но думаю, принц Зерик точно выбрал не ту сестру.
– Никто из нас не должен ничего знать о сексе. Ты же помнишь, как часто и громогласно заявлял об этом отец.
– Ага. И что мы должны оставаться девственницами до свадьбы, потому что живем в смехотворно отсталые времена, когда мужчины до сих пор считают, что это наиболее желанная добродетель женщины. Да ради бога. За какого бы принца я ни вышла замуж, он будет в восторге, обнаружив, насколько я искушена в «постельных» вопросах. Я и сама разочаруюсь, если у него не будет опыта в таких делах, – Шайдена сморщила нос. – Ясно, что браки по расчету не предполагают романтики, но надеюсь, что мне не достанется какой-нибудь тринадцатилетний юнец, который не сможет найти нужное отверстие.
Алдари чуть не выронила сумку с книгами и упустила заложенный за ухо карандаш.
