Чжоу кивнула. Если уж выбирать кого-то на роль возлюбленного, то почему бы не парня, которого подруга-психиатр охарактеризовала с самой положительной стороны?
Но нет. Кому она врала? Все эти влюбленности были не для нее.
– У вас все хорошо?
– Чжоу, познакомься. Это Невилл, мой жених, – гордо улыбнулась Полумна, беря под локоть подошедшего к ним мужчину.
– Приятно познакомиться, – кивнул Невилл. – Я слышал о вас много хорошего.
– И мне, – улыбнулась Чжоу.
– Милая, – Невилл перевел взгляд на Луну, – нам пора начинать. Гости начинают волноваться, что мы оставим их без еды.
Извинившись, Полумна жестом попросила официантов пригласить в ресторан оставшихся в холле гостей, и Чжоу пошла искать свой столик. Там уже сидели две девушки, представившиеся Джинни и Ханной, подругами с работы Луны, и Филл, дальний родственник Лавгудов, которого она смутно помнила как молчаливого мальчика после одного из дней рождений. Но и девушки, по всей видимости, были не из числа разговорчивых. Еще два места пока пустовали, и Чжоу лениво гадала, кто же их займет, потому что перспектива провести ужин в гробовой тишине все-таки была страшнее назойливой болтовни. Она успела совсем заскучать, когда официанты начали разносить шампанское и принимать заказы у гостей, а к столику подошел Блейз.
– Дамы, – улыбнулся он, занимая место рядом с Чжоу, скользя взглядом по тут же смутившимся Ханне и Джинни.
– Это будет долгий вечер, – прошептала Чжоу, делая глубокий вдох. Сонливость как рукой сняло. – И только чудо меня спасет.
– Прошу прощения. Меня отвлек срочный звонок.
Смущенно поправляя челку, мокрую от снега, к столику подошел Гарри. Его глаза тут же нашли Чжоу, и, отчего-то чувствуя жар на щеках, она робко улыбнулась. Хочешь чудо – будет чудо.
***
Стоило формальным приветствиям и благодарностям прозвучать, зал наполнился тихими разговорами и звоном бокалов. Атмосфера за их столиком немного улучшилась: Джинни разговаривала с Гарри, Блейз, совсем не замечая Чжоу, – с Ханной, и даже Филл, казалось, поборол робость. Изредка переглядываясь с Гарри, Чжоу с улыбкой наблюдала за Полумной и Невиллом. В их жестах сквозила нежность. Они жили в своей любви, как единый организм, идеально дополняя друг друга.
– Конечно, я счастлив за них. Моя сестренка встретила парня, который отлично дополняет ее.
Чжоу невольно обернулась, услышав слова Блейза. На ее памяти, они впервые были хоть в чем-то согласны, пусть она и не озвучила свои мысли вслух.
– Наши родители поженились семь лет назад, – продолжил он. – Сначала я противился этому браку, но теперь даже рад. У меня появился человек, с которым я готов пойти на край света.
Чжоу покачала головой, делая глоток шампанского. Слышать от Блейза что-то искреннее было странно для нее. Неужели он изменился?
– Что-то не так, Чанг? – без предупреждения спросил Забини, не глядя на нее.
– Чжоу, Блейз. Сколько тебе повторять. И ты обещал сестре меня не беспокоить.
– Вы давно знаете друг друга? – прервал вопросом их перепалку Гарри.
– Расскажи ему… Чжоу. Расскажи, как мы познакомились.
– Не о чем тут рассказывать. Твоя мать директор пансионата, в котором мы с Луной учились. Там и познакомились.
Блейз усмехнулся. Конечно, это не было истинной правдой. Между ними было куда больше простого стечения обстоятельств.
– Кстати, мама спрашивала о тебе. Говорят, ты теперь известная журналистка, а ведь она считала тебя не самой лучшей ученицей.
– Почему я не удивлена? – фыркнула Чжоу.
– Так что? Это правда? «Таймс»?
– Да, Блейз.
– Поздравляю.
– Спасибо.
Чжоу подозвала официанта. Как же ее раздражал этот снисходительный тон, который Забини выбрал для нее. Хотелось встать и уйти, чтобы не видеть точеный профиль, не чувствовать запах дорого одеколона и спокойную силу, исходящую от того, кого она привыкла считать своим врагом. Но Блейз без предупреждения снова вернулся к разговору с Ханной, и Чжоу выдохнула. Больше они не сказали друг другу ни слова. Надо было признать, время пошло ему на пользу, отметила Чжоу. Надменность и самодовольство остались в прошлом. Он стал еще более уверен в себе, но больше не кичился этим почем зря, а к красоте прибавился шарм, противиться которому было невозможно. Перед ней был обновленный Блейз Забини, который, положа руку на сердце, слишком сильно нравился Чжоу. И это раздражало.
В конце вечера, когда в зале почти не осталось гостей, Полумна присела за столик к Чжоу. Ханна и Филл уже ушли спать, Джинни и Гарри все еще о чем-то разговаривали, а Блейз отошел к матери. Чжоу задумчиво посмотрела ему вслед. Последние пару часов ее мысли были прочно заняты старым знакомым.
– Блейз изменился, – заметила она.
– Видишь? – улыбнулась Луна. – Он просто вырос.
– Это очень странно, видеть его… взрослым.
Луна внимательно посмотрела на Чжоу. Та неотрывно следила за Блейзом, идущим к барной стойке. Ей показалось, она услышала в словах подруги неподдельный интерес. Гарри был позабыт, хотя он весь вечер бросал довольно красноречивые взгляды в ее сторону, и не нужно было быть психиатром, чтобы это понять.
– Скажи мне, врачевательница душ, может ли один вечер изменить неприязнь, копившуюся столько лет? – протянула Чжоу.
– Иди к нему.
