— Спасибо, — промямлила Аличе, опустив голову.
Ее снова бросило в краску. Но спаситель занимался готовкой, не обращая на нее никакого внимания. Она набралась храбрости, села поближе и спросила:
— Ты вендел?
— Я?
Грег удивленно взглянул на нее.
— Ты говоришь, как горец из Винделики, — застенчиво пояснила Аличе. — Их тут много бывает — приезжают торговать. Иногда почти не понять, так они слова коверкают. Ты говоришь чище, но все равно…
— А! — Грег снова занялся кроликом. — Да, я из Винделики.
— Я думала, вы другие. Беловолосые, светлоглазые. А ты больше похож на южанина. У меня в Лорете была подруга, — ее родители беженцы из Мондрагоны, — так она была смуглянка…
— Я никогда не бывал в Мондрагоне и в других южных герцогствах тоже, — ответил Грег. — Моя родина — Веттерштайн. Но сейчас я приехал из Каррены.
— Из Каррены! — оживилась Аличе. — Я там родилась!
— Мой старший брат Вальтер — алхимик на службе герцога. — Грег одним движением содрал шкурку с кролика. — Когда он заметил дым пожара на севере, то сразу приказал мне собираться в путь. «Поезжай и посмотри, — сказал он. — Узнай, что там сгорело. Ты должен выяснить это первым».
Аличе тихо засмеялась.
Грег поднял голову и удивленно посмотрел на нее.
— Что я сказал смешного?
— Ну… Все алхимики шпионят друг за другом и изо всех сил стараются друг друга опередить. Мой папа поступил бы так же, только поехал бы сам.
— Ах, вот оно что! Значит, ты — дочка алхимика?
Грег внимательно посмотрел на Аличе.
— Я вижу, ты уже вполне пришла в себя. Так, может, расскажешь, что у вас там стряслось?
Улыбка сразу сбежала с лица Аличе.
— Не хочу вспоминать! — она съежилась, взгляд застыл, как тогда в Лорете. Грегу даже почудилось, будто снова повеяло гарью. — Хотела бы я забыть это навсегда! Не заставляй меня…
— Я не заставляю, я прошу, — мягко проронил Грег. — Ты успела выскочить из базилики — значит, катастрофа не была внезапной. Что ты видела перед взрывом? С чего началось?
— Не было никакого взрыва, — глухим голосом ответила девушка.
— Не было взрыва? Вот как! А что было? Только не отворачивайся! Это очень важно — выяснить, что разрушило твой город. Когда все началось?
— На закате… — Аличе прерывисто вздохнула. — Мы с сестрами были в базилике на вечерней молитве. Вдруг послышался рокот вроде отдаленного грома, но он нарастал и нарастал… а потом качнулась земля. Грохот превратился в оглушительный рев — словно сам Адский Змей хотел вырваться из бездны… И тут всех охватил ужас…
Аличе задрожала.
— Никогда в жизни я не испытывала подобного! Это не был обычный страх! Мне казалось, я схожу с ума. И все вели себя так, будто от ужаса лишились разума. В один миг в базилике началась паника. Девочки вскочили, начали метаться, вопить… Потом мы всей толпой кинулись на улицу, падая и наступая на упавших…
Взгляд Аличе снова стал невидящим, ее трясло, как в лихорадке, но она все говорила, будто не могла остановиться. Лесная прогалина исчезла — она снова там, в горящем городе, которого больше нет…
Грег отложил тушку кролика, вытер руки и пересел к ней поближе, однако перебивать не стал. Он хотел послушать.
— …выскочили на крыльцо, а там — пламя до неба! Все горит, весь город, каждый дом! Я решила, настал Последний день! Все вокруг рушится, мечутся люди — горящие люди… Они кричат, открывают рты, но слышен только рев огня… И тут я увидела…
Из глаз Аличе хлынули слезы. Грег притянул ее к себе.
— Не бойся, — успокаивающе проговорил он, гладя ее по голове. — Все это закончилось. Так что ты увидела?
— Не могу, — всхлипнула она. — Как вспомню, словно опять переношусь туда… и он опять уставился на меня!
— Уставился? Кто?
— Кто-кто? Дракон, конечно!
Грег отстранился и посмотрел на нее взглядом, который явственно говорил — да, поторопился я, решив, что ты пришла в себя…
— Дракон? — повторил он. — Ты уверена?
— Это правда! Огромный, как гора!
— Один?
— Я видела одного…
— О драконах я тоже думал, — признался Грег. — Но все указывает на то, что город сгубили алхимики. И твои слова это подтверждают. Содрогнулась земля — значит, взрыв все же был. От драконьего огненного выдоха земля не трясется! Я сам видел яму…
— Я не придумываю!
Грег прищурился, глядя куда-то в лес.
— Какого цвета был дракон? — спросил он неожиданно.
— Что? — от удивления Аличе почти пришла в себя. — К-красный, кажется…
— Тогда точно — ерунда. Вот если бы зеленый, я бы задумался.
— Почему?
— Если это в самом деле был дракон, то он прилетел не с юга, а с севера, из-за гор, и улетел туда же. Это бы объяснило, почему его никто не видел на Равнине. Но тогда он не был бы красным. На севере не водится красных, я точно знаю.
— Откуда ты можешь знать?
— Знаю, — уклончиво ответил Грег. — Родина красных драконов — Огненные острова на далеком юге, в тысячах лиг отсюда. Зачем им лететь в такую даль? Ради удовольствия поджечь крошечный городишко?
— Но я видела своими глазами!
— Это ничего не значит, — Грег задумался. — Слыхала ли ты о драконьем ужасе?
— Нет…
— Драконы насылают его на врага, вступая в бой. Это тоже оружие. Оно захлестывает внезапно, подобно волне, и предшествует первому удару…
— Да, все так и было!
— Но, как ты сказала, когда вы выскочили наружу, все уже горело. Не совпадает… Зато я слышал, что такой же ужас могут вызывать и отдельные вещества. Если ты в самом деле дочь алхимика, то понимаешь, о чем я…
Аличе промолчала, сердито сопя, но на ее лице явно было написано: и все-таки я видела дракона!
— Ну, сама подумай — зачем дракону жечь вашу никому не нужную Вишневую Лорету? Да еще «огромному, как гора». Таких и не бывает. По крайней мере, я о таких не слышал. Как говорится, у страха глаза велики…
— Святой Невестой клянусь, он был ростом с колокольню! С глазами как тележное колесо, зубами как мечи…
— Морок! — убежденно заявил Грег. — Теперь я почти уверен — алхимики изобрели новый ядовитый газ, вызывающий видения. Брат однажды расказывал о таком. Люди видели, как с неба опускается пылающее солнце… Драконов, кстати, тоже видели…
— Он был живой! — взвизгнула Аличе. — Он смотрел на меня, приказывал мне взглядом, и я не могла пошевелиться! Мне… и сейчас иногда кажется, что он на меня смотрит…
Грег хмуро покосился на нее. В его рубашке и штанах девица похожа на подростка-бродягу. Одежда добротная и теплая, но слишком большая и сидит на ней как на пугале, тонкая шея торчит из ворота. Воронье гнездо из встрепанных мокрых волос, взволнованный взгляд широко распахнутых серых глаз… Перепуганная маленькая горожанка, которая еще не оправилась от пережитого. Чудо, что она вообще сохранила разум! Ну а то, что она выжила, и вовсе не поддается объяснению…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
