- Очень ты умные слова говоришь. Мне наплевать, для кого предназначен этот ваш химикат - для змей, кенгуру, устриц или микробов. Мне вон туда ужас как хочется! - Он выразительно указал на окно, а затем не менее выразительно похлопал ладонью по сгибу левой руки, куда следовало сделать укол.
- Ладно, - вздохнула сестра. - Но давай для первого раза хотя бы не всю ампулу. Точную дозу мы не знаем. Да и не вводили его прежде. Мало ли какие аллергические...
- Я не грудной ребенок, и у меня не возникло аллергии даже во Вьетнаме на о-вэ.
- Ты мне зубы не заговаривай своим Вьетнамом. Небось болтался по борделям, вот и подцепил какую-то гадость...
Она часто повторяла это обвинение, но он никак не реагировал, лишь улыбался в ответ. Сегодня наконец-то спросил:
- А почему ты так решила?
- Ты из того типа мужчин, по которым женщины просто сохнут, - призналась она. - И не говори, будто сам об этом не знал!
- Не знал, да еще и забыл, - шутливо ответил он, вспоминая уютные вьетнамские бордели...
...Спорить и оправдываться было бесполезно, ведь в таком плачевном состоянии сам себе он укола в вену сделать не мог. Дозировку, если, тьфу-тьфу-тьфу, препарат стоящий, действительно придется подбирать экспериментальным путем.
- Ампула на сколько? - спросил он, поскольку про ампулы и таблетки знал достаточно много. Чего только не приходилось себе колоть в бедро прямо через одежду, чтобы не чувствовать боль или усталость, когда требовалось безостановочно идти по джунглям несколько дней подряд.
- На пять, - ответила Лиза.
- Тогда давай начинать с одного кубика, - предложил он, поскольку не рассчитывал, что любой другой вариант пройдет.
Сестра, как он и предполагал, согласилась без дальнейших споров.
Первое ощущение после укола было ужасным - по вене пустили не лекарство, а расплавленное железо. Он не закричал только потому, что умел сдерживать крик в любой ситуации. Неожиданную боль он тоже умел сдерживать, но о ее появлении следовало знать заранее, так легче с ней бороться. Когда боль уже обволокла тебя, ее значительно труднее отогнать.
Минут через пять после укола огонь наполнил все его тело - от пальцев ног и до мочек ушей. Вот тогда-то он решился открыть глаза и невольно застонал. Но на сей раз не от боли, а от восторга. Светлый мир ударил утраченной полнотой красок, а в носу неистово "зачесались" давно забытые запахи. С кухни потянуло домашними котлетами!..
Оказалось, он о многом забыл уже очень и очень давно. И вот теперь что-то новое и неведомое поднялось перед ним, и он вскочил на ноги, будто катапультировался с кровати. Сестра отшатнулась к стене, когда он инстинктивно выполнил несколько резких движений, выбив при этом дверь, но уже в следующий миг повалился обратно на кровать, поскольку сил и дыхалки хватило на несколько секунд.
...Он открыл глаза, когда стол был полон, официант стоял с бутылкой терпкого "Мукузани", а мимо во второй раз проходила дама, способная усилить ощущения от трапезы и провести с ним несколько часов на чистых простынях.
- Поставьте второй прибор, - попросил он, - и пусть она присоединится.
- Нет ничего проще, - с улыбкой ответил официант.
2
31 марта, 22:30
"Все было рассчитано до секунды..."
Вот только расчет делался наспех. В этот серо-грязный вечер Ализа и Сергей не могли бросить Игоря, пусть тот и ввязался не в свое дело. И хотя "вводную" они получили из рук полковника, разрешение на операцию было дано лишь в устной форме. Что означало - в случае прокола Игорю и сотоварищам, как иронично называл их группу полковник Гарлин, предстоит выпутываться самостоятельно.
Несколько следующих минут Сергей смотрел по сторонам, как будто надеялся, что погода неожиданно изменится. Бесполезно - лучше не крутить головой, чтобы не растрепать "есенинский" чубчик, а следить за дорогой: вечеру на их работу наплевать, он останется таким же серым и невероятно грязным. Стемнеет рано; снега уже нет, а небо затянуто тучами, поэтому до наступления сумерек стоит остановиться и надеть линзы ночного видения. А насчет "наспех", напомнил себе Сергей, - это все отговорки, ведь работать чаще всего приходится "с листа", импровизируя по ходу дела.
Ализа сидела рядом, закинув ноги на "торпеду", и делала вид, что спит. Хотя с нее станется, она может и в таком положении заснуть. Она была спокойна, зато нервничал Сергей. У них так всегда: если один спокоен, то другой дергается. И наоборот.
Сценарий предстоящего читался спокойно. Небольшая роль Сергея после пары-тройки грубых фраз закончится красочным падением с парой пуль в бронежилете; Ализу актером в этот вечер вообще не назовешь, скорее уж суфлером - она спровоцирует перестрелку, когда найдет точку, чтобы не было понятно - кто и откуда стреляет. Так что работа как работа - ерунда, сели - поехали.
Ализа повернулась и открыла глаза - как раз вовремя, ей тоже следует надеть линзы. Внешность можно не менять, оставаясь собой, - чуть раскосые глаза, тонкая ниточка бровей, чуть выпирающие скулы и черные как смоль, коротко подстриженные волосы. Сегодня ей, кроме черной шапочки, ничего и не надо - не на людях работает.
Ровно в половине одиннадцатого Сергей вкатил старый бежевый "опель-рекорд" на Тумкову горку, как прозвали ее "чуки", и прижал к обочине. Место это находилось в нескольких километрах от Питера и считалось стопроцентно надежным. Менты и омоновцы сюда не совались, поскольку информация, которую здесь получали те же "органы", стоила того, чтобы "гараж" оставался неприкосновенной зоной. Дорога, если ехать дальше, обрывалась в километре от горки - ржавые трубы, битый кирпич и прочая строительная чепуха. Десять лет прошло с начала строительства дороги; никто не помнил, кому она понадобилась, но именно в глупом появлении заключалась вся прелесть ее существования. Щербатый асфальт, ямы с водой, распиленные стволы берез, - чурбаки постоянно появлялись на дороге, и их приходилось раскатывать по обочинам...
В старом ангаре, который все называли "гаражом", проходили предварительные переговоры, а затем подписывались, кровью или водкой, окончательные договоренности. За полкилометра до горки дорога разветвлялась на асфальт и цивильный подъезд столетнюю, или еще старше, покрытую камнем мостовую. С обочины - от "опеля" и до гаража - тянулись доски почерневшей лестницы. Нормальные люди старались подъезжать по "мощенке".
Сергей и Ализа сидели и ждали, когда клиенты свернут. С места, где они припарковались, ничего не было видно. Зато все прекрасно слышно. Ализа откинулась на спинку сиденья, не глядя достала пакет и занялась планомерным уничтожением яблок. Сергей вытащил пачку сигарет и пока выкурил пару, она тоже прикончила пару - но не штук, а килограммов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
