Венгене, поэтому, естественно, наличие наследников очень важно, — Бруно посвящал меня в тонкости местной политики и семейных связей. — У Байрона Рамзи много жен и наложниц, и, следовательно, много детей. Однако Мира не просто одна из многих, она — единственная наследница от союза с его первой женой. По сути, вы обеспечили сохранение влияния лорда Рамзи на Восточном Венгене.
— Звучит серьёзно, почему ты не сказал мне об этом раньше? — вздохнул, проводя рукой по волосам.
Бруно запрокинул голову и рассмеялся, схватившись за бока.
— О, господин, вы так сильно напоминаете мне одного моего хорошего друга, — сказал он, с трудом успокоившись и смахивая слезу. Он протянул руку к свитку. — Господин, могу я это забрать? Думаю, что могу с остальным справиться сам. Теперь, когда дворцовые слуги получили от Вас разрешение, им будет достаточно и моего присутствия для контроля выгрузки. Уверен, что вы хотели бы… еще немного поспать или поесть.
— Бруно, спасибо тебе, ты отличный управляющи! — я похлопал его по плечу. — Кстати, ты не знаешь, Олли уже приготовил что-нибудь на завтрак?
У меня снова заурчало в животе, а Бруно широко улыбнулся.
— По-моему, он приготовил немного каши.
— Овсянка? — разочарованно спросил я. Ненавижу овсянку, и, думаю, по тому, как скривилось мое лицо это было заметно.
— Я знаю, о чем вы подумали, и скажу только, что вы будете приятно удивлены. — Глаза Бруно блеснули, и уголки его губ дернулись вверх, как будто он пытался сдержать улыбку. — Я обещаю.
— Ну что ж, — я шутливо отсалютовал ему. — Тогда, пожалуй, пойду и попробую эту волшебную кашу.
— Я попрошу слуг передать вашу благодарность и почтение лорду Рамзи.
— Спасибо! — Бросил уже на ходу. Есть хотелось так сильно, что я уже был согласен даже на кашу. Тем более Бруно обещал, что это будет вкусно. После шикарного рагу от Олли у меня не было ни одной причины ему не доверять. Да и голод не тётка.
Я смотрел на голубоватый рассвет и пытался понять, который сейчас час. Судя по тому, что солнце высоко еще не поднялось, было достаточно рано, так что у меня в запасе приличное количество времени. Ускорился и в считанные минуты добежал до кухни, где хозяйничал Олли.
— Дооооброе уууутро, — сказал он, когда я вошел и впустил в помещение прохладный утренний воздух.
— Привет, Олли! — поприветствовал повара, присаживаясь за деревянный стол. С тех пор как я перестал заботиться о своём питании, каждый приём пищи стал для меня настоящей радостью. — Бруно сказала, что я обязательно должен попробовать твою кашу.
Покорная улыбка Олли стала шире, его щеки залил румянец, а кончики светло-коричневых ушей затрепетали. Он ничего не сказал, просто положил в тарелку немного каши, которая на первый взгляд напоминала обычную овсянку.
— Олли, я так голоден, что готов съесть слона! — скептически заметил я, глядя на детскую порцию. — Можно мне ещё столько же?
Он хитро улыбнулся, но всё же сделал так, как я просил.
— Спасибо, дружище! — я поднёс большую ложку ко рту. Ещё до того, как я попробовал горячую кашу, я ожидал, что почувствую сладкий, фруктовый вкус. Но мои рецепторы были в восторге, когда по ним ударила волна пикантной пряности.
Несмотря на неприглядный внешний вид, вкус каши оказался насыщенным и многослойным, чем-то похожим на кавказкие приправы. А круглые шарики, которые лежали кучкой на краю тарелки оказались кусочками обжаренного сыра.
Еда была настолько острой, что на лбу у меня выступили капли пота. Нет, это не кавказские травы, а индийское пекло. Чувство насыщения пришло почти сразу. Теперь понятно, почему он так загадочно улыбался, когда я просил добавки. Жгучий перец проникал в нос, из глаз непроизвольно текли слёзы, пульс колотился так сильно, что каждый удар отчётливо ощущался в сонной артерии, но я всё равно продолжал есть. Это было невероятно вкусно.
В какой-то момент я почувствовал, что больше не могу, и отодвинул тарелку.
— Олли, — я закашлялся, как только открыл рот, при каждом вдохе специи обжигали горло. Я потянулся за глиняным кувшином и сделал несколько глотков прямо из него. — Я обожаю острое, но тебе удалось меня удивить.
— Сееейный рецеепт, — протянул он, качнув лохматой головой.
— Спасибо за завтрак! — я снова приложился к кувшину с водой. Вытер горящие губы тыльной стороной ладони, зевнул так, что челюсть хрустнула, и на меня навалилась непонятно откуда взявшаяся усталость. Я встал и покачнулся. — Воу.
— Сидите, — мягко сжав моё плечо, Олли усадил меня обратно на скамейку, пока я не рухнул на пол.
— Почему я так хочу спать? — невнятно спросил у него, мои веки опустились, а голова оказалась на сложенных на столе предплечьях, как будто её к ним примагнитило. Что за чертовщина⁈… И тут я провалился во тьму.
Глава 2
Спустя мгновение я уже стоял на ногах, ощущая как разум резко прояснился, а сердце наполнилось дикой энергией и уверенностью.
— Чёрт возьми! Олли, что это было? — воскликнул, не в силах сдержать нарастающее напряжение. Энергия переполняла меня, а настроение, и моё и без того отличное настроение стало еще лучше. Наклонившись, я с хищным интересом уставился на тарелку с остатками завтрака. — Что ты подмешал в эту кашу?
— Секретный ингредиент, — с улыбкой ответил Олли, отворачиваясь и продолжая заниматься своими делами. Было очевидно, что он не собирается раскрывать мне свою тайну.
— Хорошо, не хочешь — не говори, — я решил не настаивать, встал и отнес грязную тарелку в раковину.
— Спасибо, Олли, — сказал ему, буквально вылетая из кухни, переполняемый зарядом энергии. Мои мысли уже были заняты вторым пунктом моего плана. Я двинулся к своей сексуальной и страстной кошкодевушке, которая, надеюсь, всё ещё спала в моей постели.
Когда я вернулся в спальню, шторы были задёрнуты, что не могло не радовать. В комнате царила тишина. Я снял одежду, аккуратно сложил её на банкетку у кровати и осторожно сдвинул край балдахина.
Рита лежала на сбитой постели, словно принцесса, достойная кисти лучшего художника. Если бы кто-то нарисовал её спящей и повесил картину в музее, к ней бы выстраивались очереди.
Она лежала на спине, завернутая в простыню, раскинув руки. Её волосы разметались по подушкам, а простынь сбилась, открывая манящую ножку.
