Читаем без скачивания Бастионы гордыни - Алекс Каменев

корпуса «Фурия» и другие корабли этого проекта смогут осуществлять маневры, сохраняя основную часть экипажа в живых.

Черт его знает, насколько это правда. Но дополнительных подсистем здесь и правда хватало. Что в свое время автоматически увеличило стоимость постройки чуть ли не в два раза. Финансисты, подписывающие сметы, тогда в очередной раз возмутились, заявив, что хватит обычного набора систем из одной главной и второй вспомогательной. Но все решило слово князя, приказавшего не экономить на жизнях членов команды.

Вот если бы строили для других или на продажу, то могли бы обойтись и стандартным набором дублирующих цепей, но это корабль клана и экипаж там будет из своих, а значит делать надо на совесть, не жалея средств — прямой результат отголоска знаменитого деления на своих и чужих.

Счетоводы заткнулись и проект утвердили в первоначальном варианте.

— Несколько недель назад инженеры говорили насчет падения параметров выходной мощности силовой установки по правому борту. Ее устранили? — поинтересовался я, пока мы выходили из реакторного отсека и шли дальше.

Я покосился на мундир офицера, абсолютно черный, с белой снежинкой на груди, с именем и знаками различия. На ум сразу пришли перипетия принятия флотской формы.

Традиционными родовыми цветами Владык Холода считались белый, синий и серебристый. Именно на этом сочетании настаивала консервативная часть Детей Вьюги при обсуждении новой флотской формы. И в принципе никто не возражал, так как корабли тоже планировалось сделать полностью белыми.

Но потом вмешался его величество случай и сложности технологического процесса. Сколько уральские мастера клана Демидовых не бились, у них так и не получилось сделать необходимый сплав металла для обшивки корпуса чисто белым. Все время получался какой-то грязный сероватый оттенок. А вот черный выходил на загляденье, плюс к тому же имел дополнительные свойства поглощения радиационного излучения, которого в космосе хватало с избытком.

Это решило вопрос. Князь в тот раз еще пошутил, что под черным цветом всегда скрывается ранимая и добрая душа. Присутствующие вежливо посмеялись.

Ну да, мы же Повелители Льда такие добрые и ранимые, все это знают. А кто не знает и усомнится в нашей доброте — быстро помрет особо мучительным образом. Так что с князем никто не спорил. Новую флотскую униформу уже подгоняли потом, решив сделать акцент, совмещенный с окрасом кораблей.

— Это кают-компания. Как видите экипаж сейчас находится на боевых постах, готовясь к последним этапам подготовки к прыжку, — капитан значительно приподнял бровь, намекая, что и нам пора возвращаться на мостик.

Оглядев просторное помещение со столиками, стульями и диванчиками — в дальнем конце виднелась даже небольшая барная стойка, я машинально припомнил ТТХ Фурии: длина 300 метров, ширина около 50 (в зависимости от части корабля, нос более узкий, корма увеличена), высота в районе полусотни и тоже смотря где смотреть, силовая реакторная установка типа СКЕРТ-1М, вооружение: два ускорителя (стреляют сжатой в силовое поле плазмой — легко пробивает даже самые толстые листы брони), четыре ракетные шахты (боезапас — 200 ракет класс «Шторм»), и сотня планирующих бомб, специально разработанных для ударов с орбиты. Экипаж — 70 человек, включая взвод тяжеловооруженной пехоты из состава Детей Вьюги.

Мстислав — Длань Войны клана при разработке проекта настаивал на увеличении количества бортового вооружения и увеличении десантного отсека как минимум до полноценной роты, но разработчики логично указали, что в этом случае придется значительно расширять площадь и размер корабля, что автоматически приведет к замедлению проекта.

Как и любой военный до мозга костей Мстислав мечтал о чудовищных дредноутах, способных с ходу проламывать планетарную оборону, высаживать на поверхность армию и за несколько дней брать под контроль целый мир.

К сожалению, его пожелания остались лишь на бумаге. На текущий момент технологический уровень не позволял строить таких монстров. Даже постройка четырех кораблей обошлась в целое состояние, затребовав пять лет.

— Хорошо, возвращаемся.

Мы вернулись на командный мостик. Капитан сразу приступил к проверке процедуры подготовки прыжка. Я же ступил на площадку, выступающую вперед.

Вмонтированные в стены экраны полукругом окружали небольшое возвышение, создавая панорамный обзор. На экраны транслировалась картинка с внешних камер. Величественный вид из космоса, где-то далеко медленно проплывала Земля. Корабль двигался по орбите, выходя на заданную точку прыжка.

Все это создавало иллюзию, словно находишься на обзорной площадке, где под тобой за стеклом проплывает планета. Что конечно не так. Проекция шла снаружи, формируя целостную картинку, делая так, будто прозрачная стена действительно находится перед тобой, а за ней раскинулся бескрайний космос.

Слишком опасно. Ненадежно. Сам мостик находился в глубине крейсера в своеобразном коконе, защищенный со всех сторон многочисленными слоями защиты, как из металла, так и из силовых полей. Поэтому никаких обзорных иллюминаторов, только сталь и специальные сплавы.

И никакого стекла конечно же нет, как и окон, и вообще каких-либо выходных уязвимых мест на поверхности корпуса, черного, как ночь, корабля.

Если реакторный отсек назывался сердцем звездолета, то командный мостик являлся его центром, его мозгом, откуда шло управление. Если что и выйдет последним из строя, то это будет он.

— Величественно, — раздался из-за плеча голос Ласки. Ее тоже захватили космические пейзажи с видом родной Земли далеко внизу. — Смотрите, а это не Обитель Стужи?

Затянутая в боевую перчатку рука указала на точку на экране. Где-то в районе северного полюса, — автоматически определил я и зачем-то прищурился. Глупость какая, нужна цифровая обработка бортовой оптики.

Словно почувствовав куда устремлен взгляд повелителя один из офицеров на мостике провел манипуляции со своего пульта. Картинка скакнула и приблизилась, стала крупней. Проступили контуры отмеченной точки — сдвоенная пирамида, висящая в воздухе.

Обитель Стужи.

Гигантская крепость, составленная из Живого Льда, зависла на высоте нескольких километров над бескрайними ледяными пустынями Арктики.

Я вспомнил когда был там последний раз, гуляя по широким залам безлюдной крепости. Постоянно генерирующая энергию стихии Вечного Льда, цитадель давно уже превратилась в место, куда мог зайти далеко не каждый. Бесконечный поток обжигающего Холода сделал нахождение там болезненным даже для прирожденных ледышек. Даже Полина не могла долго вынести тяжелого давления, ругалась сквозь зубы и уходила. Поэтому теперь там кроме Снежных гончих, рыскающих в вечном патруле по анфиладам ледяных залов, давно уже никого нет.

Я полуобернулся и поблагодарил кивком офицера. Картинка мигнула и вернулась в прежнее состояние. Плывущая по воздуху в арктических широтах цитадель исчезла, вновь превратившись в неясную точку.

— Выходим на заданную орбиту, — сообщил один из офицеров-операторов за пультом.

Пункты управления помещались в небольших углублениях, капитанское кресло возвышалось по центру. Слева-направо по окружности находились места: оружейника, навигатора, связиста, энергетика, инженера систем жизнеобеспечения и первого заместителя, бравшего на себя руководство в случае отсутствие капитана на мостике.

Все должности имели вторые номера, для несения вахты в полете и для общей безопасности, если с основными специалистами что-нибудь случится. При подготовке к полетам постарались предусмотреть разные варианты, в том числе выход из строя или гибель основной части экипажа.

— Ваше сиятельство, обратите внимание направо, — подал голос капитан, спускаясь со своего кресла.

Проекция на стене изменилась, цифровой зум укрупнил объект. На вытянутом полукругом огромном экране появилось изображение другого корабля. Он медленно двигался на фоне залитой солнцем половинке планеты.

— Кто это?

В отличие от стремительных очертаний Фурии, хищно устремленных вперед, незнакомец обладал тяжеловесностью. Больше нашего крейсера, он чем-то походил на перевернутую бочку, только с обрезанными краями.

— Курбатовы, — сверившись с откликом сигнала опознавания «свой-чужой» ответил один из офицеров.

Я понимающе кивнул. Массивный, без изящества, но определенно громоздкий и основательный, корабль походил на своих хозяев — сибирских отшельников, практикующих магию оборотничества. Дом Зверя, как часто называли его записные остряки, не смея сказать это косматым здоровякам в лицо.

Крупный корабль медленно поворачивался, совершая маневр. Под стать своим владельцам, такой же мощный и медлительный, но в случае необходимости умеющий стать быстрым и смертоносным.

В отличие от Строгановых Курбатовы смогли позволить себе только один корабль, но сделали его значительно больше остальных. Размерами их рейдер, способный без труда перевозить три сотни человек, далеко превосходил конкурентов. Но был в единственном экземпляре.

До монстров-дредноутов,