— Планета исчезнет. Все это вокруг — специально для нее, как школа.
— А жители?
— Куклы. Их водят наши, те, кого я попрошу.
— Я уж подумал, ты слепила характеры.
— Я-то — нет. Зато Арика… Я разрешила ей играть, и она сделала несколько личностей. Странноватых, в чем-то идеалистичных. Мне придется поработать, чтобы перевести их к нам.
— Например, кентавра?
— Да. И еще с десяток мелких зверюшек тут, в Тепи.
— А улететь они не могут.
— Нет, конечно. Они, так же как и я, прикованы к планете.
Дан, помолчав, нерешительно спросил:
— Извини за подобный вопрос, но кто ее отец?
Женщина окинула его сразу похолодевшим взглядом:
— Ты стал хорошим Магистром.
— При чем тут это! При разных вариантах ответа девочке понадобится разный подход, и…
— И разная степень давления.
— Я не допущу ничего подобного, даю слово. Она будет свободна в своем выборе уйти или остаться. И, извини, если ты мне не доверяешь, зачем просишь о том, чтобы я устроил девочку к нам?
— Она все равно попадет к вам, Магистр. Вы слишком любите контролировать все необычное, а она, безусловно, необычна — хотя бы по своему происхождению.
— Но я должен знать о ней все.
— Все?
— Ладно, хотя бы имя ее отца. Проявись у нее аномальные свойства — а они проявятся — это не должно быть неожиданностью, ради ее же безопасности!
Лина независимо пожала плечами:
— Имя отца ты знаешь.
— Кто из двоих? — настаивал Дан.
— Каких еще двоих? — ощерилась Лина.
Дан задумчиво смотрел на женщину:
— Значит, вы все-таки встретились. Как он?
— Жив. Но он не хочет тебя видеть.
Магистр, чуть вздрогнув, пожал плечами:
— Тгон всегда был максималистом.
Лина слабо улыбнулась:
— Боюсь, Арика переняла от отца не только это.
Часть 1. ВОЛК
В воздухе висела плотная пелена песка и пыли. Вездесущие частицы забивали нос, хрустели на зубах, сыпались из волос при каждом движении.
Арика глянула вниз. Сквозь тучу пыли с трудом угадывались очертания двухголового чешуйчатого чудовища, подкапывающегося под основание крепостной стены. Из-под сильных перепончатых лап летели фонтаны песка, толстый ящеровидный хвост судорожно дергался в такт роющим движениям.
Отступив от бойницы, Арика жестом приказала подкатить чан со смолой.
На плечо девушки легла рука, выходящая из ничего. Она не принадлежала этому миру, и никто, кроме Арики, не мог видеть ее. Фыркнув, девушка шагнула за рукой. Иллюзио-сон развеялся. Арика неторопливо сняла датчики, вопросительно глянула на Дана.
Они находились в огромной комнате с высокими потолками без окон, освещенной тусклым серым светом. Из мебели в ней были только узкие койки, почти все занятые сейчас спящими учениками, опутанными датчиками. Арика огляделась — подобную сцену она видела впервые. Девушка представила, как дежурные Магистры ходят между лежащими, наблюдая, фиксируя. На юношеских лицах лежали странные полутона-полутени, делая их трудноузнаваемыми, чужими.
Магистр молча кивнул в сторону двери, жестом напоминая о тишине. Идя к выходу, Арика тщательно обходила товарищей — малейший шум или прикосновение, и их сон тоже прервется, а ведь экзамены на носу.
Дан провел ее знакомыми коридорами, толкнул дверь в свою комнату. Она была довольно большой. Кроме стандартного набора пластиковой мебели и компьютерного терминала, помещение загромождали полки с разложенными по ячейкам инфокристаллами — в отличие от Арики, книги Дан не любил, относясь к ним как к пережитку.
Подобные привычки на аграрной, архаичной планете, жители которой только-только начали строить свою промышленность, выглядели несколько странновато. С другой стороны, если Сообщество имело возможность обеспечить своих высокотехнологическими приспособлениями, то кому этим не пользоваться, как не Дану — одному из лучших врачей-Магистров?
Взгляд Арики против воли — как и при каждом ее посещении — задержался на единственном во всей комнате изображении — стереофотографии на столе. Красивая женщина с развеваемыми ветром волосами шла вперед, словно желая вырваться с поверхности изображения — в этот мир. Где она оставила любимого мужа и сына, уйдя за грань почти двадцать лет назад.
Арика отвела глаза — как и всегда. Дан до сих пор тосковал по Деле. Девушка не раз «прихватывала» его ощущения — хоть и смутно, но все же достаточно определенно, чтобы быть в этом уверенной.
Дан указал Арике на единственный стул, сам сел на кровать.
— Психоанализатор говорит, что ты опять не работаешь в полную силу, — сказал он с мягким упреком.
Арика пожала плечами:
— Может, недостаточна степень реальности сна? Я подсознательно чувствую, что это — игра. Кстати, потому, наверно, я так легко перехожу к реальности.
— Увы. Ведь ты входишь в сны с такой же легкостью. Твоя скорость адаптации в самых странных мирах просто невероятна. Словно у тебя в сознании нет барьера реальности.
— Ну и что?
— С одной стороны это прекрасно. Но в любом мире, даже в родном, даже вне миров, у тебя меньше шансов выжить. Ведь даже свое «я» ты не можешь принять как абсолютную реальность. Не говоря уже о том, что тебя окружает.
Арика помотала головой:
— Ой-ей-ей! Попроще нельзя?
— Пожалуйста. Для тебя все вокруг — игра. Ты не можешь в полную силу бороться даже за свою жизнь, потому что и себя не принимаешь всерьез. А ведь тебе придется отвечать за других.
— Чего ради?
Дан усмехнулся:
— Мы не особенно распространяемся о целях Сообщества. Так вот, оно готовит Магистров и Советников. Собственно, Советник — это Магистр, поступивший на официальную службу. Но и просто Магистр часто отвечает за слишком многое.
Арика мотнула головой, откидывая с глаз волосы, и спокойно сказала:
— Вывод: мне в вашей школе делать нечего.
— Не выдумывай. Просто поразмышляй над тем, что я сказал.
— Хорошо. Я пойду?
— Нет еще. У меня к тебе дело. Ты прекрасно контактируешь с животными, даже лучше, чем Магистры.
— Просто я привыкла.
— Вот именно. Пойдем-ка.
Через три лестничных пролета Дан свернул в узкий темный коридор, где пришлось идти почти наощупь. Наконец Магистр остановился перед небольшой дверью, но не открыл ее, а лишь откинул створку окошка на уровне глаз, жестом предлагая Арике заглянуть туда.
Дверь вела в один из внутренних двориков. Это была небольшая круглая площадка, очерченная замшелыми монастырскими стенами, такими высокими, что солнце сюда попадало лишь в полдень. Стены были глухие — ни окон, ни балконов. На земле лежали каменные плиты, кое-где разошедшиеся от времени. Летом между ними пробивались чахлые травинки. Сейчас же, несмотря на то, что вокруг монастыря лежал снег, дворик был чист и сух — его защищал силовой колпак, раскинутый над монастырем. Возле дальней стены на подстилке лежало существо. Арика сначала не поняла, что это такое. Она вглядывалась уже несколько минут, как вдруг существо вскочило, принюхиваясь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
