материализовавшемуся врагу. Его задачей было подкрасться сзади и засадить клинок в сердце. Астарот подготовил под ногами архимага печать, которая должна была его обездвижить. Это давало ему времени добежать, чтобы снести голову мерзкому старикашке. Задача Азраила отвлечь удар Оркуса на себя, выступив самым активным из всех атакующих. Он должен был использовать против него массированную атаку разными заклинаниями. Бель пожертвовала ему один артефакт, который должен был отразить любую атаку, являясь одноразовым абсолютным щитом. Люциус ставил одновременно и щит, и барьер, не давая сбежать ушлому старикашке. Бель была на подхвате. Находясь в невидимости под покровом Воланда, незаметно должна была залезть старику в голову. Взять его под контроль у нее все равно бы не вышло, а вот понять, что он задумал, вполне. Она запросто могла передавать мысли остальным напарникам, выступая таким образом координатором…
Усадьба Оболенского
Алконост уже несколько дней, как самостоятельно вернулась в дивный сад в поместье Оболенских. Своим излюбленным местом для распевания песен она выбрала высокое дерево, как раз напротив комнаты Психа. Он уже несколько раз бросал в неё по утрам тапком, перемещал в другой конец сада, даже пытался запереть в одной клетке с саблезубой кошкой, но отец был сильно против. Вот он эту птичку очень любил. Видно, ему уже давно ни выпивка, ни женщины не доставляли радости. А тут вышел из дома, уселся под деревом и все, ты уже счастлив, так что больше ничего и не надо. Ещё в саду шла постройка застекленной оранжереи, где алконост смогла бы зимой петь свои мелодичные песни. И вот когда Оболенский снял артефакты, оставив их на столе, а сам телепортировался прямо из комнаты, алконост за ним наблюдала из кроны раскидистого дерева. Она оказалась девушкой злопамятной и не забыла, как её выкинули в окно из гостиницы. Поэтому, дождавшись удобного случая, нашла способ, каким образом отомстить своему обидчику.
Вспорхнув с ветки, она аккуратно приземлилась на карниз, заглянув через стекло в комнату. Ещё раз убедившись, что сейчас в ней никого не было, просунула голову в приоткрытую форточку, зубами повернув ручку в нужную сторону. После чего, как вор, проникла в помещение. На столе лежали две вещи, это были часы и очки. Своими когтистыми лапами она их обе подцепила и выпорхнула в окно. Как девушку, ну или сороку, её привлекали блестящие вещи, а в отражении очков или часов она часто видела отблески солнца. А ещё она понимала, что для парня эти вещи очень важны, поэтому, украв их у него, она таким образом его наказала…
Глава 2
Ловушки
Замок Оркуса
— Ну что может пойти не так? — передразнивала Тень слова Оболенского, которые он часто повторял, когда они только собирались на дело. — Да все могло пойти не так. А если бы артефакт не сработал, тогда бы я умерла. Ведь даже щит, чтобы старикашка ничего не заподозрил, поставить я не успела, — бурчала Таисия, идя вслед за Оболенским по мрачному огромному замку, спускаясь по ступеням в самый низ, где архимаг держал пленников.
— Не обижайся, сейчас убедимся, что детей в клетках нет, и сразу же вернёмся, — пообещал парень, чтобы немного успокоить Таисию. — Верь мне, у меня всегда есть план А, план В и план С, на всякий случай. Даже если с тобой случилась бы смертельная неприятность, я отмотал время назад, но тебя бы снова вернул к жизни. Заранее просмотрел будущее и видел, как исчезает отправленный в ад архимаг, а я привожу тебя в чувства.
— А что было потом, мы находим детей в подземелье? — спускаться туда, где Оркус содержал своих пленников, Таисии не хотелось. Там всегда кто-то рано или поздно умирал, и пахло разложением плоти. Вообще, весь этот замок был наполнен эманациями смерти, и отсюда хотелось как можно быстрее сбежать.
— Нет, не смотрел, мы там сразу покидали эти развалины. Но если Кассандра узнает, что мы могли, но не освободили пленных детей, она заставит меня снова сюда тащиться, — у кицунэ архимаг похитил когда-то сестру, чтобы провести над ней эксперимент, который не удался и закончился гибелью очередного ребенка.
Чувство тревоги по-прежнему не покидало Таисию, она внимательно осматривалась по сторонам, выискивая взглядом ловушки. То, что они были в замке, она знала об этом. Но пока жила с архимагом, те никогда не срабатывали.
На этом этаже как раз находилась лаборатория Оркуса, где он проводил страшные эксперименты, а вот камеры с пленниками как раз находились ярусом ниже. Но чтобы добраться до них, нужно было пройти вдоль коридора, обходя лабораторию по периметру.
Когда Оболенский, идущий впереди, прямо на её глазах провалился сквозь землю, причем в буквальном смысле этого слова, Тень запаниковала. Плита под ним резко отъехала в сторону, а потом точно так же встала на место. Это означало одно, все ловушки были сейчас активированы и, по-хорошему, стоило отсюда валить, но теперь девушка уже не могла бросить парня в беде. У неё с собой были лишь небольшие кинжалы, являющиеся оружием для ассасина-убийцы. Но ими было невозможно поддеть каменную плиту, тем более её разрушить. Для этого необходимо найти нечто более увесистое и тяжёлое, например, молоток, а ещё лучше кувалду. Или отыскать скрытый механизм, приводящий ловушку в действие. Таисия выбрала последний вариант, став внимательно осматривать стены и пол под ногами. Та, отъехавшая плита, когда она решила последовать за Оболенским в ту же ловушку, больше не желала срабатывать. Таисия на ней даже попрыгала, но пол казался сейчас монолитным. Когда план А не сработал, механизма, отпирающего ловушку, не обнаружилось, тогда она решила идти дальше, чтобы найти хоть что-нибудь подходящее.
Вот только далеко у Таисии уйти не вышло, она ощутила, как острый шип впивается в шею. Это была ещё одна ловушка, выстреливающая ядовитыми дротиками. У девушки закружилась голова, появился во рту странный сладковатый привкус, ей сильно захотелось прилечь и больше никуда не бежать.
— Надо попытаться себя исцелить, ведь я же теперь маг-целитель, — через силу Тень поднялась и начала бороться с распространяющимся ядом. Ещё через десять минут она осознала одну хреновую вещь, что просто не успевает купировать отравление тканей и органов. Если в ближайшее время не примет противоядие, то её уже ничто не спасет. Искать его в этом треклятом замке, полным смертельных ловушек, смысла не было. Оболенский, когда давал ей артефакт последнего шанса, сказал, что у него в хранилище есть эликсир,
