Читаем без скачивания Где Цезарь кровью истекал - Рекс Стаут

— Такси требуется?

Я выскочил из машины и открыл Вульфу дверцу. Своих услуг, чтобы поддержать его под локоть, я решил в этот раз не предлагать, так как по выражению лица Ниро Вульфа догадался, что это было бы равносильно попытке поджечь бочонок с порохом. Он уже спустился и стоял на нижнем уступе валуна на одном уровне с подножкой автомобиля.

— Вы, видимо, доктор Ливингстон? — спросила девушка.

Губы Вульфа чуть заметно дрогнули.

— Мисс Стэнли? Очень рад познакомиться. Меня зовут Ниро Вульф.

Её глаза расширились от изумления.

— Боже всемогущий! Тот самый Ниро Вульф?..

— Не знаю… Я тот, который указан в Манхэттенском телефонном справочнике.

— Выходит, я и впрямь выбрала на первый раз занятную личность. Садитесь же скорей!

Взгромоздившись с ворчанием на сиденье, он изрёк:

— Машину здорово трясёт. Я не люблю тряски.

Она рассмеялась.

— Постараюсь ехать поаккуратней. Всё-таки это лучше, чем трястись на рогах у быка.

Я ещё раньше заметил, что у девушки довольно сильные пальцы, и теперь, после того, как она сбросила жакет, следил за переливами мышц её обнажённых рук, пока она крутила баранку, ловко объезжая ухабы и рытвины. Переведя взгляд на Гикори Цезаря Гриндона, я увидел, что тот уже успокоился и всё в его позе выражает величайшее презрение. Почему-то он казался даже более могучим, чем раньше. Тем временем девушка рассказывала Вульфу:

— Стэнли — это, конечно, хорошо, но меня зовут Каролина Пратт. О, извините, я не заметила эту яму. Я, правда, не так знаменита, как вы, но два года я была чемпионкой столицы по гольфу. Здесь вообще собрались сплошные чемпионы. Вы — чемпион среди детективов, Цезарь — среди быков, я — чемпионка по гольфу…

Так вот почему у неё сильные руки, подумал я. Дэйв уже успел открыть ворота и едва не прихлопнул нас створками, когда мы проезжали. Каролина провела машину под развесистым деревом, нижние ветви которого едва не сбросили меня с сиденья, и остановилась перед большим новым строением. Дэйв, не расстававшийся с дробовиком, вприпрыжку скакал за нами. Девушка в жёлтом, не торопясь, шла нам навстречу. Я выпрыгнул из машины на дорожку, посыпанную гравием. Чемпионка по гольфу осведомилась у Вульфа, не нужно ли его куда-нибудь подвезти, но он уже распахнул дверцу и принялся вытаскивать свою тушу из машины, так что не удостоил девушку ответом. Тут к нему подскочил Дэйв и стал что-то сбивчиво доказывать, но Вульф ожёг его испепеляющим взглядом и сказал:

— Известно ли вам, сэр, что вас надлежит судить за попытку преднамеренного убийства? Я имею в виду не угрозу применить оружие, а то, что вы спрыгнули с забора и спровоцировали быка напасть на нас.

С этими словами Вульф прошествовал вокруг машины, подошёл к своей спасительнице и раскланялся.

— Благодарю вас, мисс Пратт, за находчивость, которую вы проявили как нельзя более кстати.

— Право, не стоит благодарности. Мне было очень приятно.

Вульф поморщился.

— Это ваш бык?

— Нет, он принадлежит моему дяде Томасу Пратту. Как и этот дом. Дядя скоро вернётся. А пока могу я что-нибудь для вас сделать? Не хотите ли пива?

— Благодарю. Я думал, что мне уже не доведётся попить пива. Мы ведь попали в аварию. Мистер Гудвин не смог справиться с норовом машины… Прошу прощения, мисс Пратт, я забыл представить вам мистера Гудвина.

Девушка вежливо протянула руку, и я пожал её.

— Так вот, мистер Гудвин не совладал с норовом машины, — повторил Вульф, — и мы врезались в дерево. Потом он пытался свалить всё на лопнувшую шину. Он же уговорил меня незаконно пересечь ваше пастбище. Хорошо ещё, что я первым заметил быка. А когда я убедился, что мистер Гудвин ничего не смыслит в повадках быков…

Ещё во время спасательной операции я понял по выражению лица Вульфа, что он будет вести себя как ребёнок, но не ждал, что это произойдёт на людях. Пришлось вмешаться.

— Могу я воспользоваться телефоном?

— О, вы перебили мистера Вульфа, — упрекнула меня Каролина. — Если он хочет объяснить…

— Позвольте мне проводить вас к телефону, — послышался воркующий голос сзади. Я обернулся и увидел девушку в жёлтом, отметив про себя, что она достаёт мне до подбородка, что у неё красивые светлые волосы и лукавые синие глаза. Девушка улыбалась уголком рта.

— Пойдёмте, Эскамильо,[3] — позвала она.

— Премного благодарен, — ответил я, устремляясь за ней.

— Кстати, меня зовут Лили Роуэн, — поведала она по дороге.

— Чудесное имя, — я широко осклабился. — А я — Эскамильо Гудвин.

Глава 2

— Который час? — донёсся из-за открытой двери голос Ниро Вульфа.

Взглянув на лежавшие на стеклянной полочке часы, я вышел из ванной, придерживая намазанную йодом руку, обогнул внушительных размеров кресло, в котором разместился Ниро Вульф, и сказал:

— Три двадцать шесть. Я надеялся, что хоть пиво вас немного взбодрит. А то, как видно, радость жизни в вас угасает, коль скоро вы не можете себе позволить вынуть часы из собственного кармана.

— Какая там радость жизни, — простонал Вульф, — когда наша машина разбита вдребезги, а мои бедные орхидеи задыхаются в ней…

— Они не задыхаются. Я не до конца поднял стёкла. — Удостоверившись, что йод высох, я опустил руку. — Однако вернёмся к радости жизни. Ведь что получается: капот всмятку, а мы живы! Бык до нас не добрался! Мы познакомились с чудесными людьми, которые приютили нас, дали прекрасную комнату с ванной, угостили холодным пивом вас, а меня — йодом. Кстати, если вы считаете, что я мог убедить ребят из кроуфилдского гаража приехать за нами в самый разгар ярмарки, то поговорите с ними сами. Они и вас сочтут за сумасшедшего. Мистер Пратт вот-вот вернётся и отвезёт нас в Кроуфилд вместе с багажом и цветами. Я звонил в отель, и мне обещали сохранить наш номер до десяти часов вечера. Большего и ожидать нельзя. Там сейчас такая свара из-за мест!

Застегнув рукав, я потянулся за пиджаком.

— Как пиво?

— Хорошее, — рассеянно ответил Вульф и вдруг нахмурился. — Свара из-за мест, говоришь… — Он осмотрелся по сторонам. — Однако приятная комната… Просторная, светлая. Пожалуй, нужно сделать такие окна дома, в моей комнате. И кровати удобные — ты не пробовал полежать?

Я воззрился на него с подозрением.

— Нет.

— Первоклассные кровати. Когда, ты говорил, пришлют за нашей машиной?

— Завтра днём, — терпеливо повторил я.

— Завтра так завтра, — вздохнул он. — Раньше мне казалось, что я не люблю новые дома, но здесь очень мило. Конечно, это заслуга архитектора. Знаешь, откуда взялись деньги на постройку дома? Мисс Пратт мне рассказала. Её дядя — владелец нескольких сотен небольших ресторанчиков в Нью-Йорке. Он называет их пратториями. Бывал когда-нибудь?

— Естественно. — Я спустил брюки, разглядывая ушибленное колено. — Иногда в них обедаю.

— Вот как? Ну и как еда?

— Ничего особенного. Смотря к чему вы привыкли.

В дверь постучали, и вошёл какой-то тип с грязной щекой, в испачканных брюках и в белоснежной накрахмаленной куртке. Он промямлил, что приехал мистер Пратт и мы можем спуститься к нему, когда пожелаем. Вульф сказал, что мы сейчас придём, и грязнощёкий исчез.

— Видимо, мистер Пратт — вдовец, — заметил я.

— Нет, — ответил Вульф, пытаясь подняться. — Он никогда не был женат. Так сказала мисс Пратт. Ты не думаешь причесаться?

Нам пришлось изрядно побегать по дому, пока мы разыскали хозяев. Сперва мы попали в столовую, оттуда прошли через гостиную и ещё через одну комнату с фортепиано и наконец обнаружили их на террасе, укрытой от солнца навесом. Обе девушки сидели поодаль в углу с молодым человеком и потягивали хайболы. Ближе к нам, за столом, расположились двое мужчин, которые вели деловую беседу, манипулируя какими-то бумагами. Один, молодой и прилизанный, походил на маклера. У второго, довольно пожилого, были тёмные, седеющие волосы, узкий лоб и квадратная челюсть. Подойдя к ним, Вульф остановился. Пожилой мужчина нахмурился и сказал:

— А, это вы!

— Мистер Пратт? — Вульф слегка поклонился. — Я — Ниро Вульф.

Молодой человек встал. Пожилой по-прежнему хмурился.

— Знаю. Племянница мне сказала. Я, конечно, наслышан о вас, но, будь вы хоть президент Соединённых Штатов, вы не имели права находиться на моём пастбище после того, как вам велели его покинуть. Что вам там понадобилось?

— Ничего.

— Зачем же вы туда забрались?

Вульф поджал губы, а потом спросил:

— Племянница рассказала вам, что с нами приключилось?

— Да.

— Вы считаете, она солгала?

— Почему? Конечно, нет.

— Значит, вы думаете, что я солгал?

— Нет, — растерялся Пратт.

Вульф пожал плечами.