Читаем без скачивания Королевское правосудие - Кэтрин Куртц

– Если мы достаточно смелы, чтобы решиться на это – да. Если мы все согласны, что Келсон должен считаться «той крови», как оригинально назвала это Вивьенн, то я полагаю, что у нас есть способ полностью держать его в нашей власти – причем, на самом деле, уже несколько лет. Сделайте его членом Совета.

Не обращая внимания на аханья остальных, она подняла руку, указывая на пустое кресло с высокой спинкой между Тирселем и Вивьенн.

– Сделайте его членом Совета, и пусть он принесет те же клятвы, которые связывают нас. Или вы боитесь его?

– Конечно, нет! – негодующе сказала Вивьенн.

– Он достаточно силен, – сказала Софиана. – Он гораздо взрослее, чем можно ожидать в его возрасте.

– Он не обучен.

– Тогда, давайте мы возьмем его обучение на себя, и убедимся, что он под надежным присмотром.

– Ему не хватает других качеств.

– Например?

– Предупреждаю тебя, Софиана, не дави на меня!

– Каких качеств ему не хватает? – упорствовала Софиана. – Я хочу быть уверена в том, что он, действительно, не готов, но назови мне конкретные причины.

– Очень хорошо. – Вивьенн вызывающе вздернула голову. – Он еще не достаточно безжалостен.

– Он еще не достаточно безжалостен, – повторила Софиана. – Понимаю. Может, ты предпочтешь Моргана или МакЛейна?

– Вы что, с ума сошли? – прошептал Ларан, первым решившийся вмешаться в разговор.

– Об этом не может быть и речи! – сказала Кири, решительно тряхнув своей огненной гривой.

– Тогда выберите другого Дерини, желающего принять на себя ответственность, – ответила Софиана. – В неполном составе мы работаем не в полную силу. Сколько может пустовать место Стефана Корама?

– Пусть лучше пустует, чем будет занято кем-нибудь, кто не готов обладать этой властью, – огрызнулась Вивьенн.

Арилан с интересом наблюдал за реакцией сидевших вокруг стола: Вивьенн и Кири продолжали спорить с Софианой по поводу самой идеи; Ларан был сильно взволнован, Тирсель, возбужденный, но задумчивый, на этот раз молчал; один только невозмутимый Барретт неподвижно сидел, углубившись в свои размышления, между Ариланом и Софианой.

Не то, чтобы идея ввести Келсона в Совет была плохой – может, когда-нибудь это и случится. Поначалу, несмотря на то, что Совет быстро согласился признать короля полноценным Дерини, никто даже не пытался утверждать, что он достаточно подготовлен или опытен. Но за три года, прошедшие после того, как Келсон отстоял свой трон, Келсон получил много суровых уроков королевской власти и мужественности. Никто, кроме Арилана, не смог бы рассказать им об этом лучше. На самом деле, именно Арилан первым завел разговор о кандидатуре Келсона; именно Арилан проталкивал эту идею, хотя и гораздо мягче чем Софиана; именно Арилан, единственный из семи членов Совета, поддерживал постоянный контроль с королем и лучше чем кто-либо еще знал насколько суровым и дисциплинированным – и могущественным – становился король. Никогда раньше ни один из королей-Халдейнов не заседал в Совете; но никто из Халдейнов и не выказывал способностей Келсона.

– Думаю, мы достаточно долго говорили об этом, – сказал наконец Арилан, когда страсти улеглись. – Даже если бы мы решились сегодня принять короля в наши ряды – а вы все знаете, что я думаю по этому поводу – сейчас неподходящее для этого время, война неизбежна, а вечером должен состоятся ритуал, о котором мы говорили. И я не думаю, что кто-то будет всерьез настаивать, что Морган или Дункан – подходящие кандидаты.

– Ну, слава Богу, – проворчала Вивьенн.

– Не беспокойся, Вивьенн, – ответил Арилан. – Я первый соглашусь, что оба все еще плохо известны нам. Кроме того, – он позволил себе горькую гримасу, – они все еще не простили мне, что мы явно бросили их как только Келсон укрепился на троне.

– Ты хочешь сказать, что они не доверяют тебе? – спросил Тирсель.

Арилан неопределенно покачал рукой.

– Недоверие, пожалуй, слишком сильное слово – сказал он. – Скажем, они осторожничают в отношении меня – и кто может винить их за это? Они недовольны тем, что я не говорю ничего о Совете, а я, конечно же, не могу сказать им почему я не ничего не говорю.

– Три года назад ты привел их сюда без разрешения, – твердо сказал Барретт. – Они уже знают о нас слишком много.

Арилан склонил голову. – Я принимаю ответственность за это, но все равно считаю, что в тех обстоятельствах я поступил правильно. И с тех пор я полностью соблюдал ограничения, установленные Советом.

– И продолжай так же, – пробормотала Вивьенн.

– Давайте не будем снова уклоняться от предмета разговора, – спокойно сказал Барретт. – Это – старый, старый спор. Давайте вернемся к сегодняшнему вечеру. Денис, если ты не можешь помешать этому, то, может, ты сможешь контролировать происходящее?

Арилан коротко кивнул. – В пределах того, насколько любой обученный человек может контролировать внешний уровень ритуала – конечно. Я могу убедиться, что мы надлежаще защищены, что соблюдены формы, необходимые для серьезной работы с высокой магией. Но все происходящее на внутренних уровнях будет под контролем Келсона.

– Как насчет Риченды? – спросил Ларан. – Она может помочь тебе? Думаю, что ей Келсон доверяет.

– Да, он доверяет ей, – Арилан переключил свое внимание на Софиану. – А мы теперь знаем, что Риченда и обладает силой, и обучена, о чем мы раньше и не догадывались, не так ли, Софиана?

Софиана уклончиво пожала плечами.

– Не вини меня в этом, Денис. Если бы меня спросили, я бы сказала вам раньше.

– Но она твоя племянница, – сказала Кири. – Ты знала, что она была обучена, но все же позволила ей выйти замуж за полукровку.

– Но, Кири, я ничего ей не позволяла! Риченда – взрослая женщина, Дерини, и вполне может принимать свои собственные решения. А что касается того, что она – моя племянница, – она снова пожала плечами, ее настроение стало каким-то странным, – боюсь, что я ее еле знаю. Моя сестра и ее муж, выбирая Риченде первого мужа, решили, что она должна выйти замуж за человека не наших традиций и не нашей веры. Я была не согласна с ними, но уважала их решение. После того как она стала графиней Марлийской, я почти не видела девочку.

– Но выйти за Моргана…

В темных глазах Софианы полыхнул черный огонь. – Пытаетесь заставить меня осудить его? – парировала она. – Я этого не сделаю. Он сделал Риченду счастливой, принял внука моей сестры как своего собственного ребенка, у нее дочь от него, и я могу желать ему только добра – и, что любопытно, он не сделал ни одной ошибки. Я слышала, что его возможности огромны, даже без подготовки, но встречалась с ним только однажды. Само собой, он был настороже, но вел себя безупречно.

– Так, значит, ты тоже не доверяешь Моргану, – сказала Вивьенн.

– Что значит «доверяю»? – возразила Софиана. – Я верю, что он подходящий муж и отец для моих родственников; я верю в искренность моей племянницы, когда она рассказывает мне о его благородстве во всем, что он сделал с того времени, как она познакомилась с ним. Все остальное, кроме этого – слухи. Как я могу доверять ему так же как я доверяю всем вам? Мы, члены Совета, часто можем не соглашаться, но, принося наши клятвы, мы все раскрыли друг другу свои души. Вот это – доверие.

Ларан поднял поседевшую бровь. – Значит, ты доверяешь Келсону? – спросил он. – А ты, Денис? Раскрывал ли король тебе свою душу?

– В том виде, о котором нам только что напомнила Софиана? – Арилан улыбнулся. – Вряд ли. Он приходил ко мне на исповедь, когда Дункана МакЛейна не было на месте, но это совсем другое. Тем не менее, я верю, что его конечные цели – те же, что и у нас.

– Что насчет Найджела? – нетерпеливо спросил Тирсель. – Может, вы забыли, что сегодня вечером Келсон собирается передать ему часть своей силы.

– Нет, мы не забыли, – сказал Арилан. – И я знаю, к чему ты ведешь, Тирсель. К счастью, мысль о том, что полной силой одновременно могут владеть несколько Халдейнов, еще не пришла в голову нашим упрямым молодым бунтарям. А если вы все хотите кое-чего, из-за чего стоит беспокоиться, то подумайте вот о чем: Келсон хочет, чтобы сегодня вечером присутствовал молодой Дугал МакАрдри. И еще. Не знаю, откуда, но он, по меньшей мере, тоже частично Дерини; а то, что он сам узнал об этом всего несколько месяцев назад, не значит, что он с тех пор ничему не научился от Келсона, Моргана и Дункана.

Кири поморщилась, а Вивьенн пробормотала что-то вроде «еще один полукровка».

– А кроме того есть Джеана, – продолжил Арилан, не обращая внимания на обеих женщин. – Когда она вернется ко двору…

Все почувствовали как в них нарастает тревога, поскольку королева-мать происходит из того же рода, к которому принадлежал Ларан ап Норфал – прекрасно обученный Дерини с огромными способностями, который почти сто лет назад отказался повиноваться власти Совета. Несмотря на то, что Джеана не знала об этом, и всю свою жизнь отрицала, что в ней течет кровь Дерини, она все же смогла достаточно сильно использовать свою долго неиспользуемую силу во время коронации Келсона, чтобы всерьез задержать хорошо обученную колдунью, которая покушалась на жизнь ее сына.