Шульц младший так хорошо показал себя во время обучения, что получил разрешение самостоятельно выбрать место для стажировки. Вместо клятвы Гиппократа он принял к сведению его пожелания и отыскал местечко как раз для себя.
***
Отто внимательно ознакомился с материалами расследования. Он был лишь начинающим адвокатом, а потому старался приезжать на место преступления задолго до старших коллег. Тем более в такой важный день: сегодня ему наконец достанется первое самостоятельное дело. Он крутил проржавевшие педали велосипеда, который ему подарили ещё в школе, и представлял, как за несколько часов в одиночку распутает все перипетии, восстановит справедливость и спасёт своего клиента, а клиент решит отблагодарить его, а потом они…Юный адвокат не успел вспомнить о существовании ручки тормоза, и просто выставил ноги вперёд, как видел в фильмах. Точнее, в мультиках. Велосипед с громким лязгом завалился набок.
Над неровной белой линией, очертания которой больше напоминали амёбу, весело дрыгавшую ложноножками, на корточках сидел мужчина в кипельно-белом халате. Он задумчиво растирал что-то липкое между большим и указательным пальцами. Их взгляды встретились. Незнакомец встал, сощурился, натянуто улыбнулся и, сняв перчатку, протянул костлявую ладонь:
– Здравствуйте. Антон Макс Шульц, практикант-судмедэксперт.
– Отто фон Ланге, помощник, э, – он прочистил горло и выставил вперёд руку, – Адвокат. Что Вы, собственно, делаете на месте преступления?
– А Вы?
***
Через четверть часа они уже сидели в отделении и, как казалось со стороны, мирно беседовали. Если бы корреспонденты «Книги рекордов Гиннесса» не шатались не пойми где, как обычно фиксируя количество соломинок в носу очередного парня из Алабамы, смогли бы заснять нечто поистине стоящее – самое учтивое совокупление жабы и гадюки за всю историю истории.
– Не думал, что теперь у нас медэксперты расследованиями занимаются, – надменно поднял брови Отто.
– Как и адвокаты, – не менее самоуверенно парировал Антон, – И тем не менее. Мы оба здесь.
Они замолчали и сели друг напротив друга. Врач первым возобновил разговор:
– Ну что ж, раз хотите расследовать, так давайте расследовать, – улыбнулся он, – Или боитесь?
– Я? А пойдёмте, – адвокат резко встал и со скрипом отодвинул стул, поцарапав паркет, – Только куда?
Оба сели обратно: «А действительно, куда?». На этот раз разговор продолжил Отто:
– А Вам-то это зачем, господин Шульц? Могли бы вот сидеть в кабинете, выписывать таблеточки от простуды спокойно.
– Во-первых, "таблеточек от простуды" никаких не существует. Есть средства от её симптомов. А, во-вторых, к Вашему сведению, я увлекаюсь криминалистикой. Видите ли, пару лет назад я наткнулся на одну занимательную статейку, которая поразила меня до глубины, – он подавился и откашлялся, – Души.
– Милости прошу, – фон Ланге снисходительно улыбнулся и приготовился слушать, не исключая, что даже внимательно.
И тогда Антон рассказал историю, после которой Отто предельно ясно понял, с каким человеком имеет дело. Закинув ногу на ногу, медэксперт достал портсигар и предложил адвокату закурить. Фон Ланге отказался, презрительно поморщившись. Шульц сделал вид, что не обратил на это движение никакого внимания, и затянулся сам: «Вы, конечно, знаете Пабло Эскобара. Да-да, наркобарона, того самого. Думаю, юристу не стоит объяснять, тем более такому квалифицированному, как Вы, фон Ланге. Так вот, Роберто, его брат», – врач несколько раз тряхнул запястьем, затушив спичку, и затянулся, – «Роберто решил выпустить складной смартфон, аналог сами знаете, чего. Блогеры, конечно, получили копию на обзор, и тут выяснилось: это был никакой не аналог, а самый настоящий брендовый телефон, только обёрнутый в золотую фольгу. Вот отличная сделка, о которой необходимо рассказать подписчикам, ведь подделка стоила в 5 раз дешевле оригинала. Вы, я вижу, уже понимаете, в чём дело. Впрочем, этого и следовало ожидать. Тогда просто расскажу, как их вывели на чистую воду. С Вашего позволения, конечно же», – Отто пока не до конца понимал, в чём именно заключался обман, но в его наличии не сомневался. Ему стало неловко, но смущения он не выдал, – «Популярный обозреватель решил протестировать смартфон и оставил два заказа на сайте: один под настоящим именем, второй – под псевдонимом. А вот пришёл только один. Ска́жете мне, какой? Ну же, Вы уже знаете ответ, не разочаровывайте меня».
– Очевидно, на то имя, под которым он известен.
– Именно. В нашем случае, под настоящим.
Незаметно для себя они вышли из офиса и отправились искать доказательства.
К вечеру вместо улик детективы с удивлением обнаружили, что на них обоих составили рапорты о неявке на работу. Отто попытался оправдаться, тем, что нашёл неопровержимые доказательства насильственной смерти жертвы. Однако его даже слушать не стали, заявив, что это было понятно уже на третьей секунде расследования.
Они вышли из кабинета комиссара. Дверь за ними захлопнулась и протяжно зазвенела. Всех находившихся в радиусе трёх метров контузило. Антон по-дружески положил ладонь на плечо коллеги и театрально вздохнул. Какой-то офицер горько усмехнулся в усы и сочувственно посмотрел на юнцов, которым за шесть лет обучения так и не объяснили, в чём конкретно заключалась их работа.
– Дружище, нет смысла оправдываться, мы для них уже кругом виноваты. Оставьте. Завтра будет лучше, а сегодня, – он поднёс мизинец к губам, – Сегодня пойдёмте-ка в бар?
– Эм, куда? Ну, я, – он отвёл глаза, — Я сегодня не могу. Простите.
– Да я же, шучу. Думаешь, я не понимаю, Junge vom anderen Ufer («мальчик с другого берега» – игрок другой команды).
Отто прошиб холодный пот. Он почувствовал, как в глазах потемнело, сглотнул слюну и слабо спросил: «Как..?». Антон подхватил его под руки и усадил на скамейку.
– Я ОЧЕНЬ наблюдательный, – он развёл руками, – Да не бойся ты, фон Ланге, просто проверить хотел, шантажировать не собирался. Может тогда в кафе посидим, выпьем за приятное знакомство? Я проставляюсь, первый день, как-никак.
Отто кивнул и закрыл лицо руками: он ещё не знал, что его ждёт впереди, но чувствовал грядущие перемены тем местом, которому доверять привык. Нет, лучше, всё-таки, быть врагом хорошего человека, чем другом плохого.
***
Набравшись опыта, Шульц решил, что пора бы ему вернуться в alma mater и начать использовать полученный опыт и накопленные знания на практике. В голову врача пришёл масштабный план по внедрению криминальных практик в областную клиническую больницу на гос. обеспечении.
Единственное, что он не учёл, была неявная, но, тем не менее, истина: о лучших приступных схемах не пишут в полицейских отчётах. Лучшие приступные схемы так и остаются нераскрытыми.
Пролог. Глава 3: “Пей по праздникам, кури – по неприятностям”
“Ich hab' Freunde, ich bin nicht sozial
Ich habe Werte und keine Moral”
“У меня есть друзья, но я не социален
Есть ценности, и нет морали”
Eisbrecher
Антон открыл дверь и уже готовился запрыгнуть в машину Отто, когда вдруг почувствовал,
