— Да ладно тебе, Мари, — тихо пробурчал Злюка и пощекотал лапой мои рёбра. — Попробуешь в следующем году. Не в зельях счастье!
— А в их количестве, — фыркнула я, вспомнив старую народную мудрость.
Продолжить разговор нам не дал короткий стук, и я, наконец, встрепенулась, бегло осматривая большой коридор со множеством вычурных дверей, у одной из которых мы и остановились.
— Войдите, — прозвучало из кабинета, и синеглазый незнакомец отступил, пропуская меня вперёд.
Я пожала плечами и вошла, сразу же почувствовав себя экзотической бабочкой, пришпиленной к стене острым взглядом декана. Хотя, со стороны я, наверное, больше походила на древнюю моль, голодную и побитую жизнью. М-да.
— Что случилось, магистр Янг? — спросил крепкий мужчина с посеребрёнными сединой волосами и жёлто-зелёными глазами, перечёркнутыми вытянутым, как веретено, зрачком.
— Ведьма у нас случилась, — фыркнул мой конвоир и бросил на меня нечитаемый взгляд. — На Полигоне, во время испытаний.
— Слава всем богам, что вы её вытащили! — с облегчением выдохнул декан и нервно отбросил папку с какими-то документами. — Вы хоть понимаете, Джонатан, чем это могло закончиться?!
— Понимаю. Но в этом-то и проблема, — процедил магистр Янг. — Не мы её вытащили. Она сама прошла.
— Не может быть! — ударил ладонью по столу его начальник, а я даже слегка оскорбилась:
— Это ещё почему?
— Потому, рисса Красс, что испытания рассчитаны на магов и их потенциал, но никак не на слабосилков вроде вас, — “любезно” пояснил магистр Янг, проигнорировав мой возмущённый взгляд. — Вас, вообще, дверь не должна была пропустить!
— Ну, простите, что не знала об этом и просто вошла! — язвительно фыркнула я, а Злюка поддержал меня тихим шипением.
— Красс?! Единственная дочь Александра Красса, королевского Советника? — тем временем, переварил услышанное декан и тут же пошёл красными пятнами, закипая, как чайник. — Магистр Янг, догадываетесь, что с нами сделает отец этой, несомненно, милой девочки или вам пояснить?! Точнее, что он сделает с вами, — исправился он вдруг. — Это ведь вы готовили испытания в этом году?
— О, нет, магистр Гедз, — язвительно процедил Джонатан. — Говорить “с нами” всё же правильнее, ведь ваша подпись тоже стоит на документе, согласно которому, все абитуриенты, прошедшие полосу препятствий в этом году автоматически зачисляются на факультет Боевой Магии.
— Что?! Нет! — с ужасом воскликнула я.
— Кто? Машка?! К боевикам? Ха! Аха-ха, — залился Злюка, но под нашими взглядами быстро смолк и прижал свои уши: — Вы что, серьёзно сейчас, да?
2.2
— Я похож на шутника? — одарил нас ледяным взглядом синеглазый, и мы с котом синхронно помотали головами. Совсем не похож!
— Но… Послушайте, тут какая-то ошибка! — жалобно пролепетала я. — Ведьмы не могут учиться на Боевом факультете! У нас недостаточно для этого сил!
И я не преувеличивала. Разница между ведьмами и магами была весьма существенной!
Маги впитывают энергию из окружающего пространства, заполняя ею свой резерв, который потом тратят на создание заклинаний. И, чем быстрее этот резерв восполняется, чем он больше, тем сильнее маг и могущественнее доступные ему заклинания. Ну, это если всё совсем упростить, конечно. Так-то это зависит ещё и от развитости его магических каналов, пронизывающих тело, как вторая кровеносная система, и от предрасположенности к какой-то стихии, а то и к двум.
Сила же ведьм совершенно иная. Мы не способны отбирать энергию у природы. Не принуждаем её, а просим о помощи, в благодарность отдавая часть своих сил и направляя к желаемому результату. Ну, а мощность наших заклинаний зависит от способности ведьмы чувствовать свою стихию и умения с ней договариваться. И вот тут наглядно видна разница между нами и магами. Наш резерв восполняется только за счёт внутренних ресурсов и эмоций, которые наш организм тоже переводит в энергию. Именно поэтому, ведьмы не только едят и не толстеют, но и много говорят, постоянно находятся в движении и всегда слишком эмоциональны. Ленивая, необщительная ведьма — слабая ведьма. Ну, а я — то исключение, что лишь подтверждает правило.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Будешь больше бегать, есть и плакать, — словно, услышав мои мысли, припечатал магистр Янг и пожал плечами.
— А плакать зачем? — опешила я.
— Ну, не клоунов же для тебя вызывать! — раздражённо фыркнул он. — Вы же нормально колдуете, только испытывая какие-то эмоции. И, как я понимаю, нет разницы, положительные или нет.
— Ну, знаете! — прошипела я и упёрла руки в бока, совершенно забыв о Злюке, который с громким мявом шлёпнулся на пол и недовольно зашипел.
— Не знаю. И, по правде говоря, знать не хочу, — отрезал синеглазый магистр, окончательно растеряв для меня свою привлекательность.
— А придётся, — вставил вдруг декан, и в этот момент, кажется, настроение его поднялось на несколько пунктов, а голос стал приторно-сладким. — Вы не забыли, магистр Янг, что именно вы в этом году курируете первокурсников нашего факультета? Так что, эта ведьма — именно ваша головная боль на будущий учебный год.
— Меня зовут Мария, — пробурчала я. — Маша, Мари, рисса Красс, на худой конец. И, магистры, простите, но я не понимаю суть ваших препирательств. Давайте я просто подпишу заявление, что отказываюсь от места на Боевом, и разойдёмся с миром?
— То есть, учиться вы не хотите? — оживился магистр Янг и тут же достал из воздуха какой-то документ, протянув его мне. — Тогда подписывайте.
Я аккуратно взяла бумагу, стараясь не соприкоснуться с ним пальцами — вдруг его дурной нрав заразен? — и принялась внимательно читать, особенно пристальное внимание обращая на приписки мелким, практически незаметным взгляду, шрифтом. И не зря!
— Что значит, отказавшись от места или вылетев за неуспеваемость, я не смогу поступить снова ещё пять лет?! — возмутилась я. — Да это издевательство! Какой… нехороший маг придумал такое условие?!
— Лучше спроси, почему перевестись на другой факультет возможно только после первого года обучения и при полном отсутствии хвостов, — фыркнул Злюка, который, вскарабкавшись на моё плечо, тоже внимательно перечитывал договор с Академией, контролируя, чтобы я не упустила что-то важное.
— Да потому что это — тоже первый этап обучения, — неожиданно ответил декан на наши вопросы. — Любые решения магов должны быть взвешенными и продуманными заранее. Ну, и ведьм, конечно же, — подсластил пилюлю он. — Адепты должны идти сюда не с целью поиграть в студенческую жизнь, а с желанием чего-то добиться и получить знания. И вот на случай, если его нет, и даётся такой срок.
— А может, для меня можно сделать исключение? — сложила я руки у груди в молитвенном жесте. — Декан Гедз, ну, зачем вам ведьма в ваших рядах?! Я и попала-то к вам случайно! Но ждать несколько лет, чтобы снова поступить на другой факультет, откровенно говоря, не готова! И… Вы же не хотите мне испортить будущее отчислением за неуспеваемость? Да и папа мой будет недоволен…
На миг мне показалось, что сердце мужчины дрогнуло, и он практически готов согласиться как-то замять этот вопрос или оформить мне перевод, но дожать я его не успела, потому что из-за двери донёсся громогласный рёв: “МАШКА!”, а затем в неё постучали. Ногами. Или головой. От моих ненормальных братцев можно было ждать чего угодно!
2.3
Судя по тому, как синхронно скривились и закатили глаза преподаватели, они думали точно также.
— Войдите, — обречённо откликнулся декан, а его ладонь дернулась, словно он хотел сделать жест, отводящий беду, но вовремя взял себя в руки.
Дверь распахнулась, и меньше, чем через минуту, в кабинете стало тесно. И не потому, что сюда ворвалась целая толпа, нет. Своим присутствием нас осчастливили только старшие. Просто Айвэн, Лорейн и Шейн всегда производили неизгладимое впечатление, оставляя ощущение, что их слишком… много.
Высокие, подтянутые, с модно подстриженными золотыми волосами и стального цвета глазами, они производили на всех неизгладимое впечатление. На всех, кроме меня. Лично я, вообще, не понимала, что в них находят девчонки, и как эти трое, со своим характером и интеллектом, доучились до выпускного курса. Ладно, возможно, я несколько на них наговаривала, и братья не совсем тупые, но меня бесит, что они всегда ведут себя со мной так, словно, я ещё неразумный ребёнок. Ну, вот, опять!
