было прекрасно. Я смотрела на заходящее солнце и с ужасом думала о ночи. А вдруг встав завтра, я обнаружу, что это всего лишь сладкий сон, всего лишь бред расстроенного, отчаявшегося разума, горячительный бред. Нет, несколько раз, незаметно от мамы я щипала себя — боль была вполне реальной. А еще я за этот день успела посидеть в нашей библиотеке — во сне читать невозможно!
Теплый ветерок с балкона доносил до меня ароматы цветущих яблонь и черемухи, начинающей расцветать сирени. Это был такой родной и домашний запах, что на глазах снова навернулись слезы. Я позволила себе расслабиться, вдыхая этот запах, прислушиваясь к мерному бормотанию телевизора из маминой комнаты, где она смотрела «Секретные материалы».
Завтра будет новый день, воскресенье, и мне предстоит заняться неотложными делами. Но сегодня я просто буду наслаждаться жизнью, новым шансом, данным мне свыше.
3
Начало новой недели и начало июня не принесли в город желанной прохлады, лето начиналось удивительной для нашего северного города жарой. Бросив на себя последний взгляд в зеркало, я осталась почти довольна собой: никакой вызывающей одежды, яркого, боевого раскраса и сладких ароматов. За воскресенье пришлось изрядно поработать, выбирая из своего гардероба нечто более-менее приличное. К сожалению, 90-тые только-только миновали, а наша семья еще расхлебывала последствия кризиса. Поэтому позволить себе хорошую одежду я не могла по определению. Ладно, как раз эта беда поправима.
Мама была изрядно удивлена, когда из самого дальнего угла кладовки я извлекла старую, но вполне работающую швейную машинку «Зингер», чтобы подогнать по своей фигуре некоторые вещи. Но примерно треть гардероба пришлось собрать в большой мешок и засунуть подальше с глаз: эти вещи снова надену только под угрозой расстрела.
Изрядно побегав по городу во второй половине дня, я все-таки нашла линзы с моими диоптриями — не собираюсь больше уродовать свое лицо страшными, дешевыми очками. Позже, когда буду нормально зарабатывать, я смогу позволить себе красивые, дорогие аксессуары, а сейчас придется выкручиваться из положения.
Мама смотрела на все мои действия в легком шоке. Наверное, где-то в глубине души она думала, что поездка в монастырь изгнала из дочери бесов. И была не так уж и далека от истины: только все произошло немного напротив — ее дочь стала резко старше, на 20 лет примерно.
К тому же все эти хлопоты немного отвлекли меня от постоянных размышлений на тему: как оно все случилось?
И вот утром в понедельник, я была готова посмотреть в лицо собственной судьбе. Простая белая майка, подчёркивающая тонкую талию и не большую грудь, простые белые брюки и белые же босоножки на тонком, не высоком каблучке — ничего лишнего. Длинные волосы я забрала в строгую, но при этом мягкую прическу, подчеркивающую овал лица, закрепив ее простыми шпильками. В макияже подчеркнула лишь глаза, но не стала наносить ни грамма тонального крема, даже губы красить не стала — по такой жаре поплывшая косметика часто в прошлом делала меня похожей на…. Ну понятно на кого.
— Кира…. — выдохнула, подходя мама. — Ты просто красавица!
Ой, ну до красавицы мне, конечно, далеко, но все лучше, чем было раньше.
— Спасибо, мам, — я чмокнула ее в щеку, — нам с тобой пора.
— Ты же говорила, что консультации у тебя начинаются с десяти, — удивилась она, когда мы вместе вышли в подъезд. — Могла бы еще поспать…
— Нет, лучше я провожу тебя до работы, а потом позанимаюсь, — рассмеялась я, не желая терять ни одной минуты рядом с ней.
Она смотрела на меня с легким недоверием — не могла понять происходящих перемен. А я смотрела на нее, на седые волосы в ее волосах и понимала, что за эти годы прибавила ей их не мало! А сколько прибавила бы еще позже? Думать об этом не хотелось.
Весело болтая, мы доехали на автобусе до ее остановки, а после я продолжила путь уже одна. Отчасти я сказала маме правду, что хочу позаниматься. Да, это так. Ведь и на этот раз мне каким-то чудом нужно сдать сессию. Но была и иная причина моей спешки в университет.
Сегодня первая консультация по математической статистике, и я впервые с моего возвращения увижу Михаила, человека, из-за которого распалась моя семья, а мой любимый муж, судя по всему, меня слегка убил. Только сейчас Мишо для меня не мой любовник, а Михаил Иванович Стоянов — мой преподаватель и экзаменатор, доцент нашего университета, человек, которого боится весь курс и одна мысль про экзамен у всех студентов вызывает панику.
Июль 2021 год
Бургас. Болгария.
Солнце палило нещадно, заливая улицы и дворы Бургаса. В полдень от него не было спасения нигде, даже высокие кроны деревьев давали минимум тени.
Я вышла из магазина материалов для рукоделия, где закупила все необходимое для своей работы и глубоко вздохнула. От раскаленного воздуха резко закружилась голова.
Видимо, я покачнулась, но чья-то сильная рука перехватила меня за локоть.
Резко обернувшись, я посмотрела в лицо незнакомцу, не давшему мне упасть.
— Михаил Иванович! — я не поверила своим глазам.
Он смотрел на меня и улыбался — еще совсем не старый 60-ти летний мужчина, выглядевший на 45–50 максимум. Красивое, аристократичное лицо, стальные серые глаза, смуглая от загара кожа и седые волосы, придающие его внешности некую элегантность. Эх, почему некоторые мужики стареют красивее женщин? Мне вот мои седые волосы приходится закрашивать!
— Кира, — снова улыбнулся он, — рад снова тебя увидеть.
По глазам вижу, что рад. Очень рад.
— Да, я тоже….
Первый раз мы встретились этой зимой, в нашем маленьком курортном городке, где жила я и моя семья, а он приехал к своим друзьям. Столкнулись нос к носу в продуктовом магазине и оба от этой встречи слегка ошалели! Студентка и преподаватель, которого эта студентка бесила до зубного скрежета, повстречались через 20 лет за 3000 км от родного города. Минут пять мы, наверное, просто смотрели друг на друга, не в силах поверить в такое совпадение. Конечно обрадовались, конечно же задали друг другу кучу вопросов. Но ни я, ни он и подумать не могли, что снова столкнемся вот просто так, на одной из узких улочек Бургаса в самый разгар летнего полдня.
— Ты в порядке? — спросил он, отпуская мою руку.
— Голова закружилась от жары, — я не стала манерничать.
— Может, пойдем, сядем, ты отдохнешь? — он кивнул головой в сторону одной маленькой кофейни. — Ты за рулем?
Я кивнула, отвечая да на оба вопроса. Действительно, наверное лучше
