будто на автомате сказал: «
Немецкая фирма “
Seistill Oderstirb”! — как будто зная, что я сейчас спрошу, вдогонку прошлых слов, сказал, —
на аукционе была, по дешевке. Нету ее больше, обанкротились!», — мне было ясно, что он лжет. Я ведь был знаком с немецкой модой и ни разу не слышал об этой фирме. Далее он прописал мне таблетки, которые, по его словам, должны избавить меня от параноидальной мысли. Я вернулся домой. Мое чутье подсказывало, что в таблетках что-то не так, они были в капсулах и очень темных. Пойдя к себе в лабораторию, я решил сделать экспертизу. Высыпал весь белый порошок из капсюли, залил его имитационной слюной человека, спустя несколько минут глянул, что там через микроскоп. Это было мерзко: порошок оказался очень маленькими червями в анабиозе, настолько маленькие, что через капилляры могут пройти без особого труда. А вот после этого я уже окончательно убедился в том, что меня уже вычислили и пытаются вывести из игры. Тогда я не понимал, за какой проступок, не понимал, причем здесь ледник и моя настороженность. В тот вечер родились вопросы, на которые я и по сей день не могу найти ответы.»
«31 Декабря 1985 года. Меня пригласили в Кремль, справить Новый Год. Несмотря на то, что я ничего не мог понять, притворился, что оставил эти мысли, из-за этого и согласился. По правде говоря, у меня изначально были планы, узнать, знают ли что-то верховные об этом. Было ли все очень плохо? Это еще мягко сказано. Все напились в усмерть, остался только я. Вот тогда и выяснилось, что эти люди, которых мы называли вождями, ЦККПСС всего лишь марионетки. Тогда вышли ОНИ во всей своей красе: пожилые и молодые, мужчины и женщины — и все как один, злобно улыбаются мне. Конечно, дабы отвести подозрения, я повел себя так, как никогда не находил эту новость. Поздоровался, спросил кто ОНИ, у нас завязалась “Дружеская беседа”, которая была допросом, но я держался, для вида, выпил таблетки, которые мне прописали, естественно, я заменил порошок на размолотый гематоген. Но, под конец ИХ беседы, я понял, что ОНИ в курсе того, что я обмануть пытаюсь. Главный ко мне и обратился: «Послушайте, Данило, прекращайте, это начинает выводить из себя. Мы понимаем, что это интересно и все такое, но Вы-то должны понимать, что тут у нас серьезные дела!», — многое из разговора я плохо помню. Но зато помню отчетливо три слова: молчать, печально, несчастный — вроде бы он говорил о том, что я очень полезный кадр и от меня не хотят избавляться, поэтому если я не буду молчать, то будет печально, если со мной произойдет несчастный случай. В кратком понимании — ликвидация.»
«1986 год. Последующий год, я играл по их правилам, однако, я готовил план: улететь на самолете на северный полюс и хорошенько изучить этот феномен. Вот тогда вернулся прежний Я: упертый, вечно против системы, одинокий. Пока они якобы держали все под контролем, я думал о том как бы добраться до туда хотя хрен знает… Под видом, хочу себе новый личный самолет, попросил друга-инженера сделать мне личный самолет, с большим запасом топлива, хранилища припасов и мощности. Чертежи я ему дал, он попросил у меня 12000 рублей, я ему пару тысяч доплатил, чтобы он управился за четыре года. А сам потихоньку готовился к этой экспедиции, из которой вышел навсегда помеченный как ИХ враг. А пока ничего не менялось. Все было спокойно и тихо. Тогда мне так… показалось. Немного отступлюсь от рассказа свой истории и поясню читающему о НИХ. Как я выяснил, ОНИ и есть реальная власть, именно ОНИ были причастны к разделению веры, раздел на страны и территорию. Ты думаешь ты игрок в ИХ игре? Посмотри на власть: они особо не церемонятся, показывают народу несколько спектаклей, раз в два месяца дают выпустить пар: выборы, поздравления с новым годом, построение нанобудущего, олимпийского царства и футбольного государства, народ жрет и счастлив. Но когда у народа дыра в кармане и совсем жрать нечего, КТО ВИНОВАТ? Тут уже не до водки с футболом, тут нужна жертва и власть народу эту жертву, будь уверен, предоставит, меня, понимаешь? Вот и получается игра такая: с одной стороны народ, которому плевать на себя, с другой — власть, которой плевать на народ, а по середине я, который вроде что-то должен, но кому и что? Непонятно. Они хотят, чтобы мы о них заботились, но на себя давно болт забили и пальцем о палец не ударят, а у кого в руках реальная власть давно стали богами! Сидят настолько высоко, что не видят в нас ни серьезного врага, ни надежного друга. У них одна проблема — они не бессмертны. Остаемся только мы. Они хотят, чтобы мы о них заботились, но на себя давно болт забили и пальцем о палец не ударят, а у кого в руках реальная власть давно стали богами! Сидят настолько высоко, что не видят в нас ни серьезного врага, ни надежного друга. У них одна проблема — они не бессмертны. Остаемся только мы, такие люди как я. Звучит как лицемерие, я знаю. Но это правда, читающий это, наверное, даже не задумывался происходящем, да и неизвестно, когда к вам пришла эта записка…»
«24 25 Декабря 1990 года. Все мои подготовки были завершены. Я морально готов был ко всему, что со мной произойдет. Но я даже не представлял, насколько ИХ сфера влияния распространилась по всем континентам, которые я тогда знал. Чем ближе я был к своей цели, тем сильнее они пытались меня придушить: неожиданно, от меня начало отворачиваться правительство моей страны; потом начали ходить слушки о каких-то мерзких делах; после чего меня опять перестали мои идеи принимать, причина та же — мне было наплевать. Я хотел узнать, что скрывали ОНИ. А вот ИХ намерения были, так сказать, простыми, что в сторону стада, именуемое себя “человеками разумными”, что в сторону таких как я — абсолютно высокомерно. Одного до сих пор понять не могу, если я им мешал… То что же меня не убили? Я, спустя всю подготовку, понял, что все великие люди, неугодные ИМ умирали. Все советские писатели двадцатого века, печально покончили вопрос, а я всегда задавал вопрос: зачем они это сделали? Что ж, на этот вопрос я уже не просто могу ответить, а так же могу поставить в пример
