Читаем без скачивания Дневник тени - Андрей Величев

Остановившись, он понял, девушка плачет. Он понимал, любое его неосторожное действие может привести к необратимым последствиям, поэтому не торопился.

Не став подходить слишком близко, Джимми произнес еле слышно:

– Девушка… вы… – не зная, что сказать и как подобрать нужные слова, спросил, – зачем?

Девушка, находившаяся на краю пропасти, ответила также незнакомому для нее парню:

– Я никому не нужна…

Джимми замер. Он словно нашел в этой незнакомке родную душу, но он не понял, это и есть родная душа, просто ему стало интересно.

– Почему ты так думаешь?

Парень даже не стал уговаривать девушку перебраться назад на мост, туда, где она была бы в безопасности. Он просто стал разговаривать с ней о ее проблемах. Девушка ответила не сразу, она все еще не могла сдержать слез.

– Я… я не хочу так жить. Я одинока.

И снова тишина. Джимми огляделся по сторонам. Как будто нарочно вокруг никого не было и даже некого было позвать на помощь, вдруг девушка все же прыгнет вниз или же еще для чего-то.

– Не стоит так говорить, – начал Джимми. Для него это было что-то вроде развлечения. Ему всегда хотелось высказаться о своем одиночестве, и вот, такой момент настал, хоть и не самый подходящий, – в одиночестве есть много чего хорошего.

Сказав это, сразу же стал думать, что именно, ведь сейчас девушка должна была задать вопрос, это она и сделала.

– А что именно?

– Что? – специально переспросил Джимми, чтобы выиграть еще несколько секунд для себя.

– Что хорошего в одиночестве, ведь когда ты один, в голову лезут странные мысли, о которых ты раньше не думал, становиться холодно даже. Я не знаю, что там еще происходит.

– Как не знаешь? Ты ведь сказала, ты одинока.

– Я не могу вспомнить сейчас, – немного раздраженно ответила девушка, настаивая на том, чтобы Джимми ответил ей о преимуществах одиночества.

– Что хорошего в одиночестве? Да хоть то, что ты можешь побыть наедине с собой и услышать те мысли, о которых ты не знал раньше и не думал о них, как ты и сказала.

– А если я не хочу их слышать?

– Не слушай, не думай о них. Они появляются, потому что они есть в тебе, а от этого никуда не деться. Ты живешь с ними, просто постарайся понять это и принять, как это сделал я.

У Джимми был другой план разговора, который он придумал за эти несколько минут знакомства, если эту встречу можно было назвать знакомством.

– Вот ты стоишь сейчас на краю. Сделаешь шаг – и все, дальше только неизвестность. Ты думаешь, там, куда ты так хочешь сейчас попасть, будет лучше, но… ты же знаешь, это не так.

– Ты намекаешь, что я попаду в ад?

– Если веришь в это, значит, так оно и будет, – ответил парень.

– Я не хочу туда, но здесь моя жизнь – это тоже сплошная неизвестность.

– Это твой выбор. Решай сама. Тебе жить в этом мире или еще где-то… как хочешь.

Джимми развернулся и стал удаляться. Он не стал ждать, когда девушка одумается и примет верное решение остаться в этом мире.

Парень погружался в темноту. Дорога, которая вела его к дому, должна была пройти через темный переулок. Джимми смотрел вперед, не задумываясь, что будет дальше с его новой знакомой, точнее незнакомой девушкой. До поворота оставалось несколько шагов, затем тот самый темный переулок. По нему он должен был сделать около пятидесяти шагов, возможно больше. Парень уже стал замечать темноту переулка и даже уже начал поворачивать в его сторону, как вдруг… что-то остановило его.

«Я не могу…», – прозвучало в его голове, – «нет».

Джимми остановился перед тем, как продолжить путь сквозь темноту. Что-то его отталкивало, но он не мог понять, что это было на самом деле. Он считал, что испугался темноты. Это было чем-то другим.

– Девушка, – произнес вслух самому себе, – я оставил ее в беде. Почему? Ведь я… я критикую других людей за то, что они не обращают внимания на окружающих, на близких и родных, а сам… сам поступаю так же, как и они. Получается, я один из них? Нет, я не хочу быть таким.

Джимми быстро повернул голову в сторону моста. Мост был не так далеко, но и не так близко, чтобы услышать слова и рассмотреть движения.

– Мне нужно вернуться, – уговаривал парень себя же, словно он боролся с кем-то, кто был у него внутри и противился его мыслям и желаниям, – я должен.

Джимми развернулся и пошел обратно. Поняв, что нужно поторопиться, он побежал быстрее и быстрее. Вот он уже подбегал к мосту, но все еще не мог понять самого главного.

Джимми подбежал к середине моста, к тому месту, где стояла девушка еще какие-то десять минут назад. Парень, словно обезумев, стал осматривать мост, но нигде не было той девушки. Посмотрел вниз на воду, но водная гладь была спокойна, насколько это было возможным для городской реки. В свете фонарей Джимми увидел свое отражение на воде. Это был обычный парень, внешность которого могла сказать, что он старался не быть как все, хоть это и не очень получалось. Глаза выдают каждого. Нет, он не видел своих глаз в отражении, даже выражение лица было сложно разобрать, но точно понимал, как он выглядит, и какое чувство сейчас передают его глаза.

Сердце то билось так быстро, казалось, что выпрыгнет из груди, то практически останавливалось. Он не знал, что случилось с девушкой, и от этого становилось еще печальней. Джимми нервничал. Узнав, что девушка жива, он бы успокоился, и все было бы в порядке. Если бы оказалось, что девушка все-таки спрыгнула с этого проклятого моста, то Джимми казнил бы себя, что оставил умирать. Ни первого, ни второго он не знал, а незнание – это самое худшее, что могло быть в тот момент.

Постояв немного на мосту, будто ожидая, когда девушка вернется или воскреснет, Джимми снова, как и некоторое время назад, повернулся и побрел домой, не оборачиваясь. Подходя к темному переулку, которого он будто бы испугался, Джимми даже не обратил внимания на него. Он даже не осознал, как повернул налево и мало чего видел, пока шел в темноте.

Вернулся домой около полуночи, потому что шел неторопливо, задумавшись о произошедшем.

Мамы дома не было. Она работала, поэтому Джимми открыл дверь своим ключом и прямиком направился в свою комнату. Бросив рюкзак на пол, он лег на кровать и уставился смотреть в потолок.

«Что с ней? Неужели она бросилась вниз, неужели она умерла… я даже не знаю, была ли она красива, не знаю ее имени. О чем я думаю? Разве об этом я должен думать. Я стал свидетелем самоубийства и никак не помешал этому, даже не попытался, хотя… ведь я сказал ей, жизнь всего одна и нам нужно ее беречь… или не сказал. Я не помню», – Джимми потер пальцами уставшие глаза. Он хотел спать, но мысль о девушке не давала ему покоя, – «она жива, да, жива. Просто она ушла к себе домой, пока я уходил. Если бы она спрыгнула, то я бы услышал это, но я не слышал, значит… нет, я просто стараюсь убедить себя, что все закончилось хорошо, но ведь это не так. А если так? Значит, мне не нужно себя винить в ее смерти, я не виновен, не виновен», – последнее слово словно отдалось эхом в голове и поэтому прозвучало как «виновен».

Джимми старался отгонять все эти мысли, у него это получалось не всегда. Он, то вспоминал о девушке, то забывал и переключался на что-то другое, то винил себя в ее смерти, то обвинял девушку в том, что она издевается над ним. Передумав много чего, парень уснул в этом бреду.

Проснувшись утром, Джимми открыл глаза и увидел, как проспал всю ночь одетым. Была суббота, семь часов утра. Парень знал, мамы все еще нет дома, и она придет только к восьми, а то и к девяти часам. Он решил притвориться больным и никуда не пойти.

Вспомнив снова о девушке, Джимми поспешил включить телевизор. Он думал, там могут показать и рассказать что-то о случившемся. Если кто-то погиб, об этом обязательно должны были сообщить в новостях. Просидев перед экраном целых полчаса, Джимми ничего не узнал. Новостей о погибшей девушке, бросившейся с моста, не было.

– Возможно, ее тело еще не нашли, – прокомментировал Джимми вслух свою мысль.

Услышав, как открывается входная дверь, парень сделал свои глаза и лицо грустными, притворившись больным. Он устроился поудобнее перед телевизором.

В комнату вошла мама – Сара. Женщина средних лет, точнее ей было тридцать семь лет. Приятная внешность, нежный и тихий голос, длинные темные волосы, собранные в очень простую прическу. Сара Рейн работала в швейном цехе в ночную смену. Денег, которые она зарабатывала, хватало на жизнь, но не на столь богатую, поэтому она еще подрабатывала и днем, точнее, вечером до работы.

– Ты еще не ушел? – спросила она.

– Нет, я плохо себя чувствую.

Сара подошла к сыну и дотронулась своей ладонью до его лба.

– Холодный, – вывела итог она.

– У меня нет температуры.

– Тогда что же?

– Не знаю, просто что-то внутри болит.