приближающим нас к морю шагом совесть терзала меня всё сильнее. А когда мы зашли в воду, признаваться стало и вовсе поздно. Гермиона первой поплыла вдаль от берега, и я бросилась её догонять, держась чуть позади и с волнением ожидая, когда она заметит мой первый сюрприз.
Гермиона, быстро добравшись до буйков, перевернулась на спину, распластав руки в стороны, и вот тут-то ma princesse (6) и заметила то, что я сделала. Краски на её теле не осталось, как и на моём, чего она видеть пока не могла. Другая на её месте разразилась бы серией ругательств, но Гермиона прекрасно умела выражать своё недовольство и без плохих словечек, так что даже мне стало немного стыдно. К счастью, сделать в воде она мне ничего не могла, а успокаивать её поцелуями я привыкла давно.
Способ, как и всегда, оказался действенным, и Гермиона переключилась на высказывания о том, что она думает обо мне и моей затее, уже более спокойно. Это я обожаю загорать обнажённой, а Гермиону мне до сих пор удавалось уговорить лишь на топлес, да и то не всегда. Расстаться на публике с трусиками, последним барьером своей скромности, она ещё ни разу не решилась.
Сегодня же Гермионе придётся на личном опыте окончательно понять, что обнажённым женским телом тут никого не удивишь, даже таким красивым, как моё. В этом блаженном месте мы действительно могли не бояться косых взглядов из-за того, что прогулялись до пляжа в бикини, а тут остались и вовсе голыми. Такая свобода нравов на этом побережье и стала одним из решающих факторов при выборе дома, когда отец спросил, где я хочу поселиться.
Меня рассматривали, конечно, но я никогда не понимала, что в этом такого страшного. Пусть парни пожирают меня взглядами, а девушки завидуют совершенству моей фигуры, я ничуть не против. Гермиона не испытала потребности в чужом внимании, но я поставила её перед фактом, и теперь наблюдала, как она, наморщив лоб, один за другим отметает варианты незаметного возвращения в особняк. Без её оставшейся дома волшебной палочки способов особенно не вырисовывалось. Не ждать же теперь темноты!
Наконец mon soleil улыбнулась и сказала, что на меня невозможно долго злиться, но она обязательно мне это припомнит. Я только усмехнулась. Не в первый раз! Сколько она на меня сердилась, когда на Валентинов день я поцеловала её в губы на глазах у всего Хогвартса перед завтраком? А раз тогда не случилось ничего страшного, не случится и теперь. Вдоволь наплававшись, мы выбрались из воды. Гермиона опасливо озиралась по сторонам и прикрывалась руками.
Я напомнила ей, что вечно это делать у неё не выйдет. В ответ получила гневный взгляд карих глаз, но руки от своего тела Гермиона всё-таки убрала. Было заметно, что это решение далось ей непросто, но она изо всех сил старалась сделать вид, будто оно её собственное, а не вынужденное. Этакая иллюзия власти над своими поступками, которой она любит себя тешить, не понимая, как это забавно выглядит для окружающих. Когда я сказала, что хочу мороженого, то получила ещё один сердитый взгляд.
Гермиона не хотела оставаться в таком виде одна даже на несколько минут, а я не желала идти на компромиссы, и после недолгих сомнений она всё-таки решила составить мне компанию. Около тележки с мороженным собралась длинная очередь, впрочем, продвигавшаяся довольно быстро. Я спросила Гермиону, чего она хочет, но она пробормотала лишь что-то невразумительное и отвернулась. Извиняться словами было всё равно бессмысленно, поэтому я сосредоточилась на том, что выбрать.
Продавались только стаканчики, но выбор предлагался настолько большой, что я не могла его сделать. Клубничное и малиновое, апельсиновое и вишнёвое манило своим запахом. И я никак не могла решить, хочу ли сливочного, фисташкового или шоколадного с орехами. Тем временем подошла наша очередь, и себе я заказала обыкновенное сливочное с клубничным джемом, а для Гермионы попросила сделать что-нибудь особенное. Продавец мороженого — молодой парень — изо всех сил старался сделать вид, что его не интересует моя упругая грудь.
Потрясающий фруктовый аромат привлёк Гермиону, и она лично поблагодарила мороженщика. Расплачиваясь, я заметила, что она сразу принялась за мороженое, и, судя по её довольному лицу, прощение я уже получила. Это, несомненно, было так, но маленькая месть Гермионы не заставила себя ждать. Она заметила, что кто-то растянул над песком сетку и две смешанные компании из парней и девчонок перебрасывались мячом. Играли любители, поэтому было много смеха и неловких падений, а мяч часто улетал к зрителям.
Гермиона никогда не проявляла интереса к спорту, поэтому её внезапное любопытство было мне непонятно, пока несколько игроков не присели отдохнуть. Гермиона тут же подтолкнула меня в спину и заявила, что я желаю поучаствовать, но стесняюсь в этом признаться. Я и возразить не успела, как оказалась в толпе игроков, судорожно пытаясь вспомнить правила игры. В Шармбатоне помимо квиддича уделялось внимание маггловским видам спорта, но назвать меня волейболисткой всё равно было бы преувеличением.
Коварство mon soleil заключалась в том, что она знала и как мне нравится привлекать внимание, и о моей любви побеждать всегда и во всём. Она понимала, что я не откажусь сыграть, при этом сделав всё для победы своей команды, а значит, у зрителей будет возможность понаблюдать за единственной полностью обнажённой девушкой на площадке. Гермиона пожелала мне удачи, и я вышла на площадку под одобрительный гул толпы.
Что же — если от меня хотят зрелища, то я всегда готова его обеспечить, будь то поединок с драконом или игра в мяч. Я носилась по всей площадке, выпрыгивая высоко вверх, и бросалась на песок, отбивая практически все летящие в мою сторону мячи. Было немного неудобно от того, что ничто не удерживало мои груди, которые колыхались при каждом прыжке или резком движении. Наши соперники быстро сообразили, что я не стремлюсь атаковать, но в обороне, благодаря ловкости и превосходной реакции, сильнее любого игрока на площадке, поэтому старались подавать мячи туда, где мне их было сложнее всего достать.
Я назло им всё равно спасала свою команду в невозможных ситуациях, часто при этом поднимая тучи песка, но всё-таки выбивая мяч в считанных миллиметрах от земли. И мои старания не пропали даром — в упорной борьбе мы вырвали победу. Вся команда бросилась ко мне и повалила на песок, а когда я смогла выбраться и отряхнуть песок, то мне досталось персональное поздравление от Гермионы, которая прямо на
