Читаем без скачивания Гимн настоящей стерве, или Я у себя одна - Елена Ямпольская

В любви, как в политике, существуют свои технологии. И здесь, и там они ничего не стоят. В любви особенно — предугадать симпатию отдельной женщины труднее, чем волю целого народа. Существует, например, устойчивое мнение, будто противоположности притягиваются. Мол, слабой женщине нужен крутой мачо, а сильная сама готова жалеть и опекать маломощного закомплексованного хлипака. На деле это туфта. Все хотят сильного мужчину (которого, кстати, всегда найдется за что пожалеть). И значит, чем более самостоятельна и успешна женщина, тем суперменистее должен быть ее избранник. Драма селфмэйдвумэн сравнима с проблемами двухметровой баскетболистки — страшно узок круг достойных претендентов на ее сердце…

Миф номер два: будто женщина на уровне подсознания оценивает производительные возможности мужчины, реагируя в первую очередь на его внешний облик и состояние здоровья. Но ведь повышенный интерес к таким качествам, как юмор, интеллект, обаяние, в принципе, тоже можно считать заботой о будущем потомстве. И если женщина рассматривает себя не только в качестве фабрики по воспроизводству вида, она наслаждается радостями любви вполне бескорыстно. Охотно верю ученым, что «треугольная» мужская фигура (широкие плечи, узкий таз) свидетельствует о качествах добытчика, но прежде всего это красиво. А добытчики, между прочим, бывают и квадратные, и ромбовидные, и даже шарообразные…

Наконец, заблуждение по поводу того, что женщина якобы любит ушами. Любит-то она любит, но лишь в совокупности с иными методами воздействия. Хорошо любить ушами, когда тебя любят губами, руками и так далее, а заодно еще успевают подпускать комплименты. Путь к женскому сердцу может начинаться где угодно, однако если хочешь проникнуть туда гарантированно, да еще захлопнуть за собой калитку, помни, что раньше эта калитка называлась вратами рая… Страстный и нежный любовник обойдет в нашем сердце кого угодно — домовитого хозяина, олигарха, звезду шоу-бизнеса. Женская сексуальность — инструмент тонкий и чрезвычайно зависящий от мастерства исполнителя. Встретив человека, в чьих объятьях обретаешь органное звучание, ни за что уже не вернешься к тем, кто бренчит на твоем теле, как на трехструнной балалайке.

Женщина — тоже человек, и ничто человеческое — в том числе отчаянная решимость «никогда больше не ходить на выборы!» — ей не чуждо. Время от времени мы прикалываем к груди бейджик «Закрыто на переучет чувств», но кандидаты на нашу привязанность вновь разворачивают свои избирательные кампании (не брезгуя черным пиаром), и хочешь не хочешь — приходится опускать свой бюллетень в чью-то урну. Вернее, допускать в свою урну чей-нибудь бюллетень…

За что мы любим мужчин? В женском фольклоре тому существует множество объяснений. Например: они прощают нам наш феминизм, а мы ничего им не прощаем. Они целуют нас в лоб, когда не могут остаться. У них одна цель — спать с нами. Они не хотят быть похожими на нас, а мы на них — хотим. Они умеют драться. Они смешные. Они делают вещи, которыми мы гордимся. Они дают свои фамилии нашим детям.

Когда мы думаем о нашей жизни, мы думаем о них.

И это главное.

_____

СКОЛЬКО МЫ СТОИМ?

Всякую хорошую девочку папы и мамы (последние в особенности) чуть ли не с младенчества учат «знать себе цену». Однако если, подрастая, эта самая девочка устанавливает для окружающих мужчин тарифы в твердой валюте, она сразу же переходит в категорию плохих. Нюанс заключается в том, что знать себе цену — похвально, но знать ее с точностью до цента — грязно, порочно и недостойно.

Женщина — не вещь и, следовательно, не может быть измеряема деньгами. Тогда в каком эквиваленте выражается ее «номинал»? Вероятно, в силе мужской любви. А каким образом проявляет себя истинная любовь? Лаской, нежностью и опять же — никуда не денешься — широко раскрытым бумажником.

По личному опыту могу сказать: ни с чем мужчина не расстается так тяжело, как с деньгами. Он будет декламировать вам стихи, и организует приличный секс, и даст умный совет, и даже сводит в ресторан — потому что половину (как минимум) съест сам, и даже, чего доброго, женится, ибо для многих семья подразумевает официально узаконенный режим экономии. Но все это абсолютно ничего не значит. Если на вас не тратят дензнаки, причем охотно и с радостью, о пылком чувстве говорить бессмысленно.

Все мужские обиды — мол, девушки любят только богатеньких буратин, как правило, не имеют под собой оснований и являются сознательным передергиванием фактов. Мы любим не богатых — мы любим щедрых. Среди мужских пороков, на мой взгляд, нет ничего гаже скупости. Щедрый мужчина не просто облегчает нам жизнь, он дает основания собой гордиться, а это зачастую куда приятнее.

Широта — понятие относительное. Студент может ограничиться одной розой, банкир — замком на Канарах, но это должны быть самые прекрасные роза и вилла, какие можно достать за деньги. (Правда, теперь, когда я вижу мужчину с одной розочкой, мне кажется, что он идет свергать Шеварднадзе…)

Лучший подарок для всякой женщины — деньги плюс цветы, потому что первая составляющая этого джентльменского набора означает «я о тебе забочусь», а вторая — «я тобой восхищаюсь». По отдельности получается хуже: только деньги — слишком делово, только цветы — несколько эфемерно…

В любовном треугольнике «мужчина, женщина, кошелек» третьих лишних нет. Но — могут меня спросить — чем же тогда порядочная женщина принципиально отличается от проститутки? А тем существенным пунктом, отвечаю, что спит она не с любым, купюры принимает не от каждого, и платит за себя сама так долго, как сочтет нужным.

Во Франции, во времена Второй империи появился институт содержанок. Для такого рода дам даже название придумали — «светские львицы» (теперь происхождение термина забылось, и его, смех и грех, используют в качестве комплимента). Женщина продавалась одному мужчине (как правило, вельможе, обремененному семейством), он ей платил, а она с ним спала. В старой и новой России таких примеров тоже хватает. Можно поставить штамп в паспорте, а по сути быть содержанкой. Только женщина, способная сама себя обеспечить, не ищет в любви материальную выгоду, но именно таких — вот парадокс! — сильный пол побаивается и обходит стороной.

Современной селфмейдвумэн в равной степени важно быть финансово независимой и при этом получать матпомощь. Мы зарабатываем, чтобы чувствовать себя полноценными людьми, и берем деньги у мужчин, чтобы оставаться женщинами. Альфонсы имеют право на существование, но только надо отдавать себе авансовый отчет, что в таком союзе вы добровольно меняете пол. Кто платит — того и брюки.