знаю, в какую часть тех труб нужно выстрелить, чтобы они обвалились… Это я и сделаю в момент, когда моя потенциальная жертва будет проходить под ними!». Бредд возвращался по той же дороге, по которой первоначально направлялся в сторону автобусной остановки. И в момент, когда он проходил под трубами, Коул Ривер без каких либо колебаний, сомнений и угрызений совести, с дальней дистанции отстрелил болты, которыми была скреплена труба и та обрушилась. Перед падением трубы на голову Бредд обратил на Коула внимание и успел напуганным взглядом осмотреть его с ног до головы, и в момент, когда его взгляд дошёл до лица Коула, он увидел злобную ухмылку, которая затмевала буквально все остальные черты лица, она отражала всю ненависть которую тот испытывал к человеку, которому осталось жить буквально секунду. Вся сантехническая работа, которую когда то сам же Бредд и продал одному из соседей живущих неподалёку, упала ему на голову. Глядя на бездыханное тело того, кто по мнению Коула Ривера был наконец повержен им, новый лучший работник месяца в своей фирме думал: «Я бы мог обставить всё, как несчастный случай! Мог бы сделать вид, что трубы обвалились без чьего либо вмешательства… Но «несчастный случай» в этой ситуации очень шаткое утверждение, ведь сами трубы шаткими явно не были, их судя по всему совсем недавно установили… А значит вряд ли кто то поверит в несчастный случай… И раз уж покойник был тем, кто занимался продажами сантехнических труб, то в детективном агенстве с очень высокой вероятностью могут отследить какую то корреляцию между профессией погибшего и причиной его смерти и тогда офис, вопреки всем моим стараниям, в любом случае посетят… Так что лучше спрятать трубы обвалившиеся на моего уже бывшего врага! Вот только нужно сделать вид, будто его убили как то по-другому – в этом мне поможет нож! Коул нанёс три колотые раны в грудь уже умершему Бредду, перед этим забрав денежные средства, что были у того с собой, после чего скрылся с места преступления.
Глава 3: Отработка возражений
15 апреля ровно в 15:00, детектив просматривал записи с камеры видеонаблюдения, размещенной в подъезде умершего уже после того, как осмотрел квартиру погибшего, и думал: «Хм… Странное это дело… Если эта девушка убила его, из-за денег, которые являются единственным возможным для неё мотивом – почему тогда она не попыталась вскрыть сейф, который стоит у него в квартире?… Испугалась подниматься наверх и открывать его дверь, поскольку на лестничной клетке висят камеры?… Вряд ли, она же уже попала под камеры! Квартиру бы она открыть точно смогла бы, на записи отчётливо видно, как он закрывает дверь ключами… Да и стал бы он покидать свой дом, зная, что не закрыл дверь… Если бы так и было, то ей бы ещё легче было попасть внутрь… Но она точно видела сейф, судя по камерам, что размещены также и у него в квартире, они пили чай именно там! Быть может она не нашла у него при себе кода позволяющего открыть сейф?… Был ли он у него при себе или нет – я смогу узнать, взглянув на его тело… Если же он у него был, но она не нашла, значит мотивом были не кража его денег, а что то другое… И убийца соответственно ни тот на кого мы думаем! И почему мне только сразу не дали осмотреть тело покойника?…». По истечению примерно пятнадцати минут после этих размышлений, этот же специалист по раскрытию преступлений подошёл к трупу вопреки указаниям со стороны начальства. Он подошёл максимально близко к телу покойника, но его криками прямо в ухо стал останавливать его коллега, он кричал: «Адам, что вы себе позволяете?!». Адам же в ответ на это хладнокровно промолвил: «Я знаю, что я делаю». Вслед за этим, он порылся в лёгкой куртке-ветровке, которую перед смертью напялил на себя покойник и обнаружил там записку, которой увидел какой то код, после чего подумал: «Ага, у него был при себе код, а проститутка его не нашла! Значит и не искала! И вне зависимости от того, от сейфа ли этот код, найдя его, та женщина по-любому бы вернулась в квартиру к убитому, чтобы проверить код на сейфе! Но поскольку записка не была похищена, то и за сейфом проститутка не возвращалась, да и такой же вывод можно сделать, глядя на записи с камер видеонаблюдения! Уверен, если бы мотивом для убийства послужили бы деньги, то человека бывавшего в квартире Бредда, привлёк бы этот огромный сейф, что стоит посреди комнаты!». Далее, Адам осмотрел колотые раны, оставленные на теле умершего и вслух заявил: «Он умер ни от ран на теле! Вся кровь, что осталась на его одежде мутного цвета… Обычно, когда человека режут при жизни, до застывания крови, на одежде остаётся хотя бы капля крови алого цвета! Тут я такого не наблюдаю… Причиной смерти стало что то другое… Но зачем убийца захотел скрыть, что именно?… Быть может, вещь, которую скрыл замешанный в этом может приблизить нас к разгадке преступления?… Но вообще тем, что скрыл разыскиваемый преступник, он вполне вероятно ударил убитого по голове… Поскольку именно в районе головы, я всё же наблюдаю алую кровь!». После этих слов, один из упёртых коллег следователя, обратился к нему со словами: «Адам Сакстон, вы сейчас тычите пальцем в небо… Не всегда всё бывает настолько сложно и закручено, как вы любите! Тут уже всем нам очевидно, что убийца та блудница!». Адам Сакстон хотел возразить, но тут его перебил внезапно вмешавшийся мужчина, который был жителем дома, в который проходила упавшая труба. Мужчина громко стал выражать детективам своего недовольство: «Лучше бы вы и в самом деле не сидели на месте, два часа рассматривая бездыханное тело, а занимались бы поиском причин, по которым в мою квартиру перестала поступать какая либо вода – как холодная, так и горячая!». Внимательно выслушав мужчину и подумав буквально пять секунд, Адам Сакстон связал все точки друг с другом и чтобы до конца убедится в своей догадке, задал вопрос: «Гражданин, а вы не слышали никакого грохота посреди ночи?». Мужчина резко воскликнул: «Да, было дело, меня посреди ночи разбудил какой то сильный шум, который буквально через считанные миллисекунды закончился, и поэтому я не стал смотреть в окно и проверять в чём дело!». После этого, Адам Сакстон принялся объяснять остальным следователям свою догадку и
