— В одиннадцать часов она ушла из «Аметиста», — ответил Корридон. — Я ушел минут через десять. Видел, как она разговаривала с мужчиной на углу Пикадилли и Олдерм-стрит. Потом они пошли вместе в сторону ее квартиры.
— Значит, было примерно двадцать минут двенадцатого?
Корридон кивнул.
— Описать его не смогу, просто не обратил внимания… Теперь жалею об этом. Помню только, что он худощав, одет в темное пальто и шляпу.
— Жаль, — Роулинг задумчиво потер челюсть, — обычно ты более наблюдателен… Да, это нам мало поможет!
Корридон бросил сигарету и тут же закурил новую. Он вспомнил о дочери Милли. Что же будет с ребенком? У Милли никогда не было денег. Значит, теперь о девочке придется заботиться ему…
— Как она умерла?
— Довольно страшная смерть, — спокойно проговорил Роулинг. — Очевидно, маньяк…
Корридон резко повернулся к нему.
— Что случилось?
— Перерезано горло, — ответил Роулинг. — Должно быть, парень потерял голову. Придется предупредить других девушек. Безмотивные сексуальные преступления всегда дьявольски трудно раскрыть!
— Ты уверен, что это безмотивное преступление?
— Во всяком случае, так оно выглядит, — сказал коп. — Это не первая проститутка, убитая подобным образом, — усмехнулся Роулинг. — И не последняя.
Он выпрямился и неожиданно спросил:
— Что ты думаешь о мотиве убийства?
— Что-нибудь украдено? Сумочка на месте? — поинтересовался Корридон.
— Насколько я могу судить, ничего не пропало. А почему ты спрашиваешь?
— Да так… Вчера вечером она показала мне нефритовое кольцо, которое якобы нашла у себя в комнате. Сказала, что его уронил кто-то из ее клиентов. И хотела узнать его ценность.
— Нефритовое кольцо? — Роулинг удивленно уставился на Корридона. — Что еще за кольцо?..
— Это копия кольца, которым пользовались древние лучники, — неохотно заговорил Корридон. — Вернее, я думаю, что это копия… Если же оно подлинное, то стоит очень дорого. Этой вещи более двух тысяч лет.
— Вот как? — Роулинг сел. — Значит, она показывала кольцо тебе?
— Да… Слушай, в чем дело? Ты смотришь на меня так, словно это я убил…
— Да нет… — Роулинг пожал плечами. — Поехали на квартиру к Милли, поможешь мне найти это кольцо.
— Поехали… Но в чем дело?
— Ни в чем! Так едем? Это займет не более получаса. Полицейская машина ждет у подъезда.
— В жизни бывают дьявольские совпадения, согласен? — проговорил Роулинг, когда они спускались по лестнице.
— Пожалуй, — кивнул Корридон. — Но почему ты заговорил об этом сейчас?
— В ответ на свои мысли, — неопределенно ответил Роулинг.
Они молча вышли из дома и сели в машину.
— Она собиралась продать кольцо? — спросил инспектор, плавно трогая машину с места.
— Если бы смогла найти покупателя… Я посоветовал ей отдать кольцо в полицию. Предупреждал, что ее легко будет проследить по этому кольцу, если с ним что-то не так. Возможно, она так и сделала.
— Надеюсь, — буркнул Роулинг.
В этот час на Пикадилли движение было слабое, и через несколько минут они добрались до квартиры Милли.
— Ее уже увезли, — заметил Роулинг, — но в комнате ничего не тронуто.
— Не волнуйся, если ты сумел там пробыть, то я уж как-нибудь!.. — с сарказмом заметил Корридон.
У входа в квартиру стоял констебль, он отдал честь при их появлении.
— Ятес еще здесь? — спросил Роулинг.
— Да, сэр!
— Пошли, — кивнул Роулинг Корридону. — Ты ведь не бывал здесь?
— Здесь нет, — хмуро ответил Корридон.
Роулинг повернул ручку и толкнул дверь. Они вошли в светлую спальню, где сержант Джон Ятес с двумя детективами в штатском снимали отпечатки пальцев с двери в ванную. В дальнем углу комнаты стояла кровать. Корридон сунул руки в карманы и прошел туда. Постель, стена у изголовья, ковер на стене — все было забрызгано кровью. Кровью был залит ковер на полу.
— Ее кровь, — мрачно заметил Роулинг. — Он перерезал ей горло, она не успела и закричать…
— Оставь себе эти подробности! — резко перебил Корридон.
Роулинг подошел к комоду. В верхнем ящике лежала сумка Милли. Он открыл ее и вывалил все содержимое на пол. Здесь была пудреница, пачка сигарет, бумажник с пятью пятифунтовыми бумажками, грязный носовой платок и несколько визитных карточек, перехваченных резинкой. На всякий случай Роулинг заглянул в сумку… — Здесь больше ничего нет. Эй, Ятес!..
Ятес, высокий, широкоплечий мужчина с седой головой и внимательными глазами, подошел к ним. Он без интереса взглянул на Корридона и преданно уставился на Роулинга.
— Ты не видел здесь кольцо из белого камня? — спросил Роулинг. — Возможно, что это был нефрит.
— Нет. Мы все перерыли, но ничего подобного не нашли.
— Поищите еще разок, — велел Роулинг, — это очень важно. Постарайтесь как следует. Правда, я не надеюсь, что вы найдете его…
Ятес энергично приступил к поискам, а Роулинг, открыв дверь ванной, поманил к себе Корридона. Ванная была небольшая, и они с трудом поместились там. Роулинг закрыл за собой дверь, подошел к унитазу и, опустив крышку, сел.
— Почему нельзя поговорить там? — спросил Корридон, садясь на край ванны. — К чему такая таинственность, а?
— Послушай, — сказал Роулинг, — есть кое-что, о чем я не хочу распространяться. Когда ты видел полковника Ричи в последний раз?
Корридон не смог скрыть удивления.
— Почему ты вспомнил о нем?
— Перестань валять дурака! — попросил Роулинг. — Ты знаешь, мне не до шуток. Отвечай на вопросы! Скоро сам влезешь в это дело…
Корридон достал пачку сигарет и протянул ее Роулингу. Они закурили.
— Я не виделся с ним с 1945 года.
— Он хороший парень?
Корридон промолчал. Он выпустил струю дыма, и мысли его обратились к недалекому прошлому. Он живо представил полковника Ричи, хотя прошло почти шесть лет после их последней встречи. Его нельзя было назвать прекрасным парнем, это не то слово. Он мог быть очаровательным, когда хотел. Ему можно было довериться. Он был жесток: многих друзей Корридона посылал на смерть, жалея их и в то же время не колеблясь, посылал, наверняка зная, что их убьют…
— Хочешь повидаться с ним? — спросил Роулинг.
— Нет, спасибо! — решительно заявил Корридон. — Он захочет, чтобы я снова работал на него, а у меня есть все, что мне надо, чтобы отлично обойтись и без него.
Роулинг помрачнел.
— Жаль… Ему нужны хорошие парни. Он предлагает прекрасную жизнь: волнующие впечатления, путешествия и весьма приличные деньги.
— Деньги — это дерьмо! — сухо ответил Корридон. — А волнения мне ни к чему. Все это было хорошо во время войны, но не сейчас. Возможно, ты не знаешь, но я очень люблю жизнь… И все-таки при чем здесь Ричи?
— Я разговаривал с ним вчера, — Роулинг снова воспрянул духом, лицо его озарилось улыбкой. — У него есть работа для тебя, и тебе почти не потребуется времени для подготовки.
Корридон устало пожал плечами.
— Зачем ты суешь нос в мои дела? Я не нуждаюсь в его работе. И кроме того, я собираюсь в Париж.
— Ты?! — удивился Роулинг. — К девочкам?.. Ну и ну! Не смею осуждать тебя!
— Это кольцо имеет отношение к Ричи? — спросил Корридон.
Роулинг кивнул.
— Не хочу ничего скрывать от тебя. Да, оно имеет отношение к Ричи. Но он сам тебе все расскажет, когда увидитесь. Именно это я и имел в виду, когда сказал, что в жизни бывают неожиданные встречи и совпадения. Сейчас мы поедем к нему.
— Нет, я не поеду, — Корридон резко встал. — Не слишком огорчусь, если вообще никогда не увижу его. Для грязной работы найдется немало других парней. Я свое отработал.
Роулинг с сожалением посмотрел на него и тоже поднялся. На этот раз он выглядел усталым.
— Не ерепенься, старина. Он захочет услышать о кольце. Речь ведь идет об убийстве! Ты должен помочь нам.
— Какое это имеет отношение к нему?
— Самое прямое! — Роулинг едва сдержался, чтобы открыто не зевнуть. — Поехали. Это займет немного времени. — Он распахнул дверь ванной комнаты. — Ты же хочешь, чтобы мы схватили того парня, убийцу Милли? С твоей помощью возьмем значительно быстрее. Она ведь была твоим другом? Разве не ты был крестным отцом ее дочери?..
— Ты что, хочешь довести меня до слез? — усмехнулся Корридон. — Хорошо, поехали!
Роулинг просиял.
— Я так и думал! Я сразу же заявил, что в ордере на арест нет совершенно никакой необходимости…
— Значит, полковник по-прежнему прибегает к старым трюкам? — мрачно заметил Корридон. — А если бы я отказался, он упрятал бы меня в тюрьму?.. У него опять пропали часы?
Роулинг устало прикрыл глаза.
— Нет. На этот раз золотой портсигар. Повернись, я пощупаю твои карманы.
