Он не смотрел на меня.
"Гарнил послал меня сюда", сказал он. "Это... скромная ссылка. Больше, чем я заслуживаю. Он сказал, что навестит меня, но не пришел. Иногда я боюсь, что он забыл, или ему все равно, или... нет..." Он выпрямился, но все еще не поворачивался ко мне лицом. "В конце концов, у него обязанности."
Здесь он повернулся ко мне и поклонился, снова полон достоинства, если не считать слез на лице. Он сказал:
"Прошу извинения, что утомил вас", и вышел.
x x x
Я только что перечитала все, что записала вчера. Я все еще не понимаю, какой демон заставил Аумерила прийти и довериться мне. Не ждет же он успокоения от наездницы грифона?
Но он мог бы найти его больше, чем, наверное, от своего собственного народа. На Севере мы не презираем никого, мужчину или женщину, кто выбрал не быть воином, понимая, что у него нет склонности, или предпочитая посвятить жизнь искусству, ремеслу или обучению собственных детей. Здесь на Юге мужчины обязаны держать меч, в то время как женщины должны сидеть за своей штопкой, и никто из них, насколько я могу видеть, ни на йоту лучше другого.
У меня также было время подумать о новостях с войны, что принес мне Аумерил. Это великая вещь, что мы снова заняли Западные Высоты. Кто контролирует Высоты, контролирует Юг, ибо главные дороги проходят через перевал, и припасы должны идти таким путем или перевозиться морем. Если Роен возьмет порт у Стелласта, то война будет закончена.
А в это время я сижу и гнию здесь. Я должна принять в этом какое-то участие, пока не поздно.
x x x
Моя рука выздоровела достаточно, чтобы снять повязки, хотя она ноет, если ее перетрудить, поэтому читатель этого отчета все еще должен разбирать мои леворукие каракули. Мои волосы отросли, они сейчас закрывают уши. Я думаю попросить ножницы, но какой смысл? Мне же не надо носить полетный шлем. Я слышала, что некоторые южные леди отращивают волосы так, что могут на них сидеть. Станут ли они держать меня здесь до тех пор, пока я не смогу сидеть на своих? Но задолго до этого я буду вопить от бешенства.
Грифоны все еще прилетают кормиться на балкон. Теперь их больше. Год тащится к концу, и дикую добычу найти тяжелее. Маленький Ракхил прилетает на мой зов.
Аумерила с того первого раза не видно. Но кто-то каждый день присылает с моей едой чашку обрезков сырого мяса.
x x x
Вчера ближе к вечеру я увидела отряд солдат, поднимающихся верхом из долины. Плотная маленькая группа, проворные и дисциплинированные. Их оружие поблескивало в умирающем свете дня, а на ветру трепетал алый вымпел.
Я ждала Эррана с подносом, но вместо этого он зашел с пустыми руками, с понимающей ухмылкой на лице.
"Лорд Аумерил, он говорит, чтобы вы надели свое лучшее платье и спускались в столовый зал на обед."
Я была ошеломлена. За все недели, что я здесь я ни разу не ступала ногой за дверь, что вела к остальным помещениям крепости. Я не видела причины, по которой Аумерил позволил это сейчас, если конечно каким-то образом это не связано с солдатами, что прибыли ранее.
Это было связано. Когда я сменила платье, Эрран провел меня в столовый зал. Это была комната с панелями, очень похожая на мою, но гораздо больше, с громадным камином, а щит на стене над ним сверкал золотом и кармином. Двое стояли перед огнем.
Один был Аумерил. Другой, высокий, смуглый и худощавый, шагнул вперед, когда я подходила, склонился над моей рукой и поцеловал ее.
"Леди Хелейя, имею честь", сказал он.
"Я капитан всадников грифонов Хелейя."
Сказать по правде, я была слегка выведена из равновесия. Я же воин, а не леди-южанка для поцелуев и комплиментов. Смуглый улыбнулся и поклонился, он был замечательно красив. Аумерил сказал:
"Это мой кузен, генерал Гарнил."
Я уже догадалась. Аумерил выглядел более оживленным, чем я его когда-либо видела, а в глазах его светилось нечто вроде вызова, словно он говорил: "Вы видите? Он все-таки пришел!"
"Для меня это тоже большая честь", ответила я.
Мы прошли к столу. Я наслаждалась едой, которая отличалась от скучной диеты, что Эрран носил в мою комнату, и первым вином, что я выпила с момента моего захвата. Но я не слишком на него налегала, чтобы сохранить контроль.
Генерал Гарнил с удовольствием восхищался наездниками грифонов и задавал мне о них множество вопросов. Поначалу они были достаточно невинны, о разведении и тренировке, о том, как подбирают наездников. Однако, пока обед продолжался, его вопросы становились более определенными, и я поняла, что мы вернулись к старой игре: что я знаю такого, что будет для него полезно?
Некоторое время я играла в эту игру, парируя его вопросы, но вскоре я от них устала. Он думает, я такая глупая, что меня ослепит красивое лицо и несколько комплиментов, достаточных, чтобы продать за них свою честь? Я сделала последний глоток вина и сказала:
"Прошу прощения, мои лорды. Я устала. Я покину вас на сегодня."
Они оба поднялись, как и я, поклонились и пожелали доброй ночи, но по вспышке в глазах Гарнила я догадалась, что это ему не понравилось. Я вышла, не дожидаясь эскорта, должного отвести меня наверх.
Оказавшись за дверью, я задержалась. Я подумала, не скажут ли они чего-нибудь, что стоит услышать. Вначале заговорил Аумерил, но так тихо, что я не разобрала слова. Весь обед он говорил мало и мало ел, почти не сводя глаз с Гарнила. Он не скрывал своего восхищения.
Я услышала, как Гарнил расхохотался, это звучало гневно. Он сказал:
"Я должен завтра уехать."
Аумерил сказал:
"Возьми меня с собой."
Пауза. Я сообразила, что Гарнил отказал, потому что снова раздался умоляющий голос Аумерила.
"Ну позволь мне поехать с тобой. Дай мне шанс показать себя."
"У тебя был шанс." Голос холодный, безжалостный. "Ты продул, и я нашел тебе это занятие. Разве ты не можешь хоть это делать честно? Или ты боишься единственной женщины?"
Теперь наступило долгое молчание. Я стояла в проходе у подножия лестницы. Дверь столового зала все еще была приоткрыта на щелочку. Я приоткрыла ее еще немного. Я понимала, что я дура. Что сделает Гарнил, кода обнаружит меня? И почему я вообще волнуюсь, возьмет он с собою Аумерила или нет?
Они оставили стол и снова встали у огня. Аумерил обратился к своему кузену.
"Пожалуйста. Я этого не выдержу."
"Нет."
"Тогда... тогда пообещай мне кое-что."
Гарнил ничего не ответил, но в его молчании не было ничего ободряющего. Голос Аумерила задрожал, когда он продолжил дальше.
"Если они прорвутся - северяне - они захватят всю эту часть страны. Что они сделают с нами здесь? Особенно когда обнаружат, что мы держим здесь одну из их наездниц грифонов? Обещай, что ты не позволишь нас отрезать. Обещай, что ты не оставишь меня здесь."
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
