— Я позволю тебе смотреть на меня и, возможно, даже, дотронуться... Но тебе придется кое-что сделать за это.
Я улыбнулась настолько очаровательно, что едва скулы не свело. Можно попытаться влюбить его в себя, но это слишком долго и «дорого».
Не хочу. Я не верю в любовь, а верю в похоть.
Если что-то у меня и есть в этом мире, так это красивое тело... Приходится распоряжаться данностью.
* * *
Я не просила драгоценностей, или чего-то подобного. Просто подговорила его приносить мне «неучтенные книги». По философии и психологии, по медицине. Во мне горела жажда знаний, узнать истинный уровень этого мира. Также я интересовалась политикой и теневой историей Нашкора. Всё перечисленное мне удалось получить из рук Аннара, но вот о желтоглазых он ничего найти так и не смог.
— Сам не знаю, в чем проблема... Возможно вся информация в засекреченных архивах, а туда допуска у меня нет. Мать просто говорила, что желтоглазые - дурной знак... Это всем известно. - он неторопливо говорит, массируя мне плечи. А я пытаюсь лихорадочно структурировать информацию.
Очевидно, что Жрицы о желтых глазах знают даже больше, чем нужно. Как и моя мать... А вот простой народ получает крупицы неполных знаний, на уровне банальных домыслов и «пугалок».
Ладно, я и не думала, что будет просто.
Куда важнее... Что в последнее время взгляд Аннара изменился.
Нет, как и раньше, юноша то и дело пожирал меня глазами. Но к этому теперь примешалось кое-что иное. На наших свиданиях в источнике он смотрел на меня пылко и нежно. Так, словно… Влюбился.
И это стало сигналом: стоит срочно порвать все отношения. Влюбленный мужчина - опасен, способен зайти за рамки договоренностей.
«Любовь... Слишком убийственное чувство. Мне ли не знать?
Ведь меня убили именно из-за неё»
— Что? Перестать видеться? Да как ты… Ты не сможешь без меня! – покрасневший от гнева Аннар кричал на меня, заставляя морщиться. Я склонила голову набок, отвечая ему издевательской, мягкой улыбкой.
— Думаешь? Ты так наивен…Правда считал, что я сбегу в итоге с тобой? Чистота Жриц стоит дорого, мой милый. Слишком дорого, чтобы ты мог уплатить цену.
Я могла позволить ему смотреть, не отрываясь. Могла даже позволить ему дотронуться до себя. Но о большем речи не шло. По его расширившимся глазам я понимала, что парень и сам об этом думал, просто отказывался признавать до последнего.
— Дура. Ты такая дура… Большинство Жриц могут лишь мечтать о любви!
— Да что ты об этом знаешь?... – я проронила это неосознанно холодно, перестав на краткий миг контролировать собственные эмоции.
На самом деле, любовь мешает, Аннар. Мешает всем сильным мира сего. Она отнимает вострый клинок и поражает в самую душу. Любовь ведет рука об руку войну, предательство и смерть.
Но тебе, конечно, не стоит об этом знать.
— Ты еще пожалеешь. – шепчет он, бессильно сжимая пальцы в кулаки.
Это неправда. Я никогда о таком не жалела.
* * *
Пожалуй, остальные воспитанницы Храма изначально изолировали меня от своего общества. Возможно, это происходило неосознанно, но девушки давно разбились на стайки. И ни в одну из них я не входила.
Не то чтобы это действительно меня волновало, в прошлой жизни я тоже не верила в женскую дружбу. К тому же, подобное одиночество имело свои плюсы, мне не нужно было тратить время и энергию на девчачьи разговоры. Устроить же физическую подлянку никто бы из девушек не осмелился: Старшие внимательно следили за каждым нашим шагом. От их цепких взглядов ничто не ускользало. И мне пришлось вскоре в этом убедиться на собственном опыте.
Тогда наши смотрительницы вызвали меня на личный разговор.
— Церера. Я вижу, что ты не нравишься остальным девушкам. Не думала это изменить?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Святейшая, я принимаю судьбу с гордостью. Не в этом мое предназначение.
В ответ раздался скрипучий, как половица, смешок.
— Да, далеко пойдешь, девочка… Ты знаешь себе цену, не так ли? Не продешеви.
Странный озноб прошёлся по моей спине, теряясь в районе копчика. Я вдруг поняла, что наши встречи с Аннаром не остались в секрете. Она явно всё знает, чертова карга.
Меня не наказали, но стали сильнее нагружать тренировками, стараясь забить всё возможное свободное время физическими испытаниями.
А потом произошло ещё кое-что…
Эту юную Жрицу звали Кита. По моему мнению, она мало чем отличалась от остальных, впрочем, была довольно миловидной.
Как-то, во время молитв, я ощутила на себе ее внимательный, горделивый взгляд. Скорее всего, она и не пыталась скрыть своего явного превосходства. Вопрос только – в чем именно?
Ответ я узнала совсем скоро, мне буквально подали его на блюдечке с голубой каемочкой. Аннар начал ухаживать за Китой, видимо познакомившись с ней в том же источнике. Его отчаянные попытки привлечь внимание казались мне откровенно глупыми, а дел было слишком много, чтобы волноваться на их счёт.
Как оказалось – очень зря.
Спустя несколько месяцев…
Всех нас неожиданно сорвали с тренировки, в срочном порядке потребовав явиться в главный зал Храма. Старшие Жрицы стояли посреди гигантского помещения, с суровыми лицами, на которых застыла маска скорби. У их ног находилась заплаканная Кита, которая держалась за вспухшую щеку.
— Ваша очаровательная подруга – беременна. – вот о чем яростно прошипела одна из Старших.
Эти слова – бомба замедленного действия, поразившая разом всех.
Я невольно ахнула. Ките было шестнадцать, через год она достигала местного совершеннолетия… Прекрасный возраст, чтобы отправиться в услужение к правителю. Но она беременна. Это делает ее статус ничтожным, а «товар» - безнадёжно испорченным.
— За её проступок все вы будете отвечать. – жестко провозгласила женщина.
Мы получили по пять ударов розгами. Я до сих пор помню звук тонких прутьев, рассекающих воздух с звонким свистом… И вскрики, полные боли. Некоторые из них принадлежали непосредственно мне.
С тех пор наш режим стал невыносимо суровым, нам максимально урезали возможность выбираться в город, или элементарно общаться с кем-то вне Храма.
Но судьба Киты была более болезненной.
Старшие вызвали бледного Аннара и его отца, торговца рыбой. Прямо спросили, желают ли эти двое выкупить девушку у Храма. Но таких денег даже при желании они бы не набрали.
После этого, бывшую жрицу напоили львиной долей яда, и у нее случился выкидыш. Девушку выдворили вон, едва живую, зная, что она вряд ли когда-нибудь оправится. Они также постановили ей собирать пожертвования для Храма, будучи бродяжкой-побирушкой.
Так до тех пор, пока не отдаст все деньги за свой выкуп.
Одним словом… До конца жизни.
До нас попытались донести все подробности о её судьбе, в назидание. И тогда, впервые за долгое время, я сцепилась с другой жрицей.
— Это все ты виновата!
— В том, что она оказалась глупа и падка на мужчин?
— Ты первой начала это, Цейра! Ты это сделала и Кита решила, что и ей можно… Надеюсь тебе достанется самый жестокий ублюдок из всех. Я поспособствую этому.
Так, бывшая подруга Киты, Эния… Объявила меня своим врагом.
И это, увы, выходило за границы обычной неприязни.
![]()
Глава 4 «Жёлтые глаза»![]()
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я долго думала над тем, как именно мне собираются мстить, поэтому была настороже, подсознательно выискивая подвох.
Глава 4 «Жёлтые глаза»
