В конце ХIХ в. социологическая карта России напоминала пестрое одеяло, скроенное из самых разных, порой неожиданных теоретических направлений. С небольшим отставанием в России воспроизводилось все то, что было к тому времени в европейской социологии: эмпирические открытия, теоретические идеи, идейные увлечения. Активно переводилась учебная литература, научные монографии. Уже в 1904 г. в Москве выходит перевод первой монографии по экономической социологии Г. де Греефа «Социальная экономия», одна из основных идей которой заключалась в том, что хозяйственные явления, изучаемые экономикой, получают надлежащее освещение только от социологии.
В начале XX века уже в учебных материалах встречается упоминание об экономической социологии, в учебнике социологии 1917 г. московского профессора В.М. Хвостова выделяется специальный раздел «Экономическая социология», куда он относит школу Маркса и Ле Пле. Питерский историк социологии Ю.В. Веселов обнаруживает известные параллели в развитии экономической социологии в России и за рубежом. Впрочем, все идеи, попадавшие в Россию с Запада, тем или иным образом переиначивались, получали оригинальную форму, а иногда меняли и свое содержание.
Особое направление представляли те социологи, которые, как тогда считалось, занимались серьезным делом. В качестве университетских профессоров, врачей, инспекторов и государственных чиновников они имели дело с промышленностью и сельским хозяйством, где проводили санитарные осмотры, статистические обследования и переписи, анкетирование рабочих и крестьян, купцов и промышленников, занимались составлением научных и министерских отчетов. Они-то в основном и составили ядро того научного направления, которое сегодня мы именуем экономической социологией, а тогда называли «социальной экономией». Всех их можно разделить на три крупных направления: земских статистиков, исследователей аграрного сектора, исследователей промышленности.
Земская статистика, возникшая в начале 1870-х гг., прославилась крупномасштабными исследованиями вначале крестьянского и помещичьего хозяйства, а в более позднее время – промышленных заведений и городской недвижимости. Она возникла в связи с острой потребностью русского правительства провести хозяйственную инвентаризацию аграрного сектора, собрать исчерпывающие материалы об объектах земского обложения с тем, чтобы потом усовершенствовать систему налогообложения населения. В 1890-х годах земская статистика получила широкое распространение по всей стране. Основная задача земской статистики заключалась в организации статистического изучения экономики частновладельческого, крестьянского и городского хозяйства, их доходности, тщательного учета земли как объекта обложения и в получении других данных об экономическом положении населения.
В 1873 году на уральских заводах началось изучение быта рабочих. В соответствии с программой исследования изучались не только хозяйственные, но и социальные аспекты жизни трудящихся края. Собранные путем индивидуального опроса данные позволили получить достаточно полное представление об условиях труда и быта рабочих.
Исследования, проводимые земскими органами, не ограничивались горнозаводской промышленностью. Уже в 1869 году в Херсонском и Подольском земствах, а в 1870 г. – в Рязанском и Вятском, в 1871 г. – в Тверском уездах были произведены подворные регистрации крестьянских хозяйств. Начиная с 1871 г. в земствах возникают специальные статистические организации (учреждения) в виде «столов» и отделений, а затем и статистические бюро. К началу 90-х гг. специальные статистические организации были созданы при всех губернских земствах, усилия которых были направлены на выяснение социального и экономического быта крестьян. Полевым документом служила подворная карточка, основным типом наблюдения – подворная перепись. Программы подворных переписей включали вопросы о размере хозяйственных построек, составе семьи с выделением числа работающих и неработающих ее членов мужского и женского пола, об аренде земли и сумме арендной платы, числе наемных рабочих, числе грамотных и учащихся по полу, о внеземледельческих промыслах, о формах владения и пользования землей, об общем хозяйственном положении двора и о причинах его упадка, о ценах на землю, о скотоводстве, лесоводстве, о промыслах, о торговых заведениях, о кредите, об общих или мирских расходах.
В земской статистике применялись два основных способа исследования крестьянских хозяйств: пообщинный (поселенный) и подворный. Общеэкономические исследования в начальный период носили описательный характер. Позже сбор и разработка материалов приняли характер специальных исследований. Земства перешли к получению сведений непосредственно от респондентов. Крестьян опрашивали о размерах земельных участков, количестве рабочего скота, посевах, урожае, нанимаемых работниках, числе отходников и т. п., а данные заносили в пообщинный список. В 80-х годах от пообщинных перешли к подворным переписям. Все статистические работы земств подразделялись на два типа: основные и текущие. К основным относились крупные обследования, проводимые единовременно; к текущим – работы, организованные в порядке повседневного текущего наблюдения.
Широкое распространение в земствах получили выборочные бюджетные обследования крестьянских хозяйств. Всего в России было собрано свыше 11,5 тыс. бюджетов в 30 губерниях. Особая заслуга в развитии бюджетной статистики принадлежит Воронежскому земству, которое с 1884 г. начало планомерное и массовое изучение крестьянских бюджетов. Этому же земству принадлежит заслуга и в организации повторного изучения бюджетов, что позволило изучить динамику и структуру доходов и расходов крестьянских хозяйств с 1885 по 1900 г. Земская статистика оказала исключительное влияние на развитие русской экономической науки. За время существования земской статистики вышло в свет свыше 15 тыс. статистических изданий, из них 3425 томов относятся к фундаментальным работам. По единодушному мнению историков, русская земская статистика явилась уникальным институтом, какого не знала ни одна страна мира.
Исторически исходной точкой возникновения промышленной социологии служит так называемый рабочий вопрос. Его смысл заключается в том, что бурное развитие индустрии вызвало в России ряд негативных явлений (рост городской преступности, обострение жилищного вопроса, усиление эксплуатации труда и обнищание населения), которые обратили на себя внимание широкой общественности. Произошло это в 90-х гг. XIX в.
Серьезное изучение «рабочего вопроса» в дореволюционной социологии проводилось неправительственными организациями: профсоюзами, ассоциациями промышленников, редакциями журналов, научными обществами, всероссийскими съездами по техническому образованию и фабричной медицине. Многие исследования отличались солидной методической подготовкой, стремлением четко сформулировать гипотезы, получить точные данные.
Можно выделить несколько тематических направлений в рамках эмпирического изучения рабочего класса. Чаще всего исследовались рабочие вне производства: демографический состав, численность, структура семьи, жилищные условия, образование, участие в просветительских союзах, товариществах, духовные запросы рабочих и членов их семей. Со временем широко стало исследоваться положение рабочего на производстве: содержание и условия труда, профессиональная и внутриклассовая дифференциация, профессиональные заболевания, гигиена, а также организация труда. Последняя тема широко обсуждалась на заседаниях научных обществ и в печати. Предпринимались попытки ввести систему Тейлора на ряде отечественных заводов, мастерских и транспорте. Важное место в дореволюционной социологии труда занимает теория классов.
Значительный вклад в становление отечественной социологии труда и экономической социологии внес В.В. Берви-Флеровский (1829– 1918) – видный общественный деятель, близкий по своим взглядам к революционным народникам, написавший более 50 работ, самыми знаменитыми из которых считаются «Положение рабочего класса в России» и «Азбука социальных наук».
