Читаем без скачивания Тишина - Радий Погодин

Кирилл и Анатолий бежали к своей хижине. В этот день приятели легли спать, даже не попив чаю.

Они ворочались на сенниках. Ломило кости, мускулы ныли и вздрагивали, словно через них пропустили электрический ток.

Они слушали, как гудят сосны, потерявшие под старость сон, как лопочет задремавший подлесок. В висках толкалась уставшая кровь. Кириллу мерещились громадные кирпичные горы, каждая величиной с Казбек, трубы всех размеров, водонапорные башни, телеграфные столбы, печи простые и доменные, города, небоскрёбы! И над всем этим возвышался мальчишка. Он шевелил губами и норовил обмерить весь белый свет своей верёвочкой.

Утро стекало с подоконника солнечными струями. Тёплый сквозняк шевелил волосы. На подоконнике сидел воробей. Он клюнул доску раз, клюнул два, сыто чирикнул и уставился булавочными глазами на спящих людей.

Кирилл пошевелился, открыл глаза и тотчас закрыл их. На табуретке посередине комнаты сидел мальчишка и перелистывал книгу.

- Здравствуйте, - сказал мальчишка.

Анатолий тоже открыл глаза.

- Уже, - сказал Анатолий.

Мальчишка ткнул пальцем в страницу.

- Ценные книги. И сколько в земле всякого жилья позасыпано. Я вот смотрю, как только человек образовался, - сразу строить начал. - Мальчишка окинул глазом кирпич, наваленный у порога, крыши, видневшиеся за полем.

- Видать, строительная профессия самая что ни на есть древняя. Впереди всех началась. Портные там, сапожники - это уже потом... Даже хлеб сеять после начали.

- Да, - промычал Анатолий, - ты прав, пожалуй. - Он впервые посмотрел на мальчишку с интересом, потом встал, кряхтя и охая.

- У вас тоже язва? - спросил мальчишка и торопливо добавил: Наденьте очки, не то опять споткнётесь.

На полу лежала рама, сколоченная из досок.

- А это ты зачем приволок? - проворчал Кирилл. - Может, дополнительно к печке курятник хочешь соорудить?

- Для удобства размеров, - пояснил мальчишка. - Я её сегодня утром сколотил. Попросил у Матвей Степаныча досок. Он бригадир плотницкий.

Кирилл закутался в простыню.

- Ты с ним правление колхоза ставил. Я знаю...

- Шутите. - Мальчишка положил книгу, встал с табуретки. - Правление у нас каменное, сами видели. Мы ему на скотном дворе помогали. Там все ребята работали. Сейчас-то все наши в поле. Косят.

- А ты что же?

- Я по причине ноги. Ходить долго не могу.

Кирилл ещё плотнее запахнул простыню. Утро его почему-то не радовало. Он морщился, вытягивал шею, дёргал подбородком.

- Где ж ты ногу сломал? При самолётной катастрофе, конечно?

Анатолий глянул на Кирилла насмешливо.

- Шутите, - сказал мальчишка. - Мы в футбол играли - я на стекло напоролся. - Он прошёл в угол, развернул газетный свёрток, вытащил инструменты и гвозди.

- Чего вчера от бабки Татьяны убежали? Я вам костыли хотел дать...

- Костыли бы сейчас не помешали, - покряхтел Кирилл, поднимаясь с матраца.

- Ты как, нам позавтракать дашь или сразу за водой бежать, за кирпичом, может? - спросил Анатолий.

- Позавтракайте, - разрешил мальчишка, установил раму по меловым отметкам, прибил её к полу железными костылями. - Натощак работать трудно. Вон я вам кринку молока принёс.

Анатолий взял холодную кринку, взболтнул её и приложился к горлышку. Припадая на обе ноги, подошёл Кирилл.

- Дай мне.

- Чайку попьёшь. У тебя язва... - Анатолий отстранил Кирилла, повернулся к мальчишке: - Эй, варяг, поёшь с нами.

- Я ещё сытый. Я утром блины ел со сметаной. - Мальчишка вбил последний костыль. - Когда у вас печка будет, вы тоже блинами завтракать сможете.

- Блинами завтракать, - пробрюзжал Кирилл. - Дай молочка...

Анатолий передал ему кринку.

- Ладно. Говорить правильно он ещё выучится. Командуй, мастер, что делать?

- А много делать, - впервые улыбнулся мальчишка. - Кирпич носить, раствор месить. Работы хватит.

Кирилл допил молоко, поставил кринку в угол и схватился за поясницу.

- Ой! - сказал он. - Лучше бы всухомятку.

Работали в одних трусах. Кирилл и Анатолий носили воду, замешивали раствор. Когда печка с плитой поднялась мальчишке до пояса, он отложил мастерок и задумался, потом лёг на пол, достал из-за пазухи обломок карандаша, клочок мятой бумаги и принялся чертить.

Кирилл и Анатолий примостились на полу рядом с ним. Мальчишка чертил карандашом на бумаге, скрёб карандашом по своей голове, вздыхал и опять чертил. Он спросил вдруг:

- Вы много зарабатываете?

Кирилл и Анатолий переглянулись. Кирилл пошлёпал пальцем по оттопыренной губе. Анатолий загасил папиросу, сунув её в раствор.

- Бывают люди, много зарабатывают, а такие экономные. Ну, жадные, что ли, - сказал мальчишка.

- Вот почему ты перестал печку класть!

- Н-да... Вот, оказывается, что ты за личность... Не беспокойся, мы тебе заплатим как следует.

Мальчишка опустил голову, перевязал верёвочку на калоше.

- Я не к тому, - пробормотал он. - Мне деньги не надо. Я за интерес работаю. - Он пододвинулся к заказчикам. - Если вы много зарабатываете, почему бы вам не устроить электрическую печку? И грязи меньше, и за дровами ходить не нужно.

Мальчишка встал, подошёл к печке.

- Спираль нужно и регулятор. Правда, она току много употребляет. Мы такую с Сергеем-монтёром в инкубаторе делали. Но если вы хорошо зарабатываете...

- Ты это брось. Ты делай, что начал! - оборвал его Анатолий.

- А я что? Я делаю... Я только про интерес говорю. Деньги мне ваши не надо. - Он помигал белыми ресницами и пошёл к двери.

- Ты куда?! - крикнул Кирилл.

Мальчишка не ответил. Двери плотно закрылись за ним. Тишина.

На печке стояло ведро; оно протекало немного. Капли падали на пол "кап, кап, кап...".

Анатолий поднялся, подцепил раствор из ведра, шлёпнул его на угол плиты и уложил кирпичину.

- Зря мальчишку обидели, - сказал он. - Зачем ты на него накричал?

- Это ты на него накричал, - огрызнулся Кирилл. - Ты на него второй день кричишь. Не разбираешься в людях.

- Ты разбираешься. - Анатолий положил ещё одну кирпичину. - Давай догоним его. Объясним: мол, вышло недоразумение.

Они выскочили из домика. Кирилл крикнул:

- Эй!.. Эй!..

Никого вокруг.

- Эй, ты!.. - снова закричал Кирилл. - Слушай, а как его зовут?

- Варяг, - смущённо сказал Анатолий.

Конечно, отыскать такого заметного мальчишку в деревне - дело простое. Спросил, и каждый ответит.

У скотного двора приятели встретили доярок в белых халатах.

- Простите, - сказал Анатолий. - Вы не скажете, где тут мальчишка живёт?

- Какой? - спросила красивая девушка с ямочками на щеках.

- Такой...

- Майка выцветшая, трусы обвислые, - пришёл на подмогу приятелю Кирилл. - Нос вроде фиги... Голова не стриженная давно.

Девушка засмеялась.

- У нас все такие. Их сейчас стричь некогда. Мы их по весне вместе с овцами стрижём.

Засмеялись и другие доярки.

- А девчат вы не ищете? - Подталкивая друг друга, они протиснулись в дверь.

- У него на одной ноге калоша, верёвочкой привязанная! - крикнул Кирилл.

Девчата за дверью захохотали ещё громче.

Кирилл и Анатолий упрямо шагали по улицам. Улиц в деревне немного. Одна, другая - и всё тут.

- Культурные городские люди, - ворчал Анатолий. - Даже имени не спросили. Позор!

Возле правления колхоза стоял трактор. Мотор работал на малых оборотах, пофыркивал и иногда встряхивал машину. К трактору была прицеплена самосвальная телега с громадным возом сена. Коза, встав на задние ноги, теребила сено. А возле крыльца стояли тракторист и девушка-счетовод.

Увидев тракториста, Кирилл и Анатолий воспряли духом.

- Этот мальчишка... Где он живёт? - спросил Анатолий. - Тот, помните?

- Помню, - пробурчал парень свирепо. - Эта чума вон в том доме обитает. Его Гришкой зовут...

- Спасибо, - сказал Кирилл.

Они с Анатолием пошли было, но парень окликнул их:

- Постойте. Его сейчас дома нет. Он у бабки Татьяны.

Дом бабки Татьяны оказался тем самым, где Кирилл и Анатолий просили молока. На стук им никто не ответил. Они вошли в просторные чистые сени, остановились на пороге комнаты.

В комнате чисто. Пол устлан стираными дорожками. На стене два плаката по животноводству, старая икона и портрет Ворошилова в военной форме. Скатерть на столе откинута. На газете наполовину разобранная швейная машинка старинного образца.

- Гришка! - позвал Анатолий тихо.

Молчание. Только край занавески шуршит по обоям.

- Гришка! - позвал Кирилл.

Опять тишина.

За их спинами открылась дверь. Вошла бабка Татьяна.

- А-а-а, - сказала она. - Здравствуйте... За огурчиками зашли?

- Нет, огурчики потом. Мы Гришку ищем.

- Гришку? Чего же его искать? Вон он, машинку налаживает. - Бабка подошла к дверям, глянула в комнату. - Только что был... Меня вот за маслом послал к Никите Зотову, к шофёру. Говорит, принеси солидол. Без него не получится... - Бабка поставила баночку с маслом возле машинки, посмотрела туда, сюда. - Вы проходите, садитесь... Я вас молочком топлёным угощу.