— Потому что ты, безответственный мальчишка, не слушаешь, что тебе говорят старшие. Тебе ясно сказали: сиди дома и не высовывайся. Мало тебе того, что случилось с твоим отцом?
Вик хмурится и уже не скрывает своей злости:
— Я что, маленький ребенок? Думаешь, за себя постоять не смогу? Не нужна мне ваша опека! Я ЧТО ХОЧУ, ТО И ДЕЛАЮ!
— Да хоть на секунду представь, что будет, если с тобой что-нибудь случится! Это же всё, конец!
Я схожу с ума. Мне мерещится, что в переулке стоит взбешенный Вик и на него кричит облезлая собака. Вызывайте психушку. А, может, мне это просто снится? Как же я раньше не догадалась! Вот ущипну себя и пойму, что это сон. Я со всей силы ущипнула себя и еле удержалась от вскрика. Это не сон. Значит, глюки. Да это какой-то розыгрыш! Как это я раньше не догадалась? Наверняка тут где-то, а, может, даже в этих самых облезлых кустах, стоит какая-нибудь тётенька и озвучивает собаку, а за забором скрытая камера. Верно! Вот только есть одно «но». Судя по всему, они понятия не имеют, что я их слышу, значит, спектакль рассчитан не на меня. Или это вообще не спектакль. Значит, все же у меня поехала крыша. Больше никогда не буду читать фэнтези. Дочиталась!
Тут для полноты картины у меня прямо над головой раздалось громкое: «Карр!». А потом еще одно. И ещё. Это услышала не я одна. Вик и собачка разом замолкли и уставились на меня. Точнее, на мой ларек. Я тоже на себя посмотрела: ничего примечательного. А потом оглянулась. В начале переулка стояли две черные тени. Хотя, может, и не тени, но в такой темени ясно только то, что они черные. Я вжалась в угол. Собака с Виком попятились назад. Переглянулись. Собачка завопила:
— Уходим! Быстро!
— Не успеем! Их много… — Вик явно испугался.
Не понимаю, чему пугаться. Конечно, тени страшные, но их не много. Я оглянулась ещё раз и остолбенела: там стояло теней шесть, и к ним присоединялись другие. Точнее, подлетали. На моих глазах вороны превращались в этих существ. Мне стало страшно. Пока я их считала и собиралась грохнуться в обморок, тени времени зря не теряли. Они быстро приближались со всех сторон к Вику и собаке. Точнее, никакой собаки там уже не было. За спинами «теней» я мало что видела, но заметила, как контуры собачки стали размываться, увеличиваться в размерах, и вот уже на месте животного стоит молодая девушка. А потом я перестала видеть и её. Новые тени больше не пребывали, но их всё равно было довольно много. Я видела перед собой только огромную шевелящуюся темную массу. Кое-где мелькало что-то светленькое. Наверное, серая куртка Вика. На меня накатывала паника. Хотелось что-то сделать, чем-то помочь, но я не могла сдвинуться с места. Вначале я подумала, что это от страха, но я не могла испугаться до такой степени, чтобы даже пальцем на ноге невозможно было пошевелить. Почему-то вспомнилось парализующее заклятье из моей любимой книги. Мимо переулка проходили люди, но не обращали на происходящее ни малейшего внимания. Мне было очень страшно за себя, за Вика и за эту девушку, но они каким-то чудом держались. Скорее всего, они дрались, так как я видела светлое мельтешение в разных концах переулка. Пару раз я замечала вспышки света, потом меня резкой волной воздуха окончательно вдавило в угол, но я чувствовала, что уже могу двигать пальцами ног. Видимо, тени не ожидали такого сопротивления, поэтому на несколько секунд сгрудились в одну кучу и стали шептаться, оставив на противников всего несколько сородичей. Этого времени хватило Вику и девушке, чтобы раскидать этих нескольких в стороны и…
Это невероятно. Вик, в прямом смысле слова, вместе со своей напарницей превратились в каких-то птиц и улетели. Нереально. Тени заметили их отсутствие и тоже превратились в птиц, но только в ворон. И полетели в сторону Вика. Или уже не Вика.
Не знаю, как я оттуда ушла. Еле передвигая ватные ноги, я вышла из своего укрытия и поковыляла домой. Сказать, что я была в шоке — не сказать ничего. Смутно помню, как добралась до остановки и поймала маршрутку. Поздние прохожие подозрительно косились на меня и старались не приближаться ближе, чем на метр.
Наверное, у меня был просто невменяемый вид. Я пребывала в таком ступоре, что осознавать что-то стала только под дверью собственной квартиры, когда обнаружила, что открывать мне её никто не собирается. До меня дошло, что дома никого нет и нужно достать ключи из сумки.
Слава богу, мама меня не видит.
Я не могла думать. Увиденное настолько не вписывалось в мои представления о мире, что я просто тупо смотрела на чашку кофе перед собой. Когда я успела его навести? Я не стала ничего убирать со стола, а просто пошла в свою комнату, на полном автомате легла на кровать и завернулась в плед. Долго тупо пялилась в потолок, но выключить свет не решилась.
Я стала бояться темноты.
Уже засыпая, я словно заново увидела момент перед превращением Вика. Как в замедленной съёмке он превращался в черный вихрь и уменьшался в размерах. И могу на сто процентов поклясться, что ясно видела, как у него во рту что-то блеснуло.
Клыки.
* * *
Поспать мне не дали.
Я долго ворочалась в кровати и пыталась понять, что же меня разбудило, но так и не додумалась. Уснуть у меня тоже не получалось. Что-то было не так. Наверное, мне приснился плохой сон. Я судорожно стала вспоминать, какой ужастик приснился на этот раз. В памяти медленно всплыл образ Вика, тёмный переулок, грязная собака и какие-то тени. Да-а, приснится же такое. Мне не раз снились фантастические сны, особенно после того, как я до часу ночи читаю какую-нибудь книгу, но сейчас, хоть убей, не могла вспомнить, что же я читала на этот раз.
Мне стало страшно.
Я вообще не могла вспомнить вчерашний вечер.
Дожилась. Временная амнезия. Интересно, обо что же я головой так треснулась?
В прихожей явственно слышались какие-то голоса. Так вот что меня разбудило! Точно — это был звонок! Кого же принесло в такую рань? Я попыталась нащупать мобильник на прикроватной тумбочке, но безрезультатно. Его там не было. Значит, сколько времени — неизвестно. Уверена, еще нет семи. Но уснуть нет никаких шансов, так как голоса не умолкали. Наконец, в комнату вошла сонная мама и сказала, что ко мне пришли подружки. Какие подружки в такую рань? Мама пошла их развлекать, пока я буду одеваться. Я быстренько натянула халат и заплетающимся шагом поплелась на кухню.
И застыла в дверях.
Мда-а, интересные у меня подружки. И, главное, моего возраста.
За столом сидели и пили чай двое: немолодой мужчина лет тридцати пяти-сорока, одетый в строгий тёмно-серый костюм, и симпатичная девушка на вид двадцати лет, показавшаяся мне смутно знакомой. Едва я вошла, они сразу же пристально на меня посмотрели. Мужчина спросил:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
