и не думал идти на попятную. Стоял и смотрел на меня как ни в чём не бывало. В принципе я его прекрасно понимал, у него приказ и деваться ему, правда, некуда. Если я ещё постараюсь сдержаться и не прикончить его, то отец совершенно точно не будет стесняться… Это не в его правилах. Просто отсоединит голову от туловища, и дело с концом. Именно поэтому император и послал его выполнять свою грязную работу. Знал, что я не такой, как он.
— У нас с отцом была договорённость, которая устраивала обоих! Я откровенно не понимаю, почему и зачем всё необходимо менять, тем более сейчас, буквально за год, до того как я закончу учёбу! — я вновь попытался нормально поговорить, но советник только скривился, словно лимон съел.
— Ваше Высочество, я ничего не знаю о ваших договорённостях, у меня приказ, что я должен немедленно доставить вас во дворец и никакие возражения не принимаются!
Я ругнулся, так грязно и витиевато, как умеют только те, кто когда-либо работал на кухне, и с удовольствием отметил, как советник пошёл пятнами. Интересно если его сейчас кондрашка хватит и я его где-нибудь тихо прикопаю, можно ли будет сделать вид, что этот типчик так до меня не и добрался или этот вариант всё же не прокатит?
Уж не знаю, что такое отразилось на моём лице, вот только противный старикашка качнулся в сторону от меня подальше. Может он менталист?
Хотя отец не стал бы так тратиться для того, чтобы притащить своего непутёвого младшего сына в столицу, слишком велика честь.
Договорившись с советником о немедленном отправлении, я тут же поспешил в свою комнату, для того чтобы прихватить с собой парочку семейных амулетов, которые, разумеется, были скрыты от любопытных глаз целой серией заклинаний, и это при условии того, что они лежали в сейфе. И нет, я не был параноиком, просто прекрасно знал силу артефактов и неуёмное любопытство местных жителей, которые вечно были готовы засунуть свой нос туда куда надо, а ещё чаще туда куда не нужно!
Как я намучился в первый год своего обучения словами не описать. Первокурсники не живут одни, их селят обычно по двое или трое в одну комнату в зависимости от того, у какого количества получается поступить. В течение года обычно отсеивается ещё как минимум половина, большинство просто не выдерживает нагрузок и работы по десять двенадцать часов в день шесть дней в неделю и к началу второго курса, почти у каждого, оказывалась в полном распоряжении своя комната. Заслуженная награда для тех, кто смог пережить этот первый год.
Скажу так, даже мне прошедшему подготовку в офицерской академии приходилось несладко, что уж творилось с остальными, у которых не было за плечами каждодневных многолетних тренировок и говорить не стоит.
Я надеялся, что амулеты помогут мне как можно быстрее вернуться, их мощи вкупе с моей силой вполне должно хватить для того, чтобы найти обратную дорогу порталами.
Наконец, покидав в небольшую сумку вещи, я вышел из комнаты. Как раз вовремя, для того чтобы столкнуться нос к носу со своим закадычным соперником.
— Эй, Карреттони! Ты это куда собрался? Решил отдать мне право выбрать себе комми первым и наконец, показать тебе северному выскочке твоё настоящее место? — голос Лучьянно, как всегда сочился ядом и сарказмом, а советник, который ожидал меня в коридоре, взирал на всё это в полнейшем шоке. Оно и понятно, разве можно так разговаривать с сыном императора?
Вот только тут я совсем не сын императора, а просто Томми Карреттони сын северного башмачника. На секунду я даже представил себе, чтобы случилось с моим отцом, если бы он узнал о том, какое имя я себе взял и что его считают башмачником. Лёгкая усмешка коснулась моих губ, и сразу же погасла. Всё потому, что советник уже открыл рот для того, чтобы отчитать Лучьянно. Этому просто нельзя было позволить случиться, ведь в этом случае мне бы пришлось забыть про возвращение в академию. Я быстрым и отточенным движением сложил руки и советника настигло заклинание молчания.
Интересно, если я его сниму только в столице, советник нажалуется отцу или всё же не посмеет?
— Лучьянно, я достаточно талантлив для того, чтобы взять самого неумелого рукожопа и сделать из него настоящего короля кухни, а сейчас мне пора, меня ждёт отец! — сказал я и проследовал мимо, в то время как советник явно сердито и обиженно зыркая по сторонам последовал моему примеру.
— Какой ты, оказывается, талантливый! Что теперь твой папочка не может даже без тебя подошву к башмакам прибить? — язвительно поинтересовался этот идиот, а я растерянно взглянул на советника, боясь его реакции. Судя, по цвету лица старика, Лучьянно больше нежилец, потому что отец узнает во всех подробностях об этих оскорблениях.
Может мне ему ещё по дороге память немного почистить? Хотя было бы откровенной дуростью тратить магию на такое. Не стоит этот дурень моей заботы. Не стоит.
— Лучьянно, ты бы вместо того, чтобы выпендриваться без повода, лучше бы пошёл и повторил технику приготовления суфле, а то на следующей неделе оно снова будет полностью отражать тебя. Быстрый взлёт и неуклюжее падение! — заметил я многозначительно подвигав бровями и под несдерживаемый гогот его же собственных дружков отправился на выход.
Мне не нравилось всё происходящее, но я был готов бороться за то, что было для меня важным.
Глава 2. Устраивайся поудобнее
Мими Вигано
Очередь тянулась и тянулась, а я уже начала чуть ли не на одной ноге подпрыгивать от нетерпения. Ну сколько можно? Они там что мемуары пишут или свою родовую историю за последние три столетия наизусть рассказывают?
Ситуацию усложняло наличие какой-то кучки молодчиков, обступивших со всех сторон поступающих. Если бы на них не было формы академии, то можно было бы подумать, что они лезут без очереди, а так…Оставались только догадки, одна интереснее другой.
— Слушай, а что это ученики вокруг поступающих толкутся? — поинтересовалась я почти шёпотом у своего прадеда. Чем чёрт не шутит, может, он знает? Знает и молчит.
— Так это выпускники себе комми высматривают, обычное дело, хотя обычно, окончательное решение принимается во время экзамена, — самодовольно заметила шляпа, а чуть было не ругнулась вслух.
— Кто такие комми? И почему ты меня не предупредил о подобном? — прошипела я, совершенно не скрывая злости и раздражения. Интуиция подсказывала мне, что это не единственное о чём умолчал мой безголовый предок и в будущем меня
