Кейд удивленно поднял брови. По его лицу было заметно, что сказанное ею для него большая новость. Неужели он так хорошо притворяется?
— Мистер Чалмерс, я хотела наладить с вами контакт. Вы ведь прекрасно знаете, что у меня есть и адрес, и номер вашего телефона.
Коллин заметила, что лицо Кейда Чалмерса снова стало холодным. Его суровый вид заставил ее сердце застучать быстрее, она почувствовала, как ладони снова стали мокрыми от волнения. И все-таки Коллин нашла в себе смелость добавить:
— Я не могу поверить, что вы можете так… притворяться.
Не в силах больше выносить его взгляд, она посмотрела в сторону, чувствуя, что щеки пылают от волнения. Неужели этот мужчина может обманывать? Как же он вообще к ней относится? Да он просто не уважает ее, если не хочет говорить правду! Каким же он будет опекуном для детей ее погибшей сестры, если так нечестен?
Судя по всему, Кейд Чалмерс никогда не даст ей возможность принимать какое-то участие в воспитании племянников. Но, надо надеяться, юрист, к которому она обратится по этому вопросу, подскажет, как ей быть. Посмотрим, что суд сможет ей гарантировать!
Мысли Коллин были нарушены появлением Эсмеральды. Она внесла в гостиную поднос. Поставив его на кофейный столик, Эсмеральда взяла с него стакан воды со льдом и подала гостье. Девушка благодарно улыбнулась.
Коллин чувствовала, что ее руки дрожат от волнения и ей даже тяжело держать стакан с водой. Когда Эсмеральда вышла из гостиной, она сделала несколько глотков, пытаясь успокоиться.
Ей предстоит продолжить разговор с Кейдом, услышать от него хоть какие-то объяснения. Ее очень беспокоила дальнейшая судьба племянников, живущих с этим человеком. Да, именно их жизнь — самое главное теперь для нее.
Внезапно она почувствовала слабость в руках. Стакан с водой выскользнул и упал на пол, разбившись вдребезги.
Коллин стало ужасно стыдно. Нагнувшись, она потянулась за салфеткой, лежавшей на подносе на кофейном столике, но не удержалась и соскользнула на пол. И сразу ощутила острую боль в левом колене.
Кейд вскочил с кресла и помог ей подняться.
— Извините меня, — с пылающими от волнения и стыда щеками произнесла Коллин, усаживаясь на диван.
До этого момента она еще надеялась, что будет иметь возможность принимать участие в воспитании детей своей погибшей сестры и даже получит какие-то права на них, а теперь показала Кейду Чалмерсу свою беспомощность и слабость, упав с дивана. А ведь она так хотела скрыть от него свое болезненное состояние!
Эсмеральда, услышав шум в гостиной, быстрым шагом вошла в комнату.
— О, мне так неловко за то, что я натворила! — с волнением воскликнула Коллин.
Эсмеральда доброжелательно улыбнулась.
— Вода на ковре — это не проблема. — Она взяла поднос и стала собирать с пола осколки.
— Эсмеральда, мы получали какие-либо письма от мисс Джеймс? — обратился к ней Кейд Чалмерс.
Немного подумав, Эсмеральда ответила:
— Да, получали. Я видела имя мисс Джеймс на некоторых письмах, которые я клала на стол в вашем кабинете. А кроме того, были еще и цветы, которые я тоже отнесла в кабинет.
Ответ Эсмеральды обескуражил Кейда, но он постарался взять себя в руки.
— Спасибо, Эсмеральда. Будьте добры, принесите еще напитков.
Женщина вышла из гостиной. В комнате повисла напряженная тишина. Кейд стоял и пристально смотрел на Коллин, которая тоже не могла отвести от него глаз.
Мужчина почувствовал неловкость после того, что узнал от Эсмеральды. Но ведь он даже не видел этих писем и не знал, от кого были присланы цветы. Как же такое могло случиться?
— Мисс Джеймс, я приношу вам свои извинения, — искренно произнес Кейд. — Это просто недоразумение! Вы посылали мне письма, а я даже не видел их.
Коллин верила его словам; она чувствовала, что неловкость, охватившая ее, постепенно исчезает, уступая место спокойствию.
— В посланных вам письмах я интересовалась жизнью своих маленьких племянников — Бью и Эми. Ведь Крейг никогда не отвечал на мои письма и не звонил мне. Он не слишком хорошо относился ко мне, обвиняя в том, что у них с Шерон не ладятся отношения. Мне кажется, что и вы разделяете его точку зрения?
Кейд должен был бы подтвердить, что действительно его брат Крейг обвинял ее во всех смертных грехах. Он старался сейчас выполнить желание своего погибшего брата — остерегаться Коллин и быть с ней осторожней.
Сев в кресло, он сказал, внимательно глядя ей в глаза:
— Крейг говорил, что вы сами не хотите общаться ни с ним, ни с его детьми — вашими племянниками.
Вранье Крейга просто потрясло ее, Коллин почувствовала, что побледнела. Но как она может доказать, что Крейг говорил неправду, ведь его уже нет в живых. В данном случае она просто бессильна.
Снова между ними возникло напряженное молчание. Коллин опустила глаза, чтобы не встречаться взглядом с Кейдом Чалмерсом.
— Я не знаю, куда исчезли ваши письма. Но вы сказали, что интересовались в них жизнью своих племянников, Бью и Эми. Ну так вот. У них все хорошо. Я нанял им няню, и сейчас они поехали на соседнее ранчо посмотреть недавно родившихся щенков. — Кейд постарался разрядить обстановку.
— Я смогу увидеть детей? — с надеждой спросила Коллин.
— Конечно, сможете, — вежливо ответил Кейд.
От его слов Коллин почувствовала облегчение. Дрожащей рукой она смахнула слезы, выступившие на глазах.
— Спасибо, большое спасибо. Я очень благодарна вам, — горячо проговорила она, пытаясь улыбнуться. — Очевидно, вы скоро будете оформлять опеку над моими племянниками, если уже не оформили ее. Мне бы хотелось быть уверенной в том, что вы предоставите и мне возможность принимать участие в их жизни и воспитании.
Она поступает правильно, что говорит ему сейчас об этом, хотя ей и трудно было набраться храбрости, чтобы высказать свои мысли так прямолинейно. Она надеялась, что Кейд Чалмерс пойдет навстречу ее желаниям в отношении племянников. Во всяком случае, первый шаг он уже сделал — сегодня она их увидит.
— Вас волнует, что я буду опекуном ваших племянников? — внезапно спросил ее Кейд немного, как ей показалось, тревожным голосом.
Слегка смутившись от его неожиданного вопроса, Коллин ответила:
— Я очень хочу надеяться на то, что вы не вычеркнете меня из их жизни, поскольку суд, скорее всего, сочтет невозможным мое опекунство из-за моего физического состояния сейчас, после автокатастрофы. Но я уверена, что смогу окончательно поправиться, только еще не знаю, сколько времени мне на это потребуется. — Она помолчала, а затем продолжила: — Но если детям живется здесь хорошо и счастливо с вами, то я не собираюсь никоим образом разрушать их жизнь. Просто мне бы очень хотелось иметь доступ к ним. Я не советовалась с юристом по этому вопросу, но если вы вдруг решите с помощью закона лишить меня прав в отношении моих племянников, то мне придется подавать в суд ходатайство и о моих правах на детей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
