что под ногами нет опоры. Я падал. Падал в пустоту, а сверху два силуэта смотрели мне вслед.
— Проснись, — тихо сказал Кайзер.
Пробуждение
Я дёрнулся, вскочив на сидении повозки. Горло сжало, дыхание рваное. Несколько секунд я не понимал, где нахожусь — только что я был в аду, а теперь… меня укрывал сверху мягкий плед, уже были видны тяжелые портьеры на окнах. И чувствовался запах воска и старого дерева.
Сердце колотилось так, что казалось, его стук слышен в эссе вокруг. Я провёл рукой по лицу — ладонь была влажной. Пот. Или… что-то ещё?
Слева от меня была фляга с водой. Взял её в руки. Я налил себе воды, сделал несколько глотков. Постепенно в голове все прояснилось.
Сон всё ещё стоял перед глазами, как будто я мог протянуть руку и снова коснуться холодной маски Кайзера или почувствовать запах мокрого металла от топора Ивана. И что бы это ни было… мне казалось, что это не просто сон.
Не заметив для себя, мы добрались до имения и повозка остановилась.
Я переступил порог огромного зала, где под тяжёлым, как сам воздух в этом помещении, сводом висели портреты предков рода алмазовых. Масляные лица мрачно смотрели сверху, будто оценивая каждого, кто осмелился сюда войти. Думаю, если бы они были живы, явно не рады были бы моему присутствию. Но мне это было не интересно, если быть на все сто процентов честным.
Навстречу мне неторопливо двинулся мужчина в строгом камзоле цвета тёмного красного вина. Высокий, худой, с узким лицом и цепким взглядом — управляющий делами рода. Я уже видел его однажды, когда был уезжал в Петербург поступать в Академию Магии и, кажется, он с тех пор не изменился ни на морщину.
— Господин Демид, — поклонился он чуть ниже, чем того требовал этикет, — раз уж все наследники в сборе… мы можем приступить к чтению завещания.
Я кивнул, оглядывая зал и анализируя все что успел увидеть.
Слева, возле широкого окна, на бархатном диване, лениво развалилась моя «сестра» — Лиана. На вид она могла бы сойти за фарфоровую куклу: светлые волосы, безупречная кожа, глаза цвета весеннего льда. Но этот ледяной взгляд скользнул по мне, как по пустому месту, и тут же вернулся к бокалу вина в её руке.
Рядом, в кресле, сидел «брат» — Корнелий. Широкоплечий, с ухоженной бородой и ухмылкой, в которой читалось то ли превосходство, то ли желание вывести меня из себя. Он даже не сделал вида, что рад меня видеть.
Я подошёл ближе, пытаясь сохранить лицо.
— Рад вас видеть, — сказал я, глядя на обоих.
Лиана изогнула бровь, даже не открыв рта. Корнелий лишь откинулся на спинку кресла и хмыкнул.
Тишину нарушил только сухой скрип пера — управляющий делами аккуратно разложил перед собой несколько папок, запечатанных сургучом. Сейчас наконец-то решатся все бюрократические вопросы и можно будет уезжать обратно в Санкт-Петербург решать свои более важные дела. А именно отправится в Министерство внутренних дел.
— Итак, — произнёс он, — мы здесь, чтобы огласить последнюю волб вашего Батюшки, Александра Алмазова.
Мои пальцы сжались в кулак. В воздухе было что-то не то: слишком тихо, слишком пристально за мной наблюдали. Казалось, даже пыльные портреты на стенах ждали, что сейчас он скажет.
Управляющий взял в руки первый конверт, но прежде чем разорвать печать, дверь в зал распахнулась. Сквозняк пробежал по залу, и пламя в камине чуть дрогнуло.
— Постойте, — раздался женский голос.
Все повернулись к двери. Но я так и не успел увидеть, кто вошёл.
На этом моменте тишина стала тяжелее стали.
Это была девушка и в руках у неё тоже был конверт с печать Алмазовых…
Глава 2
— У меня в руках истинное завещание господина Александра Алмазова — сказала девушка только что зашедшая в зал.
— Истинное завещание господина Алмазова старшего? — переспросил с большим удивлением старик управляющий, чуть прищурив свои и без того узкие глаза. Он явно не ожидал такого поворота событий.
— Милая, боюсь, вы тут ошибаетесь. Я держу его в своих собственных надежных руках прямо сейчас прямо сейчас. А вот что у вас за бумажка, большой-большой вопрос.
— Ошибаюсь? — девушка, стоявшая напротив, даже не дрогнула. — Это документ Александра Алмазова. Подлинник. Он вручил мне его незадолго до своей кончины. А вот что у вас в руках, как раз таки и есть самый большой вопрос!
Брат с сестрой, сидевшие по обе стороны стола, тут же вспыхнули.
— Да это чушь! — вскрикнула сестра, резко поставив чашку. — Настоящее завещание у нас, и всё уже решено! Да Демид даже на похоронах отца не был со своей этой академией!
— Верно, — поддержал брат, нахмурившись. — Это какая-то дешёвая подделка, мы всё проверяли. Что за спектакль?
— Проверяли? — я наклонился вперёд, в упор глядя на них. — Ну давайте проверим ещё раз. Прямо сейчас. И не смейте мне возражать!
В воздухе повисла тишина.
— Что вы имеете в виду? — осторожно спросил у меня управляющий.
— Всё просто, — сказал я, уже доставая оба документа. — Сравним печати. У каждого из нас в руках «настоящий» документ, так? Так вот, сейчас мы увидим, кто здесь врет, а кто говорит правду.
Я аккуратно положил оба завещания рядом, под свет настольной лампы. Пальцы скользнули по сургучу. Одно — четкое, плотное, с рельефным гербом, второе… под пальцами ощущалась грубая подделка, печать будто сделана в спешке.
— Интересно… — я усмехнулся. — У Александра Алмазова была привычка — вдавливать печать так, чтобы в центре появлялась едва заметная трещинка. Именно так было на документе с которым он отправил меня в академию. Вот она, — я указал на документ девушки. — А вот тут, — ткнул пальцем в бумагу брата и сестры, — следа нет.
— Это… это не значит… — начал брат, но голос у него предательски дрогнул.
— Значит, — перебил я жёстко. — Значит, что вы оба хотели меня обмануть.
Они переглянулись, лица побледнели.
— Сядьте, — я произнёс тихо, но так, что они моментально подчинились. — Больше никаких игр. С этого момента всё будет так, как я скажу.
В их глазах мелькнул страх. И, наконец, долгожданная тишина воцарилась в зале.
— Управляющий, зачитайте послание отца из документа, который принесла девушка! Как тебе зовут,
