А еще был Кичиро… который был просто Кичиро. Сложно что-то сказать о простом (пусть и бывшем) пиджаке. Разве что лишний раз подметить его извращенные наклонности, за которыми и стоило следить Кайто, а не за ее кровью под носом.
По интеркому донеслось полное энтузиазма:
— Сап, киллер. Ну что как, работа есть?
Нанимательница обращалась к Исао, поднявшему трубку, и тот, обведя присутствующих мрачным взглядом из-под стекол очков, заметил:
— Работы нет. Есть что предложить?
— Выведи меня на проектор.
«Кран» наверху дернулся, когда по нему пошел сигнал, и тут же рядом с ними в комнате появилась их нанимательница. Тяжелые очки виртуальной реальности, прозрачный халат, синеватый общий оттенок из-за света проектора — конечно же это была Такаяма Сэцу. Детектив СОЦБ, сбрасывавшая им грязную работенку, которую ей срочно требовалось выполнить, но о которой никто не должен был знать.
Типичные отношения для шиноби и нанимателя.
Сидя на своем излюбленном офисном стуле, словно злодей фильмов про шпионов — ей богу, не хватало только роботизированной кошки для полного образа (вместо этого в руках был чай) — она жестко улыбалась. Но это была нормальная улыбка для Такаямы. Хэби бы даже сказала, что улыбайся Такаяма иначе — вот тогда и можно было что-то заподозрить.
В поле зрения проектора попадали роботизированные держатели, один с блюдцем, другой — с чайником. Этот чай она пила постоянно, словно он заменял ей топливо. Кошмар какой. Все ведь знали, что лучше кофе ничего нет.
Поставив чашку на блюдце, Такаяма сложила руки у груди
— Только четверо? Как я и рассчитывала, — хмыкнула она. — Соскучились по работке, ребятки?
Хруст костяшек Исао был весьма красноречивым ответом.
— Отлично. Слышали, что происходит в последнее время?
— Как-то не довелось, — зевнул Кайто, за что тут же был награжден тычком пальца.
— Зря, зря! Новости — хлеб шиноби. Я отвечу вам только потому, что я настолько щедрая, — приложив руку к груди, намеренно излишне драматично прощебетала она. — Что бы вы без меня делали. Наверное, бегали бы по помойкам, после чего вас бы кинул какой-нибудь вшивый фиксер, разумеется. Но! Отставим разговорчики. Надеюсь, хотя бы Нишияма или Хэби слышали о том, что происходило в башне «Тэнгоку».
Над ухом у Хэби шумно вздохнули.
— Да, да. Про ту резню.
Кто не слышал? Кто-то вторгся во владения одного из самых опасных контрабандистов и устроил там погром. Но Хэби мало интересовалось подобным, а потому могла лишь неопределенно пожать плечами.
— Не то, чтобы господин Танэгасима скрывал, что в его царстве была бойня, но… — Такаяма с ожесточением постучала пальцем по губе, словно и правда сомневалась, — скажем, резня — не цель моего вопроса. Меня не заботит, что именно там произошло, да и не особенно-то хочется знать. Но у господина Танэгасимы были интересные… контакты, назовем это так.
И следом рядом с ее голограммой появилось окно, на которой была выведена информация о некой девушке. С виду ничего примечательного, подумалось Хэби. Невзрачная персона в цветастой куртке и с кучей значков на ней. Таких на улицах было тысячи, скучная молодежь, не знающая, куда себя деть. Но так было лишь на первый взгляд.
Потому что Хэби знала, кто это. И, судя по потемневшему взгляду, Кайто тоже.
Момидзи, шиноби. Она часто видела информацию о ней на досках — наниматели писали о ней, как о жестком и исполнительном наемнике. Ходило множество легенд о том, как легко она выживала в самых страшных передрягах; даже крушение поезда не смогло ее убить. Но, в конечном итоге, судьба ее настигла. Любому шиноби приходит конец, как бы грустно это не было. Многие сетовали, что она погибла… но некоторые ликовали.
Над ухом у нее снова вздохнули, и Хэби резко скосила взгляд в сторону, на вдруг замершего Кичиро. В глазах у того плясали азартные огоньки. Понятно, рассеянно отметила она. Таким взглядом Кичиро всегда смотрел, когда находил новую цель для преображения.
Извращенец.
— Наемница. Вижу, что вы узнали ее… Не важно, главное — она мертва. Погибла в башне «Тэнгоку».
Голос Такаямы звучал жестко, без лишних эмоций.
Рядом поперхнулся Кайто.
— Что, прости?!
— Умерла, — повторила Такаяма, кивнув. — В той самой резне.
— Очень интересно, — встряла Хэби, обгоняя уже явно озадачившегося целой кучей вопросов Кайто, — но зачем нам эта информация?
— Потому что это прелюдия. Вот, собственно.
Проектор перевел фокус с Такаямы на объект позади нее. Хэби лишь слегка покривилась, когда опознала в рассеченном надвое трупе Момидзи. Хрома в ней было столько, что, продай они его «Одокуро», могли бы обеспечить себя деньгами на ближайшие пару лет небедной жизни уж точно.
Впрочем, это не отменяло вопроса, на кой ляд у Такаямы вообще был ее труп. У нее были странные хобби, но не настолько.
— Не знал, что ее все же можно убить, — ошарашенно признался Кайто, что знатно развеселило Такаяму.
— Если бы я записывала все, что вы не знаете, у меня была бы уже целая библиотека.
— Не знала, что у тебя есть чувство юмора.
Хэби не вздрогнула, когда чуткий взгляд вцепился уже в нее.
Помолчав некоторое время, Такаяма хмыкнула.
— Справедливо. Но вернемся к теме.
Далее Такаяма пояснила им причину вызова, попутно продемонстрировав резервуар — большую стеклянную колбу с половинкой отрезанного мозга. Опустив пару шуток об отсутствии оных у некоторых их знакомых, включавших разочарованные вздохи со стороны Кичиро, нанимательница пояснила, что внутри целиком роботизированного тела Момидзи находился указанный мозг — однако, к ее любопытству, он был выращен с нуля, то есть, по сути, являлся лишь синтетической подделкой, никогда на деле не жившей. В их мире можно было протезировать многое, но не его. Поэтому ни одна корпорация не выращивала мозги для трансплантации — в этом банально не было никакого смысла. Однако, Момидзи, как бы не было это удивительно и очевидно одновременно, была андроидом, а потому данный мозг давал ей некоторые преимущества, включавшие в себя обход сканеров СОЦБ.
Все знали про одичавшие искины. Хэби ничуть не была удивлена.
Такаяме требовалось узнать, кто занимался выращиванием мозгов и их сбытом шиноби, Танэгасиме — кому угодно. Как детектив СОЦБ она не могла этим заняться, данное дело требовало слишком много возни с документами, но шиноби не были жертвами корпоративной этики. Поэтому, их новым заданием и было найти, кто барыжил искусственными мозгами и сбытом их таким, как Момидзи.
— Оплата будет соответствующая риску, — отчеканила Такаяма. — А риск, уточню, будет велик. Есть вероятность, что вы можете пересечься с группировкой, названной «Какурэ Нингэн». Вероятно, сбыт органов связан с ними. Точнее, я в этом уверена, но мне нужны более весомые факты, чем рассуждения. Ваша цель — найти мне цепочку, через которую органы попадают к «Какурэ Нингэн». Кто их производит и сбывает. Плачу пятьсот тысяч авансом.
Цель была довольно проста, откровенно говоря.
Хэби уже прикинула, что будет искать в Сети, но ее несколько настораживало, что цена, озвученная Такаямой, была значительно выше обычной. Дело о легендарной группировке одичавших андроидов было настолько опасным? Любопытно, весьма любопытно…
— Сегодня мы имеем дело с городской легендой, — весело фыркнул Кайто и потянулся, громко хрустя шеей. — Как мило.
— Легенды имеют свойство существовать, — отрезала Такаяма. — Сказки не появляются на пустом месте. Ваша задача: достать мне список организаторов этой поставки с доказательствами. Не более. Вопросы?
В тишине Кичиро робко поднял руку.
— А можно данные Момидзи?
— Зачем?.. Тебе недостаточно информации с досок?
— Это неполноценные данные, — заметил Кичиро, стойко проигнорировав ехидный шепоток Хэби о том, что сведения ему нужны лишь для очередной имитации и последующего надрачивания на образ. — Есть одна идейка. Может пригодиться на задании.
