Читаем без скачивания Старший царь Иоанн Пятый (СИ) - Мархуз

   - Хорошее место для базы, всем местным татям Кирдык Иванович придёт!

   Остальные присутствующие лишь горестно переглянулись. О боярине со столь странным именем, явно татарском, они не слышали. И думать о нём не хотели, как и о татьбе. Своих забот хватало и, в первую очередь, спихнуть замуж перезревающую среднюю внучку, неказистую, но набожную.

   Последним владением было лишь право на землю, которое Алексею Андреевичу дал его тёзка и, временами, друг - Алексей Михайлович Романов, божьей волей. За то что первый, как-то на охоте, прикрыл собой второго. Разрешение на полное и безоговорочное владение ограничивалось пятьюдесятью годами, из которых одиннадцать уже прошли. Сами земли находились в Каменных горах, на востоке, и включали в себя более десятка горушек, с выходом к сибирской тайге. Меж гор протекала река, уходящая куда-то далеко, к самоедам. Зато две горы, которые были разведаны рудознатцами, представляли несусветную ценность: одна была медной, а другая - оловянной. Конечно, оловянная руда была небогатой, но к месту. Для производства бронзы!

   Алексей, не задумываясь, нанял двух мастеров в Туле, добавил три десятка крепостных, дюжину оружных, дал денег и отправил всю гоп-компанию к едреней фене, то есть за несметным богатством. Бизнес накрылся медным тазом через пару лет. Часть народа померла от голода и холода, остальные разбежались неведомо куда. Ведомо, конечно, но поиски вышли бы дороже стоимости крепостных.

   - Ну свезло, так свезло, - радовался неутомимый болезный на голову, - факторию можно организовать и ладью по реке пустить для торговли с самоедами!

   - Ну да, ну да, ещё и завод построй и казне пушки начни поставлять, - подзуживал опытнейший Пётр Семёнович, всё знающий и всё умеющий, только очень уж старый, - Царь-батюшка оценит и шубу со своего плеча подарит.

   - Зачем мне, молодому, шуба, да ещё и с чужого плеча? Я уж лучше дублёнку закажу, да попижоню в ней.

   В принципе, князь видел, что мелкий Вяземский не сопротивляется дурацкому наследству и на радостях пообещал, что выделит две дюжины оружных холопов, коли Мишка совсем из Москвы уедет. Дворовой челяди также две дюжины было обещано, а княжич получил право уже сейчас выбирать себе людишек.

   - Дьяк, ты прямо сейчас запиши княжье обещание, чтобы не позабылось ненароком.

   По оружию, доспехам и другим всячинам договорились, что Михайла составит список, и они с князем пойдут выбирать необходимое из запасников. На этом прения закончились и договаривающиеся стороны разбрелись по своим делам.

   Кузьма обрадовался, увидев княжича невредимым и с довольной улыбающейся физиомордией.

   - Ты похож на кота, который сметаной обьелся...

   - Хуже, дядько, хуже. Я ещё и остатки сметаны разлил - той, которая в меня не поместилась.

   Стрелец-отставник сначала опешил, а потом сообразил, что при шкодном Мишкином характере нормальным является ещё и насвинячить. Хотя, выкрутасы отрока, уже не озадачивали так сильно, как вначале. Сразу вспомнился один из первых наказов пару месяцев назад. Тогда княжич сказал ему:

   - Передай всем, чтобы не бздели и тогда всё будет хорошо!

   Кузьма сразу попросил разьяснить непонятное слово и получил короткое разьяснение, которое и довёл до всех челядинов юнца:

   - Княжич наказал с сего дня газы не пускать.

   Народ заволновался, ибо такое вопреки натуре человеческой и хотел узнать, как же тогда быть. Никому не хотелось на конюшню за непослушание, но сдерживаться всё время тоже не получится. "Правая рука" внёс разьяснение (на своё усмотрение):

   - Газы пускайте только по делу и только в нужниках, а не где попало!

   Через три недели до Михайлы дошла сия трактовка и он, похохатывая, обьяснил своему помощнику, что имел в виду совсем другое - просто "не бояться". Мол, бродяжий жаргон такой, не всегда понятный.

   - Но раз уж исполняют, давай добавим ещё два наказа. Сморкаться и плеваться только в отведённых местах!

   Смех смехом, но личная челядь княжича приняла наказ к сведению и исполнению и с тех пор, Мишкины дворовые, стали самыми культурными составляющими не только Москвы, но и всего человечества. Правда, они об этом не знали. Само по себе удобно, когда подчинённые тупо исполняют приказы, без дебатов о правах человека на естественность и природность. Двадцать первый век, в этом отношении, много потерял, а именно - исполнительность без споров.

   Оба-двое отправились к своим пенатам, чтобы обсудить договоренности и обдумать, кого следует добрать в оружные и дворовые. Часть огромной усадьбы Вяземских, на отшибе, была выделена под нужды нелюбимого внука. В его распоряжении находился терем-теремок в двух уровнях, складские и подсобные строения, конюшня и прочие обьекты хозяйствования. Княжеские крепостные сюда не забредали, особенно после того, как Мишка избил своим "боевым посохом" холопа Митяя, раскатившего губу на Глашку. Опытные воины, наблюдавшие за поединком в одни ворота, только дивились "бродяжному бою палкой". Быстро, больно, эффективно!

   Конечно, самих пенатов к обсуждению не пригласили, обошлись лишь дополнительной обдумывательной силой в лице ключника Лариона и вездесущей Лукерьи. Лекарке было поручено выяснить всё, что нужно будет по бабским делам на новом месте жития, Лариону следовало создать список вещей и инструментов для хозяйствования и обьём продуктовых запасов на первые месяцы. Сами же, два вождя революции, приступили к обсуждению потребных человеческих ресурсов. Поимённо, а не абы кого!

   Назавтра, все просилки-теребилки были готовы, и князя Петра Семёныча моментально озадачили запросами. Он не стал ввязываться в особые споры, наказал своему эконому выделить всё, что потребно, а себе оставил лишь согласования по людям. Впрочем, Михайла с Кузей не капризничали, отбирая будущих дружинников из послушных, а не из опытных или крупногабаритных. Легче обучить и натренировать дисциплинированного, чем пользоваться готовыми воинами, самостоятельными и вздорными. С людишками для трудовых нужд тоже не выделывались, лишь бы были не увечные или совсем безмозглые, а остальное приложится.

   По лошадкам вопрос стоял острее - княжичу понадобилась конная дружина, а не пешеходные медляки. Впрочем, заказанное количество соблюли, но качество оказалось невысокое. А куда деваться? Князь Вяземский - ни разу не будущий граф Орлов, да и Михайле выпала для разнообразия целая интрига по улучшению живого транспорта.

   Зато за оружие началась целая баталия.

   - Ну зачем тебе нужны кольчуги для каждого оружного холопа? - злился Пётр Семёнович, - Всё равно с пищали прострелят, если что. А просто так таскать их на себе тяжело!

   - Твои мушкеты пусть сначала научатся доски пробивать, хотя бы с пятидесяти шагов, - возражал внук, - а потом и кольчуги на пластинчатые панцири заменим. И шеломы давай на каждого, и наручи, если есть и прочее железо.

   Ветеран будущих войн прекрасно понимал необходимость персонального бронирования, а откоряки класса "тяжело носить" он отметал сразу же. Хочешь остаться живым в бою - качай силу и крепость тела. Не хочешь - иди пахать и сеять! В общем, с оружейни подмели и луки, и самострелы, и наконечники, и копья, и даже пять мушкетов с запасом пороха и свинца. Ещё и четыре пистоля удалось выцыганить до кучи.

   Новых дружинников отправили к тем семерым, кто давно охранял молодого Вяземского. "Старослужащие" быстро обьяснили, что от "молодых" требуется, так как сами, последние три месяца, непрерывно тренировались и качались. Заодно новеньких познакомили с наказами по благопристойности и научили "бродяжьим" словам и их значениям. Со всеми положенными подробностями, насмешками и выпендриванием!

   Князь выделил серебра из оговоренной суммы, чтобы Мишка смог подкупить на Москве то, чего не нашлось на подворье. А заодно и найти тех, на кого был нацелен и с кем хотел сотрудничать. Дело в том, что "бывший Мальцев", как только оклемался - сразу завёл своё мыловарение, без афиширования. К делу был приставлен надёжный мужик Пахом, который разбирался в жирах и когда-то даже подрабатывал помощником мастера по изготовлению щёлока. Незаменимую Лушу припахали на выварку фруктово-ягодных отваров, с цветочными добавками для будущей перегонки в эссенцию. Кроме этого, княжич потихоньку мудрил с перевариванием дёгтя в более качественную смазку, используя различные минеральные добавки и присадки. Метод научного тыка пока не приносил никаких результатов, но следовало перепробовать всё, что можно. По крайней мере, чтобы бросить столь неблагодарное дело, использовав все шансы. А не потому что надоело!

   Ну и отдельной темой шло жидкое мыло, сиречь шампунь. После двух месяцев он уже получался в меру вязкий и мыльный, но требовал бесконечной доработки. Так что нерешённым вопросом оставалось создание перегонного оборудования для изготовления эссенции и алкохоля. Спирт нужен был не для крутого выпивона или торговли, а, как ни странно, в чисто медицинских целях. В принципе, сам заказ был уже размещён - отец одного из дружинников, Дмитрия, готов был изготовить всё, что нужно, даже змеевик из бронзы или меди. Потому что, кроме отцовских функций, являлся ещё и толковым московским оружейником. А сам Дмитрий, продался в холопы лишь на три года, чтобы заработать денег на свадьбу. Таков был уговор с родителем: хочешь жениться на любимой, а не на родительской избраннице, сам оплати свадьбу!...