Читаем без скачивания Долгие дороги сказок (авторский сборник) (СИ) - Александр Павлович Сапегин

материал, как тисс и не заниматься его доведением до совершенства является верхом расточительности со стороны европейцев. Англичане били из своих луков на сто метров, рекордсмены поражали цель на расстоянии до двухсот. При не прицельной стрельбе, стрела, выпущенная из "простого" английского лука улетала до полукилометра. На этом хорошая сторона "простых" луков заканчивается. Они боялись сырости, теряли бой в жару и холод, не дай боже такой лук уронить в воду! Что бы не говорили европейцы, но восточные луки превосходят английские по всем статьям и лучники на востоке были намного лучше английских. Приведу несколько примеров: не прицельно пущенная стрела из русского "сложного" лука улетала до восьмисот метров, на Руси существовала мера длины — "стрелище" или "перестрел". Речь шла не просто о полете стрелы, а о стрельбе при которой стрела сохраняла свою убойную силу! Не много не мало, а двести двадцать метров вынь и положи, такой результат не был чем-то особенным. "Яко мужи стреляша!" Татарские, арабские и турецкие луки далеко превосходили европейский лук, как по боевой эффективности, так и техническим совершенством. А ведь там не было английского или итальянского тиса! Приходилось доводить до кондиции те материалы, что были под рукой. Те же угры или венгры, "гроза Европы" десятого века были выбиты со своей кольчужной конницей луками монголов в сражении при Шайо. Возвращаясь к лукам — восточный "сложный" лук не боялся ни холода, ни жары, ни сырости, при особой нужде его можно было окунуть в воду, и он не терял боя! Смотри, — Сергей Сергеич выбежал в другую комнату и принес оттуда знакомый Андрею лук, — точная реконструкция "сложного" лука десятого-одиннадцатого веков. Он состоит из двух деревянных планок, продольно склеенных между собой, на внутренней стороне, — палец Сергеича пробежался по внутренней стороне лука, — прилегает можжевеловая планка, посаженная на рыбий клей. Вот здесь и здесь идут сухожилия, если сейчас снять тетиву, сухожилия выгнут лук в обратную сторону. Этот лук оклеен вываренной берестой. Позже луки стали усиливать костяными накладками-подзорами, делали подзоры и из железа, но это по заказу былинных богатырей. Отличалась и тетива. На западе, тетиву, в основном, делали из пеньковой веревки. На Руси использовали шелк или сухожилия, особым шиком считалась тетива из специально выделанной спинной кожи животных. Арабы для этих дел предпочитали использовать спинную кожу тощих верблюдов. Изготовленная по особым методам тетива не боялась ни жары, ни влаги. Из лука можно было стрелять под дождем!"

Сергеич еще несколько раз выходил в другую комнату, пока на столе не скопилась целая коллекция различных луков. Лекция произвела на Андрюху неизгладимое впечатление. За час он узнал о луках больше, чем вычитал в книгах с первого по шестой класс.

Учебу Сергеич начал с дыхательных упражнений, потом пошло развитие плечевого пояса, силовые упражнения и различные задания на глазомер и координацию движений. Тренировки проходили интересно, друзья Андрея приходили просто послушать лекции о луках и старинном оружии. У Сергей Сергеича была большая подборка книг и материалов про холодное оружие начиная от древнего Египта и заканчивая началом двадцатого века.

У наставника была разработана целая философия, куча наставлений определяли поведение ученика. Первый раз лук в руки он взял через полгода. Стрелять не пришлось. Наставник потребовал надеть тетиву и заниматься ее медленным оттягиванием до точки отпускания стрелы, потом шел такой же медленный возврат в исходное положение и так до бесконечности, пока руки не начинали дрожать мелкой дрожью.

Как то раз Андрей явился на занятия с щенком на поводке. Появление собаки было воспринято положительно. Потрепав щенка по кудлатым бокам и погладив широкий лоб, Сергеич заявил, что ученик должен прочувствовать всю меру ответственности за кого-то и научиться ухаживать за четвероногим другом. Оказывается, простая дрессировка собаки тоже является ступенькой в преодолении себя, не у каждого хватит терпения научить собаку простому "дай лапку".

За щенка надо было благодарить старшую сестру. На Ирку тогда напал очередной бзик — резко проявилось чувство любви и сострадания к братьям нашим меньшим. Во дворе дома подкармливались кошечки, голуби и воробьи получали свою порцию пшенки, а дома появился, подобранный на улице, лохматый щенок. Любовь к животным завяла быстрее, чем успели вызреть помидоры — щенок делал лужи и откладывал кучки, убирать за своим протеже Ирка отказалась категорически. Выбросить животное на улицу не поднялась рука и Бон, так назвали найденыша, был определен отцом в подшефные к Андрею. Илья Евгеньевич сурово отчитал сестренку и запретил ей даже подходить к другим животным, любите их дистанционно. Через год Бон из маленького смешного щенка вымахал в здоровенного кобеля, помесь крокодила с раздутым чемоданом, весом в полста кило. Как не трудно догадаться, единственным авторитетом для пса оказался Андрей, бывший для собаки мамой, папой и добрым хозяином в одном лице. Илью Евгеньевича пес побаивался как альфа-вожака стаи. Здоровый ширококостный мужик одним своим видом внушал уважение. Напоминающий своими габаритами и простоватым выражением лица "качка", Илья Евгеньевич в совершенстве знал два иностранных языка, и имел ученую степень в области физики. На тренировках кобель вел себя деликатно и ни разу не подлез к хозяину под ноги, когда пришла пора практических занятий по стрельбе. Пару раз Бон оставался с Сергеичем, поездка с родителями к морю не предусматривала шестого пассажира.

С тех пор прошло два года.

* * *

Родная квартира встретила вернувшегося из похода за булочками Андрея гамом, бренчанием гитары и многоголосьем. Прихожая была завалена рюкзаками и различным снаряжением. Понятно, нагрянули господа "толкиенутые", как называл их отец. Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы оно не плакало. Отец в штыки встретил новое увлечение дочери эльфами, реконструкциями и "играми", считая все блажью и дурью. Ирина, с такими же "бзиканутыми" подругами, учила квэ'нья и переводила деньги на пошив "эльфийских" платьев, часами просиживая в интернете и выискивая нужные для ролевых игр фасоны. Мама и Андрей отнеслись к новому увлечению Ирины спокойно, ему ли крутить у виска, если он сам занимается стрельбой из лука? Не по подворотням же она зажимается в конце концов!

— Дюша, — нарисовалась в прихожей Ирка, — приготовишь, что-нибудь вкусненькое на завтрак?

— С чего бы? — решил сразу отбрить сестру Андрей. Судя по оставленной на полочке обуви, в зале пять человек гостей. Кормить такую ораву не было никакого желания.

— Дю-ю-ша, — надула губки Ирка. — Я им такую рекламу на твой счет задвинула, что народ просто слюной давится, а теперь выходит, что я балаболка? Ну будь зайчиком. Плиззззз, ради меня?

Это она могла: задвинуть рекламу. Язык у сестры