Читаем без скачивания Коралловый остров - Кирилл Бенедиктов

Олег подошел и протянул пухлую руку. Эта рука выглядела так, словно никогда не держала инструмента тяжелее паркеровской авторучки. Типичная рука вчерашнего мальчика-мажора из семьи потомственной советской элиты. Кольцов, вынужденный зарабатывать себе на хлеб с первого курса института, ненавидел такие руки.

- Ну-ка, ну-ка, - без особого интереса проговорил Самойлов. - Да, действительно, вроде кто-то сидит. Слушайте, маркиз, почему бы вам не отправиться на берег и не потолковать с этим островитянином? Может, у него на этот клочок суши есть какие-то виды. Не хотелось бы, знаете, нарушать местное законодательство…

- Разрешите выполнять, сэр? - стараясь скрыть сарказм, спросил Максим. Олег рассеянно кивнул.

- Возьми с собой на всякий случай первую серию грузов для лагеря. Переночуем под пальмами.

- Слушаюсь, сэр, - Кольцов все-таки не стерпел и взял под воображаемый козырек. - Все будет проделано в лучшем виде, сэр…

Олег посмотрел на него почти по-человечески - на секунду Максиму даже захотелось его простить и отказаться от своего плана.

- Слушай, ты действительно думаешь, что это смешно? Ладно, считай, что я ничего не говорил… Иди работай, бадди [1]…

3.

Старик был высохшим, худым, желтым, как бумага, из которой капитан Саид-бей крутил свои вонючие папиросы. Он сидел в древнем кресле-качалке, угрожающе скрипевшем при каждом его движении, и время от времени подносил к пергаментным губам банку пива «Миллер». Отхлебывал он или нет, Кольцов не видел.

- Добрый день, - поздоровался Максим. Голос прозвучал как-то неуверенно.

Старик вновь поднес ко рту банку, но глаза так и не раскрыл.

- Он, наверное, по-английски не говорит, - прошептала Оксана, прятавшаяся у него за спиной.

- А я не говорю по-арабски, - огрызнулся Максим и повторил еще раз, чуть громче: - Здравствуйте, мистер!

- Салам, - произнес старик равнодушно. Губы его при этом не шевельнулись. Слово прозвучало как бы само собой и осталось висеть в жарком воздухе.

- Точно не спикает, - вздохнула Оксана едва ли не с облегчением.

- Ну и хрен с ним, - пробормотал Кольцов, осматриваясь. Строение, которое он разглядывал с борта яхты в бинокль, вблизи оказалось еще более жалким и несуразным. Низкое, длинное, похожее на ангар для лодки, а не на человеческое жилище. «Как он туда забирается? - подумал Кольцов. - На четвереньках, что ли?»

Если бы не дурацкая уродливая хижина, на острове было бы очень красиво. Песок, пальмы, неправдоподобно-синее зеркало лагуны. «Идеальное место, - подумал Кольцов. - Лучше не придумать».

- Будем ставить лагерь, - сказал он решительно. - На той стороне, чтобы дедушке не мешать.

Тут он вдруг понял, что дедушка открыл наконец свои глаза и смотрит на него неприятным немигающим взглядом.

- Ну, чего уставился? - грубо спросил Кольцов по-русски. - Нравлюсь я тебе, что ли?

Старик не ответил. Молча смотрел на Максима неподвижными черными глазами. Потом поднес к губам банку «Миллера» и сделал большой звучный глоток.

Максим неожиданно разозлился.

- Пошли отсюда, нечего с ним разговаривать.

- Да я и не разговариваю! - возмутилась Оксана. - Ты же сам, Максик…

«А ведь она права! Зачем я вообще сюда поперся? Разрешения у этой обезьяны спрашивать? Смешно… Нервничаешь ты, Максим Эдуардович, сильно нервничаешь, а это не есть хорошо… Ну-ка, соберись, тряпка, и займись наконец делом!»

Белый песок взлетал из-под белых теннисных туфель Кольцова. Прочь от выжившего из ума старика, прочь от его мерзкого жилища, от зловещего скрипа разваливающегося кресла-качалки!

На берегу он немного отдышался. Сердце колотилось в груди, как после подъема пешком на двенадцатый этаж.

Олег стоял на палубе «Хатшепсут», облокотившись о фальшборт, и с интересом рассматривал запыхавшегося Максима. Так хозяин смотрит на любимого спаниеля, притащившего ему из болота не ожидаемую утку, а чей-то рваный ботинок.

- Ну что там, маркиз? Огневая поддержка не требуется?

- Пустое, граф, - откликнулся Максим, которого бесила дурацкая привычка партнера называть его «маркизом», он предпочитал интернациональное «бадди». - Там какой-то африканец преклонных лет хлещет дрянное американское пиво. Нам он не помешает.

- Отлично. Тогда мы высаживаемся. До вечера успеем сделать пару дайвов.

Кольцов пожал плечами и уселся прямо на песок. Он все еще чувствовал на себе немигающий взгляд старика. Взгляд был липким, он словно приклеился к одежде и, что самое неприятное, к коже Максима, и отодрать его можно было только с кровью.

4.

Первый дайв они сделали с палубы «Хатшепсут» - яхта отошла от острова к проглядывавшему сквозь волны сине-зеленому массиву рифа и бросила якорь у его южной стены. Чередование светлых и темных пятен на поверхности подсказывало Максиму, что риф, начинаясь отсюда, выгибается под водой подобием значка доллара, а остров, на котором они разбили лагерь, представляет собою верхнюю полукруглую закорючку этого значка. Что ж, превосходно, они смогут пройти вдоль изогнутой стены рифа до самого острова.

Ни Кольцов, ни Самойлов не были новичками - правда, у Максима опыта было побольше. Он начал заниматься дайвингом лет семь назад, когда это экстремальное времяпрепровождение только входило в моду. Олег присоединился позже, под впечатлением рассказов и фотографий, которые Максим привозил из своих путешествий.

Когда Кольцов закончил подгонку снаряжения, Олег все еще топтался возле своего ящика. Максим подошел к нему и привычно поправил перекосившийся пони-баллон.

- Бадди, - сказал он чуть насмешливо, - вас снова ведет влево.

- Пояс неотрегулирован, - пробурчал Олег недовольно. - Опять Ахметка грузила перепутал…

Как у многих дайверов со стажем, у него были собственные, хорошо сбалансированные наборы свинцовых грузов, которые вкладывались в специальные брезентовые пояса и равномерно распределялись по пояснице. Грузила Олега были к тому же помечены специальным клеймом: значком ОС, сплетенным из начальных букв его имени и фамилии. Все эти мелкие понты партнера бесили Кольцова не меньше, чем игра в маркизов и графов.

По правилам дайвинга, совершающие совместное погружение всегда проверяют снаряжение друг друга. Максим тщательно осмотрел регулятор своего бадди, подтянул ремни БСД [2] и ритуально постучал ногтем по стеклу манометра. Потом терпеливо дождался, пока Олег проверит его акваланг.

- Ну что, - сказал он, опуская на глаза дорогую маску Mares Esa. - Указывайте путь, командор.

- Давай вдоль рифа, - предложил Олег. - Идем сначала на двадцать пять, потом по обстоятельствам, но я не думаю, что здесь будет глубоко.