Читаем без скачивания Торговец смертью - Дэвид Моррелл

После того как Малоун и Ят обменялись обычными любезностями, хозяин ресторана сообщил:

— Вон мужчина, который торчит тут целый вечер, но не заказывает ничего, кроме чая. Все это время он не спускает глаз с входа и говорит, что ждет тебя.

Ят указал взглядом своих миндалевидных глаз в сторону Поттера.

— Да, я увидел его сразу, как вошел.

— Это твой друг?

— Нет, это мой геморрой.

— Значит, будут неприятности?

— Вряд ли, но я, пожалуй, сначала разберусь с этим, чтобы потом спокойно насладиться едой. Что у нас сегодня на ужин?

— Уачинанго по-веракрусски.

Рот Малоуна наполнился слюной, как только он представил красного люциана,[2] запеченного целиком с острыми зелеными перчиками, луком, томатами и специями.

— Подай ему одну порцию и запиши на мой счет. Мне — то же самое.

— Хорошо, тогда я поставлю на его столик еще один столовый прибор.

— Не нужно. Я не собираюсь ужинать с ним. Лучше принеси нам по «Маргарите». После того как я поговорю с ним, ему непременно понадобится выпить.

Когда Малоун повернулся, чтобы направиться к столику Поттера, Ят предупреждающим жестом положил руку ему на плечо. Малоун успокаивающе улыбнулся ему.

— Не волнуйся, старина, я обещаю тебе, что никаких осложнений не будет.

Ресторан представлял собой восьмиугольное сооружение с тростниковыми стенами, которые доходили посетителям всего лишь до пояса и поэтому не мешали им любоваться восхитительным морским пейзажем, освещенным светом полной луны. Над стойкой бара, расположенной у входа, висела картина с изображением пляжа, того самого, на котором стоял ресторан. Ее написал и подарил Яту Малоун. Высокие шесты подпирали длинные бамбуковые балки. Подобно спицам колеса, они расходились в разные стороны и поддерживали круглую крышу из пальмовых листьев. Благодаря такой конструкции, как бы много посетителей ни собиралось в ресторане, тут всегда царило ощущение простора и было много воздуха.

Поттер не отрывал взгляда от приближающегося Малоуна. А тот, подходя все ближе, думал о том, что в их первую встречу предзакатное освещение, по-видимому, приукрасило его. Сейчас бледность Поттера буквально бросалась в глаза. Судя по всему, этот человек редко бывал на свежем воздухе. В глазах, прятавшихся за стеклами очков, застыло угрожающее выражение.

— Присаживайтесь, — проговорил Поттер, делая приглашающий жест.

— Боюсь, не смогу. Но я взял на себя смелость заказать для вас ужин, фирменное блюдо этого заведения. Отведав его, вы непременно согласитесь с тем, что не ели ничего вкуснее за всю свою жизнь. Не возвращаться же вам из этой поездки вовсе с пустыми руками!

По-прежнему буравя Малоуна взглядом, Поттер постукивал пальцами по столу.

— Вы, судя по всему, не понимаете: я не могу вернуться к мистеру Белласару и сообщить, что вы отказались от его предложения.

— Тогда не возвращайтесь. Сообщите ему, что вы увольняетесь.

Поттер забарабанил пальцами по столу с удвоенной силой.

— Это также неприемлемо.

— Послушайте, у всех время от времени случаются проблемы на работе. Не важно, сколько он вам платит. Если вам не нравится то, чем приходится заниматься…

— Вы ошибаетесь, моя работа мне как раз очень нравится.

— Вот и замечательно! Тогда постарайтесь объяснить своему нанимателю, что от вас в данном случае ничего не зависело.

— Дело не в нем, а во мне. Я не привык терпеть неудачи. Вы должны осознать, насколько все серьезно. Что я могу предложить вам, чтобы вы согласились?

— Это вы должны осознать: если я приму этот заказ, то потеряю то, что ценю больше всего на свете.

Глаза Поттера сузились.

— И что же это такое? — спросил он.

— Свою независимость. Денег у меня даже больше, чем мне нужно, поэтому я вовсе не собираюсь бросать все и лететь по первому свистку любого сукиного сына, полагающего себя достаточно богатым, чтобы диктовать мне, что и как рисовать.

В пылу спора Малоун сам не заметил, как перешел почти на крик. В какой-то момент он осознал, что вокруг них воцарилась тишина, огляделся и увидел, что все обедающие отложили вилки с ножами и смотрят на них. Ят стоял в глубине ресторана, и в его взгляде читалась нескрываемая тревога.

— Прошу прощения, — проговорил Малоун, подняв руку в успокаивающем жесте. Затем он снова повернулся к Поттеру. — Этот ресторан является для меня вторым домом. Не заставляйте меня устраивать здесь скандал.

— Ваш отказ от нашего предложения является окончательным?

— У вас что, проблемы со слухом?

— И нет никакого способа заставить вас изменить свое решение?

— Господи, неужели вы этого еще не уяснили?

— Хорошо. — Поттер поднялся. — Так я и доложу мистеру Белласару.

— Куда вы так торопитесь? Покушайте сначала.

Поттер взял свой атташе-кейс.

— Мистер Белласар желает узнать о результатах наших с вами переговоров немедленно.

4

Пассажиров сорокафутовой яхты, бросившей якорь у рифа, в четверти мили от берега, больше интересовало не отражение луны на водной глади, а огни ресторана. Четверо мужчин смотрели в сторону берега и одновременно слушали рацию, из которой в данный момент доносился невнятный шум голосов и звяканье ножей о тарелки.

— Я нахожусь слишком далеко и не расслышал, что сказал Малоун, — послышался из рации мужской голос, — но у Поттера вид совершенно убитый.

— Он встает, — произнес следом за этим женский голос, — берет свой кейс и торопится к выходу.

— Наверное, собрался в аэропорт, — предположил старший и, видимо, главный из стоявших у поручней — мужчина в возрасте и с редкими волосами. — Нам известно, с каким недоверием Белласар относится к телефонам, поэтому Поттер наверняка свяжется с ним по переговорному устройству с шифратором, которое имеется на борту самолета.

Рация вновь заговорила женским голосом:

— Родригес под видом шофера такси занял позицию. Он проследит за машиной, арендованной Поттером, и выяснит, куда тот направился.

— А Малоун тем временем подошел к хозяину ресторана, — сообщил мужской голос из рации. — Похоже, извиняется. Он, судя по его виду, недоволен собственным поведением, но еще больше зол на Поттера. — В течение некоторого времени из рации доносились только обычные для любого ресторана звуки, а потом мужчина произнес: — Сел за столик и принялся за еду.

Старший на яхте устало вздохнул. Выражение его лица было кислым. Он испытывал тошноту — то ли от легкой качки, то ли от того, что услышал.

— Боюсь, что на сегодня — все. Шоу окончено, — сказал он.

— И Малоун не принял предложение, — проговорил крепко скроенный мужчина, стоявший рядом с ним.

— В точности как ты предсказывал.

— Но я же был у него вторым пилотом, да и после его ухода из армии продолжал с ним общаться. Я хорошо его изучил и знаю, как он мыслит.

— Думаешь, он окончательно решил быть свободным художником? А ведь такой великолепный шанс может нам больше никогда не подвернуться! Ты действительно знаешь его лучше всех, так подскажи, каким образом, черт побери, мы могли бы перетащить его на свою сторону?

5

Малоун услышал низкое рычание и сразу же насторожился. Это случилось еще до того, как джип обогнул группу пальмовых деревьев и он увидел свой дом. Однако после того, как Малоун объехал пальмы, он все равно не увидел своего дома, поскольку огромное облако пыли заволокло все вокруг. Картина, представшая его взгляду, была настолько нереальной, что он резко затормозил, и джип остановился, будто наткнувшись на невидимое препятствие. Словно парализованный, Малоун смотрел на вершащийся прямо перед его глазами хаос. Ревущие, похожие на динозавров бульдозеры — один, два, три, Господи Иисусе, целых шесть! — перепахивали дюны, вырывая с корнем и валя на песок чудесные пальмы, росшие вокруг его дома.

Когда Малоун впервые увидел эту укрытую от посторонних глаз бухточку на восточном берегу Косумеля, он сразу же понял, что хочет жить только здесь. Спокойные воды на противоположном побережье островка делали его более привлекательным для туристов и застройщиков, и это вполне устраивало Малоуна. Он предпочитал держаться подальше от людских толп. Сильный прибой на этой не защищенной скалами стороне острова, не говоря уж о полной безлюдности маленькой бухты, прямые и резкие контрасты света и тени, создаваемые белым песком, испещренным черными валунами, сделали ее неотразимой для Малоуна.

В соответствии с мексиканскими законами, иностранец мог купить землю, получив официальное разрешение министерства иностранных дел Мексики, однако с участками, расположенными в прибрежной зоне, все обстояло не так просто. Правительственных чиновников было необходимо убедить в том, что потенциальный собственник будет обходиться с этим драгоценным природным ресурсом заботливо и бережно. Поэтому Малоуну пришлось приобрести этот участок, заключив с местным банком трастовое соглашение сроком на пятьдесят лет. Право собственности при этом сохранялось за банком, и он же выступал гарантом сохранности пляжа.