– И все-таки это несправедливо, что у вас с Ирмой такие красивые костюмы, а я плешивый Медведь.
– Просто ты новенькая. Тут уж кто успел поудачнее костюм отхватить… И это еще ничего, – попыталась успокоить меня подруга. – В моей аниматорской жизни и не такое бывало. Я тебе рассказывала, что на своей первой работе была в костюме желудка?
– Как-то ты это упустила, – хихикнула я.
– Вот-вот! Рекламировала таблетки от несварения. Так что не жалуйся.
Я так и не могла перестать улыбаться.
– Тома! – Настя грозно сдвинула к переносице идеально уложенные брови.
– Ну все-все, не урчи, – погладила я Настю по животу.
– Вот дура! – прыснула подруга.
Мы дружно гоготали, пока в нашу тесную гримерку не зашла та самая Ирма – администратор, Снежная королева и мой ужас, летящий на крыльях ночи. Ее отец тут всем управлял, поэтому немудрено, что самая приличная женская роль досталась Ирме.
У Насти с Ирмой были свои терки, и уж так повелось: враг моей подруги – и мой враг тоже. В сентябре в другой развлекательной программе они не поделили парня. Уж не знаю, кем он в их компании аниматоров значился. Надо у Насти уточнить: может, печенью? А под Новый год яблоком раздора стал Дед Мороз Степа Верещагин – кавээнщик, третьекурсник из Политехнического. Он редко посещал наши выступления, потому что вечно был чем-то занят, и Снежной королеве, которая в конце выступления раздавала вместе с Дедом подарки, приходилось отдуваться одной. Зато если уж появлялся, то с него чуть ли не пылинки сдували. И платили на порядок больше, чем нам: главная роль. На месте Ирминого отца я турнула бы такого работничка, но, видимо, доченька замолвила за Степу словечко. Я сразу просекла, что Ирма безумно влюблена в парня. А вот он откровенно заглядывался на Машеньку-Настю, из-за чего в нашем «дружном коллективе» нередко возникали стычки. Я в такие моменты чувствовала себя не детским аниматором, а актером шекспировского театра. Страсти кипели нешуточные.
Настя с появлением в гримерке Ирмы тут же подавилось смешком. Я тоже вмиг сделалась серьезной. Ирма с подозрением покосилась на нас.
– Там уже полный зал гостей, а вы прохлаждаетесь, – проворчала она, злобно поглядывая почему-то на меня. Внешне Ирма производила положительное впечатление и была довольно миленькой – миниатюрная блондинка с копной густых волос, которые она заплетала в тугую толстую косу. И если уж быть до конца честными, то кому, как не ей, играть роль Снежной королевы. С виду эта девчонка – божий одуванчик, а вот хватка как у цербера. Не знаю, почему целью нападок Ирма выбрала не Настю, а меня. Я-то ничьих парней не уводила, и Степа мне был до лампочки, впрочем, как и я ему. Но Ирма действовала исподтишка, постоянно цепляла меня, надеясь задеть и Настю. Однако связываться с моей подругой напрямую у нее кишка тонка. Слишком разные у них весовые категории. Одногруппницы называли Настю «Наша Дуа Липа». Фигуристая, ростом метр семьдесят три, да еще и на высоченных каблуках в нерабочее время, Настя эффектно выделялась из толпы. Я со своим средним ростом могла догнать подругу лишь в ростовом костюме Медведя. Миниатюрная и худая Ирма едва доставала Насте до плеча.
Сегодня мне было не до препирательств: голова забита другими мыслями. Я покорно поплелась к выходу из раздевалки, но Настя упрямо посмотрела на часы и произнесла:
– Вообще-то у нас есть еще две минуты!
Потеть лишние две минуты в костюме Медведя мне не улыбалось. Лучше скорее отстреляться и побежать домой. Но это была не моя война. Настя упрямо стояла на месте, а я топталась у двери. Ирма тоже замерла и враждебно смотрела на «Машеньку», пока та как ни в чем не бывало разглядывала свой маникюр. Так мы и стояли в напряженной тишине те самые две минуты, пока я наконец первой не распахнула дверь. Тут же до нас донесся возбужденный детский гомон…
…Когда мы с Настей торжественно несли торт в виде единорога имениннице, подруга шепнула мне на ухо:
– Может, испортим ей костюм?
Разумеется, она говорила об Ирме.
– Платье чересчур красивое, – вздохнула я.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Оно действительно было потрясающим: пышное, белое, с тремя воланами на юбке и широкой серебристой лентой на поясе; наряд дополняла прелестная диадема. Изначально подразумевалось, что Ирма будет Снегурочкой. Однако для малютки-внучки платье казалось слишком роскошным и вычурным… И во время выступления мы называли Ирму Снежной принцессой. И подарки вместе с Дедом Морозом раздавала Принцесса. Девчонки, посещающие наше представление, были в восторге от Ирмы и ее образа. Кажется, что после спектакля с ней фотографировались чаще, чем со Степой. Что скрывать, я очень завидовала Ирминому наряду. Мне-то досталось лохматое нечто, к тому же жутко неудобное. Под маской огромного коричневого медведя порой и дышать затруднительно.
– Ирма много на себя берет, – проворчала Настя, – командует нами, будто самая главная…
– Так она и есть наш администратор, – пожала я плечами. – Ее отец здесь всем заправляет, поэтому логично.
– Нет, я все-таки ей что-нибудь устрою, – злобно пропыхтела Настя. Затем натянула на лицо самую доброжелательную улыбку, потому как мы попали в поле зрения детей, которые замерли в ожидании праздничного торта.
– Только меня в вашу войну не втягивай, пожалуйста, – попросила я. – Еще уволят, а мне деньги сейчас позарез нужны.
Почему-то на ум первым снова пришел Вадим, а не вожделенный новый смартфон.
Настя хотела что-то спросить, но тут грянула музыка, и мы затянули «Хеппи бездей ту ю…». Я предупредила подругу, что умотаю домой после того, как задуем свечи. Но каково же было мое удивление, когда я не смогла задуть восемь свечек ни с первого, ни со второго и даже ни с третьего раза, хотя дула так, что щеки от напряжения заболели. Я толкнула локтем Настю, и мы принялись с силой дуть уже вдвоем. Свечи, даже если и затухали, через секунду загорались снова. Дети удивленно смотрели на нас, а затем принялись веселиться и дружно хохотать. Впрочем, веселились все, кроме нас с Настей и именинницы, которая, казалось, вот-вот разревется. Исполнение загаданного на день рождения желания оказалось под угрозой.
– Вот же крыса! – зло прошипела Настя.
Я, отвлекшись от торта, удивленно посмотрела на подругу. Настя не сводила сердитого взгляда с Ирмы, которая, судя по всему, подсунула нам незадуваемые свечи, ведь именно она занималась закупками.
– Долго еще? – недовольно спросил один из гостей, упитанный кудрявый пацан. – Жрать уже хотим!
– Попробуй сам, раз такой умный! – протянула я ему торт.
– А можно правда как-то побыстрее? – раздраженно поторопила мать именинницы.
Только я открыла рот, чтобы предложить и ей попытаться задуть с нами свечи, как Настя меня тут же остановила.
– Ты что, с ума сошла? – зашипела подруга, забирая у меня торт.
Обжигая пальцы, кое-как мы потушили эти несчастные свечи. Ирмы, разумеется, и след простыл. Настя пообещала, что сама объяснится с родителями, и отпустила меня восвояси. Несчастного уставшего Медведя особо никто не провожал: дети после активных игр с удовольствием накинулись на торт.
Я зашла в раздевалку, готовясь вступить в перепалку с Ирмой, но ее там не было. Зато на плечиках появилась куртка Степы. Сегодня он соизволил нас порадовать своим присутствием: его выход вместе со Снежной принцессой был назначен на окончание чаепития. Судя по всему, Ирма подсунула нам негаснущие свечи и со спокойной совестью утопала в курилку флиртовать со Степой. Все-таки Настя страшно разозлилась… Я чувствовала, что нового скандала не избежать. Хорошо, что в этот момент я буду уже дома.
Я быстро переоделась и убрала костюм Медведя в шкаф. И все же перед выходом успела разжевать пару подушечек «Орбита». Недолго думая, забросила мятную жвачку Ирме в сапог…
На улице давно стемнело. С неба сыпал редкий снежок, из колонок ТЦ доносилась песня «All I Want For Christmas Is You» Марайи Керри. Эту песню крутили по сто раз на день с ноября, и она уже сидела у меня в печенках. Я достала запутавшиеся наушники из кармана пуховика, чтобы включить свою музыку. Двинулась через заставленную парковку в сторону остановки, сталкиваясь по пути с прохожими, которые, несмотря на скорое закрытие магазинов, спешили за покупками. В конце декабря во всех торговых точках творится настоящий дурдом…
