дети Дракона до совершеннолетия доживают — тут конкуренция с самых темных веков мало изменилась. На статус супруги потеря ребенка никак не влияет, но какому нормальному человеку это послужит утешением?.. Вот и еще один неожиданный крайний срок! Дракон, помнится, говорил ей, что до двенадцати лет детей защищают «правила Игры», а потом, мол, либо должны сами соображать, либо пускай их матери защищают. То есть Даари за двенадцать лет должна выстроить достаточную сеть поддержки, чтобы не дать своему дитя погибнуть... Дракон в это не вмешивается, ибо верит в здоровую конкуренцию и естественный отбор (а некоторые поговаривают, и сам пользуется таким положением дел, чтобы убирать наименее угодных потомков). О, боги-духи!
И это при полном отсутствии связей и контактов при дворе!
От всего этого пухла голова.
Но такие проблемы клубились где-то далеко, а впереди внезапной грозной стеной вырастала предстоящая беременность и роды. Страшно особо не было: Даари без особой радости ожидала перспективу мучиться в родах от нескольких часов до пары суток, но не без оснований считала, что после двух демонических атак как-нибудь и это перенесет. Но вот не потерять бы ребенка! Кто его знает, этого драконьего потомка? Даари не верилось даже, что она сумела его зачать, что это все не какой-то странный фарс, затеянный Драконом по одному ему ведомым причинам — а может быть, ей нужно еще что-то такое делать, чтобы выкидыша не было? Например, кровь пить? Или магическими каналами манипулировать в своем теле?
Где-то Даари читала, что многие женщины и вовсе теряют ребенка в первые две-три недели, даже не зная еще, что беременны. А ведь о ее зачатии узнали буквально на другой же день, и недели не прошло! Как бы не допустить такого исхода?
Правда, для ответов на эти вопросы к ней был приставлен придворный врач — господин Феерон Аллират. Он Даари почти сразу разуверил: нет, ничего особенно не нужно, статистика дворцовой целительской службы почти не знает случаев выкидышей драконьих детей (а которые знают, были вызваны либо кознями соперниц, либо тяжелыми испытаниями для матерей), природа обо всем позаботится, а мы, мол, доделаем остальное. Правда, придется перейти на специальную диету и выполнять предписанные упражнения, но это я советую всем беременным, не только в том же статусе, что и сиятельная госпожа...
(«Сиятельная госпожа!» Это Даари-то!)
Специальную диету лекарь организовал тут же — хоть и посетовал на отсутствие всего необходимого в гарнизонной столовой — и она оказалась на диво вкусной. Ну, хоть тут жаловаться не приходилось.
В остальном же Аллират Даари не понравился: лощеный хмырь, относившийся к ней со снисходительностью, которую Даари сперва приняла как должное, а потом вдруг поняла, насколько оно удивительно..
Откуда такое пренебрежение старшей супругой? Да, у Даари нет ничего за душой — но разве одно это не должно вызвать к ней хотя бы настороженный интерес; мол, как она, не имея никакой поддержки, ничего толком не умея, умудрилась заманить Владыку к себе в постель, да еще и ребенка от него зачать? «Подозрительно», — решила Даари. В ее нынешнем состоянии ей подозрительным казалось буквально все.
И особенно тревожило (и задевало, будем честны), что Дракон не явился сам. Вроде бы и понятно, времени у него нет, но это особенно остро заставляло осознать свое нынешнее — и грядущее — одиночество.
«Крепись, — сказала себе Даари, — по крайней мере, тюрьма тебе теперь точно не грозит! Да и Тарик с Инге будут обеспечены и пристроены, что бы ни случилось... Ну, разве только меня обвинят в государственной измене, но я не думаю, что Дракон легко поверит таким обвинениям — все-таки узнал меня немного... И лучше быть одинокой в императорской резиденции, чем в камере с уголовницами!»
Все эти размышления помогли ей с гордо поднятой головой и теплой улыбкой принять официальные чествования в гарнизоне и поздравления разной степени искренности — от неподдельно радостных со стороны Талиарна Рахата, Катти Солоро и Птуша Раасана (этот даже прослезился!) — до вымученных от Змеюки.
А кроме поздравлений тут же начались и организационные вопросы. К счастью, их пока взяли на себя дворцовые евнухи: их, мол, за тем и послали. Нужно было и уволиться, и вещи собрать, и организовать поездку до Галаты (с этим любезно помог принц-генерал), и в Галате снять гостиницу, потому что поезд прибывал только на следующий день...
В роскошном люксовом номере, который выглядел круче, чем апартаменты Гешвири в Академии, круче, чем гостиница на берегу, которую родители как-то раз сняли, чтобы отпраздновать годовщину свадьбы (Даари было пятнадцать) и вообще круче, чем все, где ей приходилось бывать. Неоново-зеленые диваны, украшеные причудливым узором из полевых цветов, например, казались такими новыми, что на них страшно было садиться. Прочее же убранство пестротой напоминало цветущий луг и резко контрастировало со скромными светлыми и бежевыми оттенками, принятыми у простолюдинов. Эта пестрота и яркость — имитация пещерной старины — подавляли.
"Что за глупости!" — урезонила себя Даари и не просто села на самый большой диван: повалилась. Поездка даже в комфортабельном автомобиле после целого дня чествований, сборов и непростых разговоров вымотала ее.
Но разлеживаться долго не пришлось: как оказалось, прямо в номере ее уже ждала некая особа, одетая в непритязательном деловом стиле (юбка, пиджак прямого кроя, туфли на низком каблуке).
— Приветствую сиятельную госпожу! Меня зовут Саюра Осат, сиятельная госпожа Даари, — девушка склонилась в поясном поклоне. — Недостойная — старшая сертифицированная личная помощница Таальской императорской резиденции, приставлена к Флюоритовому дворцу, который передан вам высочайшей волей. Приставлена помогать вам в дороге и, если будет на то желание госпожи, прислуживать ей и дальше. Госпожа может спрашивать меня обо всем, что ей непонятно. Для меня честь служить старшей супруге Владыки!
Саюре было лет двадцать наверное, — ровесница Даари. Миловидная, хотя красавицей не назовешь: раз взглянешь, на второй забудешь. А вот глаза показались Даари умными и спокойными. Встреться они на улице, Даари бы, пожалуй, подумала: "Хорошая девушка, мы могли бы подружиться". А так — кто ее знает.
— Что значит старшая сертифицированная личная помощница? — спросила Даари, прямее садясь на своем зелененьком диване.
При этом она подавила в себе желание встать полностью: перед подчиненными не встают, каким бы невежливым самой Даари не казалось это правило. Нужно вести себя осторожно. Будешь слишком либеральничать — того и гляди заклеймят дурочкой и простушкой. Но и заносчивой быть не годится, это признак скоробогатеев из низов...
Все это
