Делать было нечего. Я отправилась за деловым костюмом. Выбрала стильный, элегантный, достойный никак не референта, а как минимум участницы совета директоров. Купила даже кожаную папку - я казалась себе безупречной бизнес-леди.
Дома родители на радостях накрыли стол. Знал ли отец, куда так настойчиво посылает собственную дочь? Он знал, как ему казалось, примеряя на меня свой опыт работы на канувшем без вести предприятии. В его молодости люди действительно были добрее.
- Так просто берут, пап? - думая, как договориться с директором клуба о плавающем графике, уточнила я. - Ты же познакомился с этой Викторией почти год назад. Что, вакансия пустовала?
- Ой, да какая разница? Берут, и хорошо. Да, там текучка кадров. Но это потому, что набирают глупых вертихвосток, которые играют в карты, пьют чай и работать не хотят. Ты им покажешь класс, Владислава!
- Пап, оклад не намного больше моей стипендии! Неужели даже это тебя не смущает?
- Запомни, Влада. Все сразу бывает только в сказке. Зато ты будешь работать честно и не рисковать!
- Я и там ничем не рисковала. Ну да ладно.
- И ещё, - бодрая, несмотря на свой вчерашний приступ, мама положила мне на тарелку кусок своего фирменного пирога, - теперь тебе можно все! А не пить кефир под яблоки, чтобы светить ребрами...
От навязчивой просьбы родителей сфотографироваться в костюме и с папкой я решительно отказалась, понимая, что это им надо для того, чтобы показать сволочи Марии Ивановне, что я по-прежнему образцово-показательная дочь.
"А ведь не так уж они и не правы, - с тоской подумала я. - Мы в своих "Инстаграмах" показываем красивую жизнь, оставляя за кадром ее цену. Это мне повезло, что я получала удовольствие от своей работы. Другим не везёт. А родители тоже пытаются стать лучшими вне профилей. Их соцсеть – лавочка во дворе и сарафанное радио".
Подводя черту, я скажу так.
То, что мне пророчили на работе в клубе, там и близко не осуществились.
По жестокой, самой неправильной и перевернутой иронии судьбы апокалипсис в виде прессинга, буллинга и модного термина "харассмент" обрушился на меня на той работе, которую папа и мама считали безопасной и достойной выпускницы с красным дипломом…
Они говорили - и свято верили в то, что все прежние соискатели плевали в потолок. А я, трудолюбивая умница-отличница, буду оценена сразу.
- Что ж, надеюсь, я не пожалею о том, что бросила высокооплачиваемую работу ради... Престижной, как вы говорите.
Внутри забили колокола тревоги. Но я заставила их замолчать, выпив вино в несколько глотков...
Глава 2
Мне казалось, я войду в здание "белого дома" этой компании (заводом ее уже лет десять как не именовали) с высоко поднятой головой. Что в большинстве своем зрелые люди с радостью помогут новичку, подскажут, а вечером, как знать, мы даже отметим мой первый день где-нибудь в кафе.
То, насколько моя идиллическая картина далека от реальности, я поняла, переступив порог прохладного холла.
Нет, на меня почти не обратили внимания те немногочисленные сотрудники, что сновали туда и обратно с документами в руках и с прижатыми к уху телефонами.
На меня обрушилась тяжесть. Почти физически надавила на плечи, вызвав приступ лёгкого удушья, которое я списала на волнение. Хотелось развернуться и выйти прочь, чтобы прийти в себя на крыльце, а то и вовсе, куда-то сбежать, но я пересилила себя. Понятно, что волнуюсь. Волновалась и в первый свой раз в клубе.
Меня берут на работу. И я приступаю к стажировке уже сегодня. Как все быстро. В чем подвох? Чувствую, мне предстоит это узнать очень скоро.
Молодой мужчина с разъяренный лицом пробежал мимо меня, что-то крича в телефон практически матом. Желание уточнить, правильно ли я иду в отдел кадров, пропало резко. Следующей была тетка в шифоновой блузе и очках, которая без стеснения окинула меня высокомерным взглядом и проплыла дальше.
Не так мне виделся мир офисов. В фильмах было по-другому. Нашла кадровый департамент сама, постучалась и переступила порог.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Женский серпентарий. Такой был в ректорате моего института. Тщательно изображающие холеность тетки с уставшими лицами и "синдромом вахтёра» в глазах тщательно делали вид, что заняты своими делами.
- Здравствуйте, меня зовут Владислава Величко, и у меня назначено собеседование с Викторией Николаевной, - тем не менее я ослепительно улыбнулась улыбкой, которая всегда располагала ко мне людей.
Увы. В этом кругу ада действовали свои законы.
- Новенькая, что ли? - пергидрольная блондинка в короткой не по возрасту юбке с безвкусным макияжем сменила меня завистливым взглядом под соусом насмешки.
- На собеседование, - поправила я.
- Во дают, - сплюнула желчь блондинка, а её товарка как-то зловредно улыбнулась, словно что-то предвкушая:
- Да, вас уже ждут. Можете входить.
Когда я постучала и вошла в кабинет начальницы кадрового отдела, в приемной раздался гадкий смех.
Кадровичка, или, по-модному, НR, оказалась немолодой женщиной в строгом костюме и такой же застывшей маской тиранши. Отец считал ее милой? Он явно не видел эту гюрзу в деле.
- Владислава, - мне даже показалось, что все это собеседование было затеяно с одной целью - продемонстрировать свою власть над новым сотрудником. - Я говорю с тобой только потому, что об этом настоятельно просит твой отец. Но на этом поблажки заканчиваются. На твоем месте много кто хотел бы оказаться. Поэтому я жду, что ты будешь работать. Здесь все привыкли работать! В любой другой компании тебе бы пришлось стажироваться несколько месяцев без оплаты, прими к сведению!
Как я ее не послала - одному богу известно. Выслушала, изобразив идиотскую улыбочку и кивая в знак согласия, понимая, что у них с отцом ещё будет разговор по моему поводу.
- Это не танцы, - ядовито подколола меня Виктория, когда все мои документы были скопированы и занесены в базу данных. - Здесь придется работать головой и иногда по двадцать четыре часа в сутки!
Прекрасно. Я поджала губы и пожелала отцу прикусить язык. Для отдела кадров моя работа пиджеем была лишней информацией. Понятно, что теперь у них будет повод для сплетен, которых мне не избежать. Но я ничего не сказала. Выслушала нотации с улыбкой. Пока Виктория не выдохлась и не повела меня вверх по ступеням к месту новой работы.
Девушка с уставшим лицом и нервными, дёргаными движениями встала с кресла, глядя так, будто ожидала какого-то подвоха
- Ну что, Катерина, кончились твои мучения! - с сарказмом заявила ей заведующая отделом кадров. - Передавай дела.
- Владислава, - я мило улыбнулась и протянула руку, которая осталась незамеченной. Девица сухо кивнула и поманила меня к столу.
- Смотри внимательно. Это мини-АТС. Пять линий. Необходимо принять все звонки. Вот так переключать. База данных - на рабочем столе. Дальше, это расписание…
- Одну минуту, я хочу все записать, - я достала телефон. Меня обдало волной раздражения.
- Давай быстрее, у меня мало времени. Смотри дальше…
Спустя пятнадцать минут, ошарашенная свалившейся на меня информацией и с кучей вопросов в голове, я осталась одна в приёмной – и сама не поняла, как это произошло. Катерина ретировалась, зачем- то выкатив впереди себя кулер с водой. Я пожала плечами. Может, сломан, или потом заменят. Не вовремя – хотелось пить, но я, к счастью, взяла минералку с собой.
Все было чужим, незнакомым. Я опасливо присела в кресло, открыла первую попавшуюся папку – записную книгу, бело просмотрела. Переложила с места на место документы на столе с цветными стикерами – на подпись А.Н и П.В Алексей Николаевич – это генеральный босс, он сегодня в отъезде. А кто такой П.В?
До того, как я это узнала, уже успела обследовать шкафчики. Кофе, чай, сахар, конфеты. Подозреваю, что не для меня. Два кабинета были закрыты. Обнаружилась небольшая комната с креслом, столиком и умывальников, также шкафом для вещей – как я поняла, это была моя комната для приёма пищи. И отдыха, если таков будет. Я вымыла руки. Вода сильно пахла хлоркой и сушила ладони. Стоит принести сюда крем для рук.
