Солдат смерил его взглядом.
— Я не буду просить дважды, купец. Иди за мной.
Фиделиас уставился на солдата, потом нервно сглотнул.
— Хорошо, хорошо, господин. Мы будем держаться за вами. Пошли, старина, — дрожащими пальцами он дернул за повод, и огромный гаргант двинулся дальше.
Солдат хмыкнул, повернулся и зашагал по дороге. Отойдя на несколько шагов, он пронзительно свистнул, и в тени по обе стороны дороги возникло еще с дюжину вооруженных луками людей — точно так же тихо, как он сам минуту назад.
— Подежурьте здесь до моего возвращения, — бросил им здоровяк. — Задерживайте всех, кто попытается пройти.
— Слушаюсь, господин, — отозвался один из солдат.
Амара присмотрелась к говорившему. Он был одет в точности так же, как первый: темные штаны и куртка с преобладанием зеленого и коричневого цветов. В отличие от остальных у этого на шее красовался черный шарф, опять-таки такой же, как у здоровяка. Амара специально проверила: никто из остальных шарфа не носил. Это стоило запомнить. Рыцари? Возможно. И один из них наверняка сильный заклинатель, если сумел так искусно скрыть от посторонних глаз столько людей.
«Вороны! — подумала она. — Что, если на поверку в этом мятежном легионе окажется полный штатный состав рыцарей? С таким составом, обладая столькими сильными заклинателями, они запросто могут напасть на любой город Алеры…»
И уж наверняка это означало бы, что у легиона имеются могущественные покровители. Любой заклинатель фурий, достаточно сильный, чтобы стать рыцарем, может запрашивать за свои услуги столько, сколько пожелает. Такое не по карману оскорбленному купцу, пожелавшему убедить своего графа или верховного лорда снизить налоги. Только знать может позволить себе нанять несколько рыцарей, не говоря уже о целом отряде.
Амара поежилась. Если один из верховных лордов замыслил что-то против Первого лорда, их ждут воистину нелегкие времена.
Она покосилась на Фиделиаса — тот встретил ее взгляд, и выражение лица его было встревоженным. Ей показалось, она видит в его глазах отражение собственных мыслей и страхов. Ей ужасно хотелось поговорить сейчас с Фиделиасом, спросить, что он думает по этому поводу, но позволить себе выйти из роли она не могла. Поэтому все, что ей оставалось, — это стиснуть зубы, покрепче вцепиться в луку седла гарганта и попытаться успокоиться.
Дорога сделала поворот. Они перевалили через невысокий холм, и за ним, в долине, взгляду наконец открылся лагерь.
Великие фурии, подумала она. Это больше похоже на город…
Наметанный взгляд выделял детали, а мозг анализировал их. Лагерь был выстроен по заведенным для легионов правилам: частокол из врытых в землю пик с окружающим его рвом замыкали большой прямоугольник, внутри которого стояли аккуратными рядами белые полотняные палатки — слишком много, чтобы сосчитать, — и навесы для оружия и провианта. Лагерь имел только два входа — большие деревянные ворота, расположенные с противоположных сторон. Вокруг лагеря, словно мухи над спящим животным, громоздились в беспорядке палатки и шалаши — не иначе у легиона нашлось уже много сторонников.
И везде виднелись люди. Много людей.
На плацу, разбитом с наружной стороны ограды, занимались муштрой целые когорты под командованием горластых центурионов или всадников с черными шарфами на шеях. В другом месте упражнялись в стрельбе по далеким мишеням лучники, в третьем — обучали новобранцев основам боевой магии заклинатели фурий. По лагерю сновали женщины — стирали одежду в протекающем через лагерь ручье, штопали солдатские куртки или просто нежились на утреннем солнышке. Амара разглядела даже двух женщин в черных шарфах, ехавших верхом по направлению к плацу. Слонявшиеся по лагерю собаки встретили гарганта визгливым лаем. На берегу ручья, чуть в стороне от лагеря, возник маленький базар, на котором торговали с самодельных деревянных прилавков и прямо с расстеленных на земле одеял.
— Вы попали как раз между завтраком и обедом, — сообщил солдат. — Однако, если хотите, какой-нибудь еды я вам достану.
— Может, мы лучше отобедаем с вами, господин, — сказал Фиделиас.
— Что ж, может, и так. — Солдат остановился и внимательно, изучающе посмотрел на Амару. — Скажи ей, пусть слезает. Я пришлю конюха или двух присмотреть за твоей скотиной.
— Нет, — мотнул головой Фиделиас. — Свой товар я возьму с собой.
— В лагере полно лошадей, — хмыкнул солдат, — и они взбесятся, если учуют эту тварь. Она останется здесь.
— Тогда и я останусь здесь, — упрямо буркнул Фиделиас.
— Нет.
— Ну, тогда рабыня, — не сдавался Фиделиас. — Она может остаться здесь с гаргантом и добром, может заставить его молчать. А то он, чего доброго, испугается чужих рук.
Солдат буравил его подозрительным взглядом.
— Что ты задумал, старина?
— Задумал? Я всего лишь защищаю свои интересы, господин, — как и любой скромный торговец.
— Ты у нас в лагере. Твои интересы больше никого не заботят. Только эти. — Солдат не придал последним словам какого-то особенного ударения, но рука его легла на рукоять меча.
Фиделиас отшатнулся.
— Ты не посмеешь, — прохрипел он севшим от потрясения и ярости голосом.
Солдат только улыбнулся. Улыбка вышла зловещая.
Фиделиас облизнул губы. Потом поднял взгляд на Амару. Ей показалось, что он пытается сказать ей что-то взглядом, но что именно, она не поняла. Цепляясь за сбрую, Амара соскользнула из седла на землю. Фиделиас дернул за повод, и гаргант лениво опустился на живот — медленно, но все равно земля под ногами дрогнула. Он с хрустом отщипнул пучок травы и принялся жевать, прикрыв веки.
— Иди за мной, — сказал солдат. — Ты, рабыня, тоже. Отстанете от меня больше чем на три шага — убью обоих. Ясно?
— Ясно, — буркнул Фиделиас.
— Ясно, господин, — эхом повторила Амара, не поднимая глаз.
Следом за солдатом они вброд перешли ручей. Ледяная вода доходила Амаре до колен. Она поежилась от холода, но от Фиделиаса с солдатом не отставала. Ее наставник поравнялся с ней.
— Видела, сколько палаток? — спросил он едва слышно.
Она чуть заметно кивнула.
— Еще бы.
— И все в образцовом порядке. Это не какая-то шайка недовольных стедгольдеров. Профессиональные военные.
Амара снова кивнула.
— За ними серьезные деньги, — шепнула она. — Достаточно ли этого для Первого лорда, чтобы он вынес это на Совет?
— Обвинение без обвиняемого? — Фиделиас поморщился и мотнул головой. — Нет. Нам нужно добыть хоть что-то, выявляющее того, кто за этим стоит. Не обязательно железные улики, но все же что-то, внушающее доверие.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
