еще не будет видно конца».
Может быть, время возвращения настало?
Н.Б. Стрижова
Моей жене
Я должен выразить свою признательность
Ирэне де Жиронд, помощь которой была
драгоценна для завершения моей рукописи.
Со всей дружбой Ф. Ю.
Моим читателям
Это история одной семьи старой России в обрамлении дикости и восточной роскоши, ей свойственных. Она проделала путь из татарской Золотой Орды до Санкт-Петербургского императорского двора, чтобы закончить его в изгнании.
Наши семейные архивы исчезли во время революции, у меня остался лишь труд, написанный моим дедом в 1880 году; этому единственному документу я обязан всеми сведениями, касающимися происхождения и истории моего рода.
О своей собственной жизни я говорю искренне, я рассказываю о днях радости и грусти, ничего не утаивая из своего опыта.
Я хотел бы избежать политических проблем, но я жил в смутную эпоху и, несмотря на то, что уже рассказал в другом месте о драматических событиях, в которых оказался замешан, не смогу писать свои воспоминания, обходя молчанием роль, которую был призван в них сыграть.
Эта книга расскажет о беззаботной жизни, которая была нашей до войны 1914 года и революции 1917 года; вторая[1] расскажет о перипетиях и терзаниях нашей жизни на чужой земле.
Пропасть разделяет эти два периода, и нам понадобилась глубокая Вера, чтобы не усомниться в справедливости Бога. Лишь абсолютное доверие к Нему позволило нам пройти дни испытаний, ни разу не потеряв надежды.
Глава I
Мои татарские предки. – Хан Юсуф. – Сумбека – казанская царица. – Первые князья Юсуповы.
Из архива моего рода следует, что его основателем был некий Абубекир бен-Райока, живший в VI веке. Он был потомком пророка Али, племянника Магомета. Являясь верховным вождем мусульман, он носил титулы Эмира эль Омра, Князя Князей, Султана Султанов и Хана, объединявшие власть политическую и религиозную.
Его потомки равным образом обладали верховной властью в Египте, Дамаске, Антиохии и Константинополе. Некоторые из них покоятся в Мекке, по соседству со знаменитым камнем Кааба.
Один из них, по имени Термес, откочевал из Аравии на берега Азовского и Каспийского морей. Он занял обширное пространство между Доном и Уралом, где впоследствии сформировалась Ногайская орда.
В XIV веке потомок Термеса – Эдигей Мангит, бывший одним из лучших стратегов своего времени, участвовал во всех походах Тамерлана, основателя Второй Монгольской империи. Он разбил хана Кипчака, восставшего против Тамерлана, союзником которого он являлся. Позже Эдигей Мангит спустился к югу, к берегам Черного моря, где основал Крымскую орду, или Крымское ханство. Он прожил тридцать лет, после его смерти между наследниками возник раздор, и многие из них погибли, убивая друг друга.
К концу XV века праправнук Эдигея – Муса-Мурза стал властителем могучей Ногайской орды. Союзник великого князя Ивана III, он разбил и уничтожил Кипчакское ханство, соперничающую часть старой Золотой Орды. Его преемником был старший сын, Шихмамет, смененный вскоре своим братом Юсуфом.
Хан Юсуф был одним из самых могущественных и самых умных князей своего времени. Царь Иван Грозный, которому он был верным союзником в течение 20 лет считал Ногайскую орду царством и обращался с ее владыкой как с суверенным правителем. Союзники обменивались пышными подарками: оружием, инкрустированным камнями, богатыми горностаевыми и собольими шубами, шатрами, крытыми драгоценными тканями из дальних стран. Царь называл союзника другом, братом. Со своей стороны Юсуф ему писал: «Имеющий тысячу друзей должен их считать за одного, но имеющий одного врага должен считать его за тысячу».
У Юсуфа было восемь сыновей и дочь Сумбека, которая стала царицей в Казани. Она была знаменита красотой, живостью ума, пылкостью и смелостью характера.
В то время Казанское ханство переходило из рук в руки. Жажда власти толкнула Сумбеку последовательно выходить замуж за убийц своих мужей. Впервые она была выдана замуж в четырнадцать лет за хана Еналея, убитого сыном крымского хана Сафагиреем. Объявленный Казанским ханом Сафагирей был, в свою очередь, убит собственным братом, новым покорителем Казани и новым мужем Сумбеки. Вскоре его начали преследовать, и он укрылся в Москве. Сумбека мирно правила царством несколько лет, но вскоре начались разногласия между Иваном Грозным и его бывшим союзником Юсуфом. Осажденная Казань вынуждена была сдаться превосходящей русской армии, и царица Сумбека попала в плен. В память о взятии Казани в Москве был воздвигнут знаменитый собор Василия Блаженного, его восемь куполов напоминают о восьми днях, в продолжение которых длилась осада.[2]
Иван Грозный, восхищавшийся смелостью царицы, обходился с ней с большим уважением. Он послал богато украшенную флотилию, чтобы доставить Сумбеку и се сына в Москву, где их поселили в Кремлевском дворце.
Не только царь испытал обаяние пленницы. Она быстро покорила весь двор, а также и русский народ, видевший в ней легендарную княжну.
Тем временем хан Юсуф, опечаленный тем, что его дочь и внук попали в плен, не переставал добиваться их освобождения. Но угрозы старого хана мало беспокоили Ивана Грозного. Он даже не отвечал на его послания и говорил приближенным: «Его величество хан Юсуф бесится». Глубоко оскорбленный Юсуф готовился к войне, но был убит своим братом Измаилом.
Сумбека, которая и в плену не утратила вкуса к власти, упрашивала царя узаконить се развод с последним мужем, все еще жившим изгнанником в Москве, чтобы она смогла выйти за нового казанского хана. Иван Грозный отказал ей в этой просьбе, и Сумбека умерла в плену в возрасте тридцати семи лет. Память о ней не угасла. В XVIII и XIX веках ее образ вдохновлял многих русских писателей[3] и музыкантов. В 1832 году в Петербурге с большим успехом шел балет композитора Глинки «Сумбека и покорение Казани»[4], где царицу представляла знаменитая балерина Истомина.
После смерти Юсуфа его наследники непрерывно воевали друг с другом до конца XVII века[5]. Его правнук, Абдул Мурза, обратился в христианство, принял имя Димитрия[6] и получил от царя Федора титул князя Юсупова. Новый князь, славившийся своей отвагой, участвовал во всех походах царя против крымского хана и Польши. Эти войны кончились славным миром, вернувшим России все ее старинные владения.
Князь Юсупов, тем не менее, не миновал опалы и лишился половины своих владений из-за жалобы московского митрополита, который в постный день обнаружил у него гуся, поданного под видом рыбы. Правнук князя Димитрия, князь Николай Борисович, рассказывал, что однажды
