Вэнс умер у нее на руках. Жизнь вытекла из него красной жидкостью, но лицо при этом оставалось спокойным. Застывшие глаза смотрели на Сьюзан, словно, умирая, Вэнс хотел навсегда запомнить ее образ. Лицо было ясным и спокойным, на губах застыла улыбка, глаза постепенно поблекли и потухли навсегда…
Сьюзан впилась пальцами в плечо Корда Блэкстоуна, положила голову ему на грудь, и он прижал ее к себе. Странным образом Сьюзан стало немного легче, словно Корд сдерживал нахлынувшую боль своим мощным телом. Она подняла на него глаза, и ей показалось, что ее рассказ вызвал у него тяжелые воспоминания. Сьюзан интуитивно почувствовала, что этот человек видел в жизни много горя и смертей. Возможно, когда-то он так же держал кого-то на руках, например друга, пока смерть не подкралась и не забрала того. Сьюзан видела, что ему близки ее переживания. Корд понимала, что боль становится не такой сильной, если поделиться с кем-то своим горем.
Спустя годы Сьюзан научилась жить с неутихающей болью. Сейчас она смогла заставить себя отвлечься от мрачных воспоминаний и вернуться к своим обязанностям. Она заметила, что гости смотрят на них и перешептываются. Сьюзан поймала взгляд дирижера и кивнула, давая сигнал перейти к следующему произведению. Она оглядела гостей, задерживая взгляд на некоторых из них. Вероятно, выражение ее ясных глаз было достаточно красноречивым, шепот стал утихать, а ряды танцующих пополнились. Веселье вернулась в прежнее русло. Никто из приглашенных не захочет ее обидеть. Сьюзен знала это.
— Ловко у вас получилось, — сказал Корд, проследив за всеми ее действиями. — Этому учат в пансионе благородных девиц?
Улыбка мелькнула на губах Сьюзан. Она подняла голову и внимательно посмотрела на него, позволяя перевести разговор на другую тему.
— А почему вы решили, что я училась в закрытой школе? — спросила она с вызовом.
Корд оглядел Сьюзан довольно откровенным взглядом, задержавшись на ее груди.
— Это очевидно, вы такая… благородная. И совершенная. Я вижу, что природа вас ничем не обделила. — Его теплые пальцы скользили вниз по спине Сьюзан. — Господи, какая нежная у вас кожа, — добавил он шепотом.
Щеки Сьюзан запылали от этого, несколько интимного, признания, но, как женщина, она была польщена, что мужчина оценил ее красоту. Да, он был, несомненно, опасен, и самое опасное было то, что Корд мог заставить женщину идти на риск осознанно.
Сьюзан молчала.
— Итак? Я прав?
— Почти, — призналась Сьюзан, поднимая голову и улыбаясь в ответ той самой Улыбкой, которая озаряла ее лицо необыкновенным сиянием. Глаза Корда под тяжелыми веками стали больше, чем обычно, и те, кто хорошо знал его, моментально бы все поняли. Но Сьюзан едва с ним познакомилась, поэтому не поняла, как далеко она зашла по хрупкому льду. — Я воспитывалась в Адерли, в Виргинии, четыре месяца, до того дня, как маменька заболела, и я вернулась домой ухаживать за ней.
— Совершенно не было смысла тратить деньги впустую и дальше. — Корд говорил протяжно, разглядывая при этом ее лицо и опускаясь ниже, отдавая должное изящным линиям шеи и плеч. Такое неприкрытое любование вызвало в теле Сьюзан волну тепла, ей показалось, что кровь вот-вот закипит. Корд смотрел на нее так, словно в следующую секунду опустит голову и припадет к ее груди. Сьюзан удивило собственное поведение. Удивило, что она позволяет ему так бесцеремонно разглядывать себя. Этот мужчина не просто опасен, он смертельно опасен!
— Надо было что-то сказать, чтобы прервать его, сбросить с себя пьянящие чары. Сьюзан ухватилась за первую тему для разговора, пришедшую ей в голову:
Когда вы приехали?
— Сегодня днем.
По изгибу губ Сьюзан догадалась, что Корд разгадал ее план, но позволил воспользоваться им. Вместо слов он вытянул губы и снова нежно подул на каштановый локон, выбившийся из прически. Прядь волос взлетела вверх и упала туда, где тоненькая голубая венка пульсировала под почти прозрачной кожей. Сьюзан показалось, что все ее тело вспыхнуло, словно в огне. Легкое дыхание Корда произвело на нее большее впечатление, чем ласковые прикосновения. Словно в тумане, Сьюзан посмотрела ему в лицо, стараясь сконцентрироваться на сказанном, но ее взгляд упал на безупречные губы, вид которых дурманил не меньше поцелуя.
— Я узнал о званом вечере, который устраивает кузен Престон. — Манера говорить была немного ленивой, с ярко выраженной южной музыкальностью. — И решил, из уважения к прошлому, нарушить размеренное течение этого милого праздника своим появлением.
Сьюзан не смогла сдержать улыбки, оценив выражение Корда «милый праздник», в то время как сам он был одет, словно только что покинул казино в Монте-Карло. Должно быть, там он себя чувствовал более комфортно, чем в этом доме.
— Вам льстит роль возмутителя спокойствия? — произнесла Сьюзан не очень уверенно.
— Я подумал, что смогу досадить Престону. У меня это получилось, — ответил Корд, засмеявшись ожившим воспоминаниям. — Мы с Престоном всегда придерживались противоположных мнений, — объяснил он. Легкая улыбка, игравшая на губах, подтверждала, как безразлично он относится к этому факту. — Вэнс был единственным человеком в семье, с которым я ладил, хотя его, кажется, не очень волновали мои проблемы и те передряги, в которые я попадал. Вэнс был не таким человеком, чтобы принести свою жизнь на алтарь во имя Блэкстоунов.
Это была правда. Вэнс старался оправдать ожидания и вести себя соответственно, чтобы не опорочить имя Блэкстоунов, но в его глазах всегда плясали чертики. Сьюзан думала, что свекровь Имогена, мать Вэнса, никогда не простит сыну тот вызов, который он бросил роду Блэкстоунов, женившись на Сьюзан. Впоследствии Имогене не оставалось ничего иного, как только смириться с произошедшим. Блэкстоуны должны вести себя достойно в любой жизненной ситуации. Тогда Сьюзан очень неловко себя чувствовала, смущенная тем уважением, которое оказывали ей члены семьи.
Сьюзан испытывала к этому мужчине чувство дружеского расположения, поскольку он знал Вэнса так же хорошо, как знала его она, понимал истинный его характер. Сьюзан подарила Корду свою самую милую улыбку, от которой ее глаза вновь зажглись ярким светом. В ответ он обнял ее так крепко, словно стремился раздавить.
— Внешне вы немного похожи на Блэкстоунов, — Корд задумчиво смотрел на нее, — тоже темные волосы и синие глаза. Но ваши черты немного мягче. Готов поклясться, что вы не из этого рода. В вас совсем нет присущей Блэкстоунам суровости. Верно?
Озадаченная таким вопросом, Сьюзан нахмурилась, и на лбу у нее появились маленькие морщинки.
