— Можно, барон. — Он вытянул ноги, прикрыв веки. Хоть солнышко и скрыто осенними тучками, но легкий дискомфорт он все же, похоже, испытывал, прогуливаясь среди дня. — Это поистине обширная область магического искусства, барон. Без наигранности хочу вам выразить свое почтение, вы перехватили от меня за какие-то дни такой объем знаний, который я смог постичь за долгие годы своей жизни.
— Не прибедняйтесь. — Махнул я на него рукой. — Во-первых, азы у меня были, и как вы, наверно, уже поняли, слияние я проводил и раньше.
— Заметно, — улыбнулся он.
— А во-вторых, вы постигли все это самостоятельно, в то время как у меня были вы, прекрасный и, главное, грамотный наставник. — Никогда не забывайте подмазаться, даже если этого вроде бы и не требуют обстоятельства.
— Ладно. — Он подобрался, вглядываясь куда-то вперед. — Давай продолжим занятие, твой радиус обхвата еще невелик, посему я тебе подскажу — приготовься. За той рощей я чувствую скопление людей, давай пробуй читать и переводить их желания и эмоции.
Впереди нас шли пять телег, так что наша очередь свернуть за поворот подошла с задержкой. В этом месте дорога изгибалась, уходя под наклоном вправо, огибая небольшую череду покатых холмов. Ряд деревьев еще скрывал от меня спуск, когда я стал на излете своих способностей выхватывать обрывки чужих чувств.
«Страх».
«Страх».
«Страх».
От удивления я покачнулся, выпадая из медитативного транса. Людей, похоже, было больше трех десятков, причем половина из них была по-настоящему охвачена чуть ли не паническим чувством страха.
— Барон! — Десмос спохватился, подскакивая на своем месте, видя мою реакцию.
— Граф! — Я похлопал по плечу сидящего на козлах мужичка, приказывая остановиться.
— Не нужно туда лезть, барон! — Он поджал губы. — Едем стороной, не нашего ума это дело!
— Почему встали? — тут же всполошилась Априя с едущей за нами телеги.
— Да вот опять, похоже, наш Ульрих себе историю нашел. — Печально покачал головой вампир.
* * *
Вампиры по команде соскочили с телег, растворяясь стремительными серыми тенями в густом придорожном подлеске, это будет наша негласная поддержка. Я и Десмос, который бережно придерживал меня за руку, неспешным ходом двинулись к повороту дороги, откуда я все четче и четче ощущал нарастающую волну человеческого страха.
Мы увидели их немного в стороне: чуть больше двух десятков крестьян с двумя телегами, запряженными пегими невзрачными лошадками. Здесь стояли, испуганно глядя на наше приближение, похоже, несколько семей, так как присутствовали дети и женщины.
— Дня вам доброго, люд честной! — Махнул я им тросточкой, все так же ковыляя в их импровизированный лагерь. — Кто такие, откуда и куда путь свой держите?
Люди явно боялись, но не нас с графом, при виде нас их сердца, наоборот, ритмичней стали выдавать дробь, в какой-то странной надежде.
— Из Пастро мы, господа. — Вперед навстречу вышел бородатый сухонький мужичок, отвешивая поклон в пояс. — На ярмарку в Туг едем, вот в пути встали, лошадки уморились.
Лошадки, говоришь? При поддержке графа я наконец «дошкандыбал» до их возов, внимательно всматриваясь в простые и перепуганные лица, пытаясь определить источник их негативных эмоций. Похоже, ситуация патовая, вроде бы и в ноги хотят бухнуться, прося о помощи, и в то же время рты не могут раскрыть. Впрочем, пожалуй, не буду пытать их пустыми расспросами. Взглянув на детей, что не способны пока еще юлить и лгать, я и так все понял без слов. Там, за телегами у обреза полянки и густого, еще не облетевшего листвой кустарника, кто-то прятался, кто-то, кто и стал причиной их зашкаливающего эмоционального фона. Мужики старательно отводили взгляд, женщины жали к груди детишек, ну а те старательно пялились в кусты, не в состоянии бороться со своим любопытством.
— Может, не будем, барон? — Десмос по моим глазам отследил путь моей мысли.
— Я вас умоляю, граф, вы же чувствуете не хуже меня!
Крестьяне, внимательно вслушивавшиеся в наш диалог, дружной толпой склонились в поклонах, заслышав наши титулы.
— Я бы все же рекомендовал вам воздержаться от очередных авантюр, сударь.
Ай да Десмос, ай да… короче, почти Пушкин. Пока мы с ним устраивали дискуссию на тему «надо не надо», он уже связался со своими, передавая им местоположение предполагаемого противника.
— Так, народ! — Я окинул взглядом перепуганных крестьян. — Быстро слезайте со своих телег и дружненько, без суеты ко мне за спину!
Разбойники? Разбойники! Пока народец жеманно и стороной обходил меня, оные злыдни и супостаты не стали ждать продолжения разговора, а в каком-то молчаливом неистовстве, ломая кустарник, выпрыгивали к телегам, тут же бросаясь вслед резво припустившим крестьянам.
«Адель!» — Без тени смущения спустил я на атакующих призрака.
Первые двое из самых резвых, тут же осунувшись, рухнули на землю, серая тень за гранью жизни невидимой смертью тут же набросилась на следующую жертву, просто пронзая собой навылет замершего в ужасе человека.
Быстрая и неуловимая, видимая лишь моему взору, она пугала своей беспощадностью и неотвратимостью смертельного исхода. На их счастье, дальнейшего присутствия Адель более не требовалось, на эту притаившуюся ватагу уже вышли вампиры, своей силой и быстротой раскидывая их ряды по сторонам.
Ну, да и нам пришлось поучаствовать в процессе, вернее графу. Два дюжих мужика слаженно вышли напрямик к нам, поводя из стороны в сторону короткими, но широкими лезвиями тесаков, чем-то отдаленно напоминающих мачете. Я еще не успел активировать плетение, как граф единым росчерком вырванного из трости лезвия прочертил алую черту на горле ближнего разбойника, останавливая бег своего жала в глазнице второго. Жуть. Одним движением, считай, управился, на выпаде делая взмах, окончившийся смертельным уколом. А наш граф, оказывается, и еще кое в чем мастер!
— Граф! — Я вернул лезвие назад в трость, вновь опираясь на нее. — Примите мое восхищение очередной гранью вашего мастерства!
— Пустое, — улыбнулся он. — Так, остатки былого величия, когда я был еще юн и мог полноправно причислять себя к роду человеческому, а не банально, как сейчас, перегрызал горло оппонентам своими зубами.
— Всем бы вашу выдержку, — произнес я, содрогаясь от наблюдаемой картины, как один, видимо, из молодых вампиров в полной трансформации рвал уже бездыханное тело разбойника окровавленной пастью.
— Молодежь. — Хмыкнул он. — Им еще учиться и учиться!
Да уж, мы, в качестве спасителей, вызывали ужас у спасенных куда больший, чем давешние господа разбойники. Дети в крик, бабы в обморок, мужики стоят белые словно снег, коленки трясутся. От дикой смеси эмоций, что буквально захлестывала тонкие структуры, пришлось даже заблокироваться, дабы самому не поддаться этой истерии.
— Из этих живые кто остался? — Я потыкал палочкой в одно из ближних тел рецидивистов.
— Более чем, барон! — Напряженный голос Десмоса заставил меня обернуться к позабытым кустам, в которых до этого скрывались преступники, чтобы с удивлением увидеть все еще не затухающий бой между группой моих трансморфов и пятью дюжими мужчинами, что с упрямством и завидным мастерством по-прежнему слаженно сдерживали яростные атаки вампиров. Высокие, все словно на подбор, они рубились спина к спине, раз за разом отбрасывая своими прямыми мечами наскоки шипящих, словно рассерженные змеи, вампиров.
— Имперские рейнджеры! — воскликнул граф, обращая мое внимание на одинаковую форму этих бойцов-профессионалов, к этому времени успевших уложить наземь с тяжелейшими ранами порядка пяти моих кровососов!
Да уж, эти парни знали, за какой конец правильно держать меч! Я о подобном раньше даже не слышал. Трансморф априори сильней человека, да не просто сильней, он быстр и практически неуязвим для оружия, но здесь же получалось все наоборот! Будь у меня гнездо поменьше, я бы уже оказался нос к носу с этими вояками.
