и схватился за растоптанную конечность, а конь получил хороший удар плетью по лощеному заду.
— Я собака, ездовой, и я сука, не зли! — проворчала я. Мама, наблюдающая за событиями со двора, одобрительно гавкнула. У меня аж хвост заходил от похвалы.
— Гера, ко мне! — окрик Хозяина заставил уши прижаться, а лапы работать. В несколько скачков я оказалась возле него и уселась слева. — Зачем пожаловали господа гвардейцы в мой дом? — о как, гвардейцы, а я думала гости пожаловали.
— Нам приказано провести проверку. Все как обычно, граф Совели.
— Что ж, прошу вас быть гостями в моем доме. Надеюсь, вы помните, где конюшни?
— Благодарю, граф. И да помню.
Я проводила их взглядом. Интересно, что они будут проверять? Счета, расход, приход. Дебит с кредитом подбивать? С этого дня я стала неотрывно следовать за графом. Короткое "рядом" и я послушно иду с боку. Даже за столом сидела, ну не совсем за, а возле. Только один раз пришлось взрыкнуть, когда пьяный мужик попытался пролезть к Хозяину. Отскочив от меня уже изрядно протрезвевшим, он извинился и уже испросил позволения. Опять приказ-команда 'Нельзя', и я спокойно кладу голову на лапы, притворяясь ковриком. Мимикрия не входила в наши умения, но заметить неподвижный, пусть и черный объект удавалось не каждому. Ночью спала под дверью графа в коридоре. Мимо то и дело проходили стражи. Их запахи все были знакомы, так что я спокойно спала, слушая ночь в пол уха. Так продолжалось неделю. Мне, честно говоря, задолбалось ходить по пятам за Хозяином, но приказ есть приказ.
Они все-таки свалили. Ура, ура, ура! Напоследок я напакостила тому коню, изрядно вымочив внутреннюю сторону седла. Как тащило ведро с водой не описать словами, только матами. В целом особых проблем это ему не доставит, но мало приятного когда тебе по спине елозит мокрая тряпка, а ведь потник обязательно заберет себе часть влаги. Я уже понадеялась на то, что меня, в конце концов, оставят в покое, но нет. Весь наш выводок стали брать на охоту. Первые полгода было нормально, олени, кабаны, дичь. Конечно, появилась пара лишних царапин, но они быстро затягивались. А потом…потом нам повстречалась случайно забредший в местный лес дикий вампир. Пока люди тщетно пытались справиться со струхнувшими лошадьми, достать стрелы с серебряными наконечниками и мечи, мы отвлекали нечисть на себя. Двоих братьев эта сволочь порвала едва ли не в клочья, а эти упыри из замка, все никак не сориентируются. Отогнав рыком оставшихся собак, я припала на лапы и стала медленно кружить вокруг вампира. Нечисть поворачивалась вслед за мной, что его и подвело. Уни набросилась на него сзади, прихватив чуть выше шеи, под затылок, братья схватили за руки, а я одним мощным прыжком оказалась возле него и вгрызлась в шею, почти откусывая голову. Да челюсти у нас мощные, но добили вампира все-таки люди, проткнув сразу несколькими мечами и засадив серебро прямо в сердце. Домой возвращались едва не ползком, нечисть не кабан, посильнее будет.
Время шло. Я привыкла выискивать следы добычи. Слушать лес, отстраняясь от обычных дел и слышать приближение даже муравья. Мне было почти два года, когда Хозяин решил, что пора поиметь от меня щенков. Я, честно говоря, была категорически против. С собачьей жизнью, наличием Хозяина, послушанием я смирилась, но вот рожать щенков от собственных братьев, да и вообще рожать в этой шкуре! Ну, уж нет увольте! Братья, зная меня лучше прочих кобелей решительно отказались даже приближаться к злющей мне. Тогда меня посадили в загон диаметром метров пять, и выпустили незнакомого мне пса. Я честно предупредила, чтобы даже не думал приближаться. Пес не воспринял мои попытки отвадить его по-хорошему всерьез и попытался-таки осуществить свои чисто мужские планы. Ага, щаз-з-з-з! едва достоинство унес. Погрызла я его знатно, чего уж скромничать. И еще двух следующих вслед за ним тоже. Думали сил не хватит? Разбежались, за себя они всегда найдутся.
— Граф, ваша милость, она уже троих порвала. Может ну это, захочет сама подставится. — щас я тебя подставлю, идиот!
— Привяжите ее, Ром. Мне нужны щенки именно от этой суки. — скользнув взглядом по замершей мне, Хозяин….хотя нет уже не хозяин, а просто граф ушел.
Знаете, мой папа нажил свой первый капитал не честно. Это потом он успокоился, но своих принципов не отбросил. Так вот как любил повторять папочка, предательство прощать нельзя. Не можешь отомстить сейчас, уйди, фортуна дама изменчивая может и лицом повернуться, а не затылком. Человека, из-за которого я подхватила пневмонию, нашли только через полгода. Всплыл зараза! Хотя камешек привязывала сама лично, и булыжник сей весил дай бог под тридцать кило. Попахивает мафией и прочим выдуманным флером детективов? Так и есть, но этот человек решил расплатиться мной. Вроде как все равно умирать вскоре, так сослужи службу, а денежки твои бесхозными не останутся. Мне эти деньги не нужны в принципе, тратить не куда. Однако я не сказочная Сивка-Бурка, я жительница двадцать первого века с чисто прагматичным умом стервы и жутким воспитанием. Вадим мне был дорог, наверно, что не помешало мне избавиться от него.
Пока я предавалась воспоминаниям, меня успели скрутить и привязать. Четыре столба, четыре лапы, одна веревка на шее, вторая поперек груди, третья под пузо. Хвост верный хозяйке юркнул между лап и хрен его теперь кто оттуда вытащит. Только если отрубят. В помещение запустили пса. Этот видимо насмотревшись на своих собратьев по несчастью был осторожен и приближаться не спешил. Я стояла не имея возможности пошевелить ничем кроме как ушами и челюстью.
— Попробуешь, и почувствуешь себя дичью! — рыкнула на начавшего приближаться кобеля. Прижал уши, немного постоял, оценил мою неподвижность. Принюхался. Зря-я-я! Я ж в течке, простите за подробности, а этот запах действует на псов как наркотик. Крышу сносит так, что черта с два поймаешь.
— Р-р-раслабься! — и получай удовольствие? — Убери хвост. — рыкнул и попытался укусить за попу. Дернулась. Веревки затрещали. Какая прелесть! Задергавшись изо всех сил, вскоре почувствовала как освободилась грудь, и задняя лапа. Еще пять минут бешеного дерганья и у меня в захвате только шея. Стараясь себя не задушить, выворачивая морду и кусаю веревку. Один, два, три, все воздух кончился. Яростный рывок и я на свободе.
— Убью. — констатирую факт. И легко, плавно начинаю
