равно, то буду придерживаться борьбы, описанной в «Старике и море», — произнесла она и уткнулась носом в красивого психиатра, когда разгоревшееся пламя стало наполнять комнату теплом.
* * *
Когда Чада вызвали в кабинет продюсера, звезда ждала хороших новостей. Благодаря обнародованию фобии, рейтинги стремительно поползли вверх. Он был полностью уверен, что на обычной встрече будет сообщение о продолжении шоу еще на один год. Когда секретарь направила его в переговорную и он увидел присутствие сценаристов шоу, то это застало его врасплох.
— Что случилось? — спросил он.
— Я думаю, что надо было всем встретиться и обсудить концовку сериала, — ответил продюсер шоу Роб Ламби.
— Вы имеете в виду завершение сезона?
— Нет. ТВ-сеть не возобновила шоу. Я думал, что уже знаешь это.
— Но теперь, когда рейтинги поднимаются…
— Боюсь, это временно. Они так же и упадут.
— Не понимаю как. У меня еще больше поклонников в «Фейсбуке» и «Твиттере», чем раньше, не говоря о лавине писем от фанатов.
— Сеть не интересует соцмедиа. Она заботится о том, чтобы поддержать спонсоров.
— Послушайте, я придумал ситуацию с фобией, и она удалась. Дайте мне попробовать еще что-то. Я уверен, что появится еще одна идея, которая повлияет на рейтинг.
— ТВ-реалити непостоянный бизнес. Считай, что тебе повезло: у тебя были хорошие пять лет. Однажды зрители насмотрелись сериалов «Новые Готти», «Фоган знает лучше», «Семейные ценности Джимми Симпсона», «Семейка Осборнов» и другие. И где они? Не все долговечны, как «Семейство Кардашьян».
— Что ж, я просто так не сдамся. Что-нибудь придумаю.
— Пока ты будешь этим заниматься, поговорим о финале сериала. Если уж уходить, то уходить с музыкой.
Хотя Чад оставался в комнате все время переговоров, он ничего не внес нового в обсуждение. Как обычно, у продюсера отсутствовало видение будущего, а сценаристы не имели ни малейшего представления. Через два бесполезных часа Ламби объявил о закрытии встречи.
— У тебя осталось еще шесть эпизодов, — сообщил он актеру в качестве мудрого наставления. — Довольствуйся этим и придумай что-то еще.
— Например? Вряд ли я заменю Даниэля Крейга как следующего Джеймса Бонда, да и уже стар, чтобы вернуться в модельный бизнес.
— На рекламе всегда можно заработать.
Оказавшись за рулем своего «порше 911 тарга-4», он почувствовал волну разочарования.
— Реклама! — произнес он, когда слово вызвало неприятный привкус во рту. — Это то же самое, что мой агент предложил участвовать в «Танцах со звездами».
Едва двигатель спортивного автомобиля завелся, стерео заиграло песню «Когда мне шестьдесят четыре» из альбома «Битлз» «Сержант Пеппер». Он вспомнил, что Пол Маккартни написал ее в шестнадцатилетнем возрасте. Теперь ему было семьдесят пять.
Борясь со стремительным натиском жалости к себе, Чад направился по скоростной дороге Санта Моника, которая вывела его на Тихоокеанское шоссе и далее к дому в Малибу.
«Возможно, я на самом деле страдаю геронтофобией, — подумал он, маневрируя в потоке машин. — Мысль состариться удручает меня. Не представляю, что шестьдесят четыре меньше семидесяти пяти!»
Чад погрузился в глубокие мысли, когда послышались следующие три мелодии. Он решил использовать Интернет и обратиться напрямую к своим фанатам. Может, подобная кампания убедит сеть возобновить шоу. А в пролом подобное помогало? Он сомневался в этом.
«Нужно что-то делать!»
В этот момент он услышал, как в стерео послышалась песня «День в жизни». Голос Леннона и слова вызвали в сознании актера быстрое воображение: четыре битла шествуют по Эбби-род, как бы представляя похоронную процессию, где покойным был Пол; номерной знак 281F на «фольксвагене битл»; Пол в черном костюме с белой розой в петлице, в то время как другие парни из группы с красными розами. Эти и другие воображаемые образы, а также отдельные строки из песен группы являлись ключами к смерти Пола Маккартни, погибшего в автокатастрофе.
«Может, мне выдумать свою смерть, — с черным юмором подумал он. — Это повысит рейтинги. Старый трюк, что-то вроде умереть молодым и оставить за собой красивый труп».
К тому времени, когда он вывел «порше» на дорожку своего пляжного домика, чувство юмора пропало, и он убедился, что нашел способ спасти шоу.
* * *
— Давай поговорим начистоту, — сказал Ламби, когда Чад подкинул свою идею. — Ты хочешь спланировать самоубийство и похороны в прямом эфире. Что станешь делать в финале? Выстрелишь в голову? Повесишься на потолке?
— На самом деле я не собираюсь убивать себя. Это просто идея для шоу. Вот и все. То же, что и сценарий для придуманной геронтофобии.
Продюсер застучал по письменному столу, раздумывая над абсурдным предложением.
— Самоубийство всегда было запретной темой, — сказал он. — Впечатлительные зрители, особенно молодежь, могут последовать примеру. Мы не хотим светиться перед законом.
— Так вот в чем отказ. А другие реалити-шоу в прошлом нарушали табу? С многодетными семьями, с людьми весом более шестисот фунтов, с мужчинами, у которых больше одной жены, карликами, или, как правильно сегодня говорят, «с людьми маленького роста»? Моя идея уникальна в своем роде, — сказал Чад, пытаясь склонить продюсера. — У тебя будет репутация бунтаря.
Ламби перестал стучать по столу.
— Дай-ка я подкину эту идею в юридический отдел сети, а затем сообщу тебе.
На этот раз на красивом лице Чада появилась улыбка, когда тот вышел из кабинета продюсера и сел за руль «порше». Выехав на автостраду, он даже стал подпевать Полу Маккартни:
«Я все еще буду нужен тебе? Я все еще буду нужен тебе, когда мне шестьдесят четыре?»
Когда он попал на Тихоокеанское шоссе, раздался звонок сотового. Ламби сообщил, что сеть дала согласие на его предложение.
* * *
Лайонел вошел в «Грин-Мэн-Паб» и отыскал взглядом Сару Райерсон, которая сидела за столиком и разговаривала с хозяйкой заведения Шеннон Девлин.
— Простите за опоздание, — извинился он и сел напротив беседующих.
— Ты не опоздал, просто я пришла рано.
— Я только что рассказывала Саре, что слышала что-то в новостях о вашем друге.
— О ком?
— Чаде Реннере.
— Мы вместе учились, но я никогда не считал его другом, — сказал Лайонел с суровым видом, — особенно после выходки, которую он выкинул, заявив, что имеющаяся у него геронтофобия поднимет рейтинги шоу.
— Ты слышал, что произошло на этот раз? — спросила Шеннон.
Оба доктора покачали головой.
— Удивляюсь, он поднял шумиху в СМИ. Кажется, ему захотелось умереть молодым и оставить после себя красивый труп.
— Это известный сюжет из старого фильма, — заметил Лайонел. — Он не первый, кто к нему обращается.
— Но он на самом деле имеет это в виду, планирует собственную смерть и похороны в телешоу.
— Клянусь, что люди будут смотреть что-нибудь еще, — высказалась Сара.
— Очевидно, многие воспримут
