просто существование на земле. Могу сказать о себе, что принадлежу к третьей категории как бы это прискорбно не звучало. Моя судьба вела меня по течению, где иной раз я ударялась об её повороты, от которых приходилось восстанавливаться.
С самого детства я была одинока, не считая моментов проведённых с родным братом, который, как мне показалось, слишком быстро рос. У него со временем появлялись другие виды на игры, а потом он вообще забывал обо мне. Приходилось самой находить развлечения, потому что даже моим родителям было не до меня. Зачем тогда я появилась на свет? Мы с братом выросли в далеко не благополучной семье, мы видели многое, когда родные люди тонули на дне той самой бутылке.
Это отражалось на моем состоянии, потому что видеть не трезвых людей у нас в доме наводило на страх. Вечные крики и громкая музыка, а потом начинались драки, сопровождая это выяснениями отношений. К тому моменту мой брат уже сбегал из дома, чтобы лишний раз не получить от отца, а я не могла. Куда мне идти? Это можно списать на моё психологическое состояние, потому что, живя с родителями, которые не видели света трезвыми глазами, я боялась всего. А потом ближе к моим двадцати двум годам к нам часто начали приходить неизвестные мужчины, они смотрели в мою сторону не так, как подобает незнакомцам. И это оказалось было не спроста, а так называемый план, о котором я поняла слишком поздно.
За столько лет я вдоволь наслушалась о нём от своих родителей, но никогда не придавала этому значения. Отец и мать каждое утро ругались и пытались выдать меня замуж. Каждый день, я словно по сценарию затыкала уши подушкой и старалась не заорать, чтобы заткнуть всех и опять уснуть. Но какой там сон, это не для меня, с учётом того, что я приходила со смены с кафе, где пропадала до последнего посетителя. Ведь в нашей семье из четырёх человек работала только я.
Например, мой старший брат Лиам каждый день пропадал на улицах нашего трейлерного парка, в котором мы жили. Он с местными парнями якобы старался подзаработать, но в итоге домой он ничего не приносил, если только перегар. Что касается моих родителей, то тут и говорить ничего не нужно, они у меня всегда находились в творческом отпуске. Это я так называла вечно пьяных людей, что наплевать на себя и на своих же детей. Я часто становилась свидетелем споров и ссор своих, как мне казалось родных людей, но они давно стали чужими. Потому что родители так не поступают. И знаете, что самое главное во всей этой истории, я умерла в тот день, когда решила убежать из дома.
Мою жизнь разделило на «до» и «после».
Я не помню ничего после того, как мой автобус остановился на заправке не доезжая Лос-Анджелеса. Помню, что я вышла и забрела в туалет, а как оказалась потом на обочине дороги — нет. Моя одежда была полностью разорвана, а между ног следы потери девственности. Я не могла шевелиться очень долгое время и кроме земли, на которой лежала, ничего не видела. Первая моя мысль была о том, что это всё сон, но реальность ударила по лицу наотмашь, когда дошло… меня изнасиловали. Кто? Когда? И почему я этого не помню?
Вот только чуть позже воспоминания все же вернулись… они, обрушились на меня градом, когда я попыталась встать и позвать на помощь. Когда это произошло, я поняла, почему всегда раньше ощущала себя в опасности рядом с противоположным полом. Потому что видела в детстве насколько они сильны против женщин, от них всегда исходила аура жестокости. Вот почему я всё время существования не переносила прикосновений мужчин. Я боялась их, мне хватило своего детства, где не раз видела незнакомцев в своей комнате.
Я знала, что со временем научусь жить с этим, но тогда воспоминания были слишком болезненными, я хотела умереть и умерла морально. Меня сломали, а потом выкинули как использованную вещь. Вспоминая прошлое, я чувствовала дыхание этого человека, и как он шептал мне на ухо слова, которые эхом проносились в голове ещё долгое время. Как он рассказал, что следил за мной, а потом дождался удобного момента и подкараулил на той самой заправке. Аларих сделал укол наркотического вещества, чтобы я не могла сопротивляться, но при этом была в сознании. А в тот день я действительно думала, что всё будет по-другому, и я смогу начать жизнь с чистого листа. Но для восстановления мне понадобился почти год.
Приоткрыв один глаз, я уставилась на прикроватную тумбу, часы на ней показывали половину седьмого. В сознании промелькнул вчерашний разговор с соседкой миссис Лорен, она говорила о возможных новых жителях нашего маленького дома. Жила я в старинном здании, где имелось три этажа по две квартиры, в них особо не разгуляться, но если жить одному, то вполне годно. Год назад, когда я приехала в Лос-Анджелес в этом доме, уже жили три семьи.
На первом этаже была квартира миссис Лорен, а напротив по соседству жила Ника с мужем, она с недавних пор являлась моей подругой, которая сразу показалась мне простой и очень весёлой. Её муж Адам стал для меня очень хорошим другом и помощником в бытовых делах, он тоже, как и его жена постоянно улыбался. На втором этаже жил мужчина, которого за год я никогда не видела от слова совсем, он очень рано уезжал на работу и поздно ночью возвращался домой. По словам Ники этого парня звали Даннис, он жил не один, а со своей маленькой дочерью, которой вот-вот исполнилось четыре года. Что с ними произошло и по какой причине он воспитывал ребёнка один никто не знал, а возможно миссис Лорен просто не хотела делиться этим.
Моя квартира находилась на последнем этаже, не имея соседей по площадке. Мне нравилось моё уединение, а особенно то, что я так старательно пыталась пережить. Но сегодня утром около двери слышались голоса, и скорее всего квартира напротив обзавелась хозяевами.
Я неторопливо поднялась на ноги и схватив халат побрела в свою крошечную ванную комнату, открыв кран мои глаза встретились с отражением в зеркале, и сказать честно выглядела я слегка помято. Мои светло-русые волосы сосульками свисали по плечам, а тёмные круги под глазами говорили о частом недосыпе. Я на протяжении всего года очень стараюсь попасть на прослушивание во все театры Лос-Анджелеса, но мои попытки
