Так вот, мы здесь не будем говорить о заблуждениях разных несимпатичных общественных деятелей начала двадцатого века. Не то, чтобы это было их личным делом, но это явно дело других книг. Мы же будем говорить о социоэкономической модели, которая как раз в целом верна. А поскольку вопрос ее верности неочевиден, то именно им нам и придется заняться в первую очередь. Для чего, собственно, и нужно вспомнить основы этой самой модели.
Некоторые дотошные читатели, прочитав описание марксизма ниже, могут сказать, что это и не марксизм вовсе, а автор изобретает свою собственную теорию. Я так не считаю, но если вам легче — можете назвать эту теорию моим именем. Как вы ее назовете — не имеет значения. Так, как она здесь описана, она работает, что и будет показано ниже. И это — главное.
Социоэкономическая модель «марксизм»
Основные принципы марксизма
История человечества — это то, как мы добываем себе еду, и как мы ею делимся с себе подобными.
То, чем мы добываем себе еду, называется производительными силами, то, как мы ее распределяем — производственными отношениями.
Эту историю можно понять, если не в мелочах, то по крайней мере по большому счету.
Эту историю можно в какой-то мере предсказать, хотя и опять же только по большому счету
Отдельная личность может использовать тренды описываемые данной теорией, чтобы незначительно повлиять на скорость их разворачивания, но не может их изменить. Отдельная личность может повлиять на историю в рамках данных трендов.
(Дополнение: принцип отсутствовавший в марксизме начала двадцатого века, но очевидный в начале двадцать первого) Личность может воздействовать на историю в точках бифуркации, в рамках трендов, определяемых данной моделью.
Прогресс — это когда мы учимся добывать больше еды меньшими усилиями.
За исключением катастрофических событий (природных или социальных), прогресс всегда имеет место.
Прогресс (то, как мы добываем еду) развивается эволюционно, т. е. поступательно и относительно непрерывно, без разрушения уже достигнутого (научившись строить корабли, мы не забываем как построить плот.)
То, как мы распределяем еду, зависит от того как мы ее добываем, а не наоборот.
Распределение еды не меняется произвольно само по себе, а только вынужденно.
Соответственно, когда распределение еды совсем уж перестает соответствовать способам ее добычи, распределение меняется, чтобы соответствовать. Причем скачком, то есть революционно, путем замены старых отношений на новые. Что совершенно необязательно означает социальную революцию.
Распределение еды можно описать через отношения больших групп людей, называемых классами. Причем обычно есть два класса — тех, у кого отбирают, и тех, кто отбирает. Классы эти друг друга, ясный пень, не любят, и через их борьбу можно описать исторический процесс.
(То чего не было в марксизме) Можно увеличить детализацию модели и работать с большим количеством классов. Для большой картины — это несущественно. В конечном итоге, речь все равно идет по сути о пищевой пирамиде.
Определенный тип производственных отношений называется социальным строем, а его смена — революцией.
Популярное убеждение, что революция должна сопровождаться мордобоем, в социоэкономическую модель марксизма не входит. Хотя имеет место предположение, что если смена строя означает перераспределение еды, то те, кто сидят на бочке, будут недовольны и с нее так запросто и добровольно не слезут.
Ну, вот, в общем-то и весь марксизм. Хотите верьте, хотите — нет. Разумеется, он изложен крайне упрощенным языком, но такой и должна была быть теория, чтобы проникнуть в трудящиеся и не всегда грамотные массы, для которых она и создавалась. Так что ничего удивительного в этом нет.
А теперь давайте рассмотрим некоторые элементы поподробнее.
Что такое производительные силы
Производительные силы — это то, как мы добываем еду. Причем «как» включает в себя используемые ресурсы и способы их использования.
«Еда», разумеется, является собирательным понятием и означает все, что необходимо для выживания человека как индивидуума и как вида. Обычно это — еда, жилище и одежда. В некоторых странах одежда в этот список не входит. Обратите внимание на «как вида», т. е. то, что необходимо для того, чтобы мужчина и женщина могли встретиться, зачать ребенка, а затем чтобы женщина могла его выносить, родить, и вырастить также входит в понятие «еды».
Способы добывания еды могут также включать в себя производство чего-то, что напрямую едой не является, но что люди, пусть и без необходимости, но хотят, так что это можно выменять каким-то образом на еду. Часто такие вещи являются «концентрированной едой», например, предметы роскоши, золото, драгоценные камни, которые в пересчете на макароны дают просто огромное количество. Для простоты мы не будем различать еду и такие предметы и будем называть все вместе (еду и эквивалентные ей вещи) просто «едой» или для разнообразия продуктом. Собственно классический марксизм их так и называет — продукт производства. «Производства» используется для того, чтобы студентам было труднее усваивать эту теорию, так что мы обойдемся просто названием «продукт».
Ресурсы — это то, что используется для создания (производства) продукта. Это прежде всего земля, сырье и материалы, а также люди и их труд.
Способы их использования — это «ноу-хау» по превращению этих ресурсов в продукт. Собственно, способов может быть очень много, но в крупном плане все они относятся к небольшому количеству классов:
* Собирательство (грибов, ягод, и прочих даров природы).
* Охота
* Рыбная ловля.
* Земледелие
* Животноводство
* Кустарное-ремесленное производство.
* Массовое фабричное производство.
…собственно на этом классический марксизм и останавливается, и то, чем занимался сам Маркс — написание книг и статей — к производительной деятельности он явно не относит. Забавно, правда?
Для справки, регулярный грабеж соседних народов в способы производства не входит. А вот грабеж своих собственных природных ресурсов, например, нефти и газа — является, и называется собирательством. Это то, чем в доисторические времена вынуждены были заниматься неудавшиеся охотники.
В чем выражается прогресс производительных сил?
Прогресс производительных сил марксизм определяет очень просто — как увеличение производительности труда. Простота, надо признать, обманчивая, поскольку тут же возникает вопрос, а что же такое производительность труда? И правда, а что?
